Чтение онлайн

Нет, он думает, я асоциальная личность и человеконенавистница?

— Я всего лишь не люблю культы, — вежливо ответила, а потом перешла в оборону: — А тебе нравится чувствовать себя богом для кучи сопливых девчонок, да, Кит? — специально воспользовалась его «крутым» прозвищем, чтобы сильней задеть засранца.

— А ей палец в рот не клади, — заулюлюкали музыканты, — кому-то надерут его звездную задницу.

Ему бы стоило прислушаться к своим друзьям. Я росла со старшим братом, и в те моменты, когда мы не пытались друг друга убить, вступали в словесные баталии. Не смотря на то, что была младше на пять лет, последнее слово всегда оставалось за мной. Правда, думаю, это из-за того, что он тогда слишком много курил травы со своими дружками. Кто бы мог подумать, что из него выйдет приличный человек?

— Среди наших поклонников не только, как ты выразилась, «сопливые девчонки», — Костино самолюбие было уязвлено.

— Еще легковерные и внушаемые личности, — парировала я, улыбаясь. Почему-то во время спора это раздражает оппонента.

— К которым, я полагаю, ты себя не относишь, но при этом призналась, что тебе понравилась моя песня.

Он решил, что обратит против меня мои собственные слова?

— Так это ты ее написал? — изобразила искреннее удивление, смешанное с восхищением, теша эго музыканта, а в следующую секунду осадила его: — Я думала, ты тут для картинки.

На мгновение он замешкался, соображая, оскорбила я его или же сделала комплимент.

— То есть ты признаешь, что я тебе нравлюсь? — ловко сумел выкрутиться из ситуации, но его стратегия была однотипной. Неужели нельзя придумать ничего оригинального?

— Я просто констатировала факт, — пожала плечами. — Точное наличие золотой пропорции в лице и есть идеал красоты для человеческого взора, — бегло осмотрела брюнета, прикидывая приблизительно соотношения расстояний от установленных точек, — насколько я могу судить, ты близок к нему.

Никто не ожидал от обычной официантки таких познаний. Было приятно видеть восхищенные взоры «суперзвезд».

— Я лишь подрабатываю летом в пиццерии, — пояснила. — В остальное время учусь на архитектора.

В какой-то момент почувствовала себя участницей одного из тех шоу, где люди жалуются на свою трудную жизнь. Именно так смотрели на меня парни.

— Боже, вы бы видели себя со стороны, — рассмеялась от вида их вытянутых лиц. — Понимаю, у вас нет проблем с деньгами, — гадала, что именно привело их в такое замешательство, — но вы что, не работали до того, как стали популярными?

— Я всю жизнь занимался музыкой, — первым отозвался Дима.

— И я, — подхватили остальные музыканты.

— А на что вы жили? — теперь настала моя очередь удивляться.

— На деньги родителей, — хором ответили.

— И как долго? — на вид им всем было давно за двадцать. — Во сколько же лет вы создали свою группу?

— Мы все жили по соседству и с детства дружили, — начал рассказывать Артем.

— Мне было восемнадцать, когда мы собрали свой первый стадион, — поделился Костя, — а потом все завертелось, и теперь мы те, кто мы есть.

— Ух ты! — на этот раз искренне восхитилась. — Ты уже с детства решил, что будешь популярным музыкантом и просто шел к своей цели?

— Я любил музыку, — скромно, без показухи, говорил, — мне нравилось играть на гитаре, писать песни. Все получилось как-то само собой. Я не шел напролом, не сворачивал гор.

— Не верю в судьбу или везение, все зависит от человека, — парень незаслуженно прибеднялся, преуменьшая свои таланты. — Мы меняем мир, а не он нас.

— Хорошие слова для песни, — парень чуть прищурил глаза, а взгляд стал магнетическим. — Я могу их использовать?

— Поэты во всем видят рифмы? — не могла отвести от него глаз, будто находилась под гипнозом.

— Только в прекрасном, — теперь начал очаровывать бархатным голосом.

— А я думала, их вдохновляет любовь, — взяла себя в руки, и скинула с себя его дурман.

Непостижимо, но Костя вызывал у меня неловкость. Он словно забирался мне под кожу, хотел проникнуть в мою душу. И у него это получалось. Возникло дурное предчувствие, и я вскочила, начав поспешно собираться.

— Спасибо за угощения и приятную компанию, — тараторила, намереваясь не дать парню вставить хоть слово, чтобы он не уговорил меня остаться еще ненадолго. Он возымел надо мной странную необъяснимую власть, и, подозреваю, был способен уболтать на что угодно. — Мой босс спустит с меня шкуру, если узнает, что я веду светские беседы с клиентами вместо того, чтобы работать, — и шустро засеменила к выходу.

— Приходи на следующей неделе на наш концерт, — догнал Костя, когда я собиралась скрыться за спасительной дверью, и протянул мне две ламинированные карточки на синей ленточке, — убедишься, что никого не принесут в жертву.

За моей спиной раздался жутковатый голос Димы:

— Кроме тебя, буа!

Блондин отвесил тому подзатыльник:

— Идиот!

Проигнорировала их, сконцентрировав все внимание на пригласительных.

— Так и попадают в секту? — улыбнулась.

Костя оставался серьезным:

— Просто хочу, чтобы ты послушала мою музыку.

О таком парни меня еще не просили.

— Я подумаю, — и взяла билеты.

Пока ехала обратно в кафе, прокручивала разговор с брюнетом. Не поспоришь, он интересная личность, раз сумел добиться таких успехов, и симпатичный: высокий, спортивный, с красивыми зелеными глазами. Но явно он не моего поля ягода. Мы слишком разные. Нельзя воспринимать его слова всерьез. Лучше вообще не подпускать его близко. Такие, как он, только играют с девушками.

Нет, Маргарита, не попадай в его ловушку! Не будь очередной простушкой в списке!

Вечером, вернувшись домой, вручила билеты Ане. Соседка была в полном восторге и старалась выпытать, откуда я достала эти дорогущие VIP-приглашения. Я брякнула что-то про клиентов и чаевые, а она и не стала вникать, будучи поглощена щебетанием о концерте. Выгоднее было бы их продать, но по причинам, которые назовет только психиатр, я не сделала этого.

Возможно, этот шаг и послужил началом истории, которая перевернула всю мою жизнь, больно пересчитав каждую косточку и жестоко обнажив душу.