Чтение онлайн

В действиях не было ни плана, ни элементарной последовательности. Оно просто бросалось из стороны в сторону, пробивая телом стены насквозь и не замечая сваливающихся на него обломков. Люди разбегались от него во все стороны.

– Быстро назад, в шахту! – заорал я. – Спасайте девчонок!

Я начал выталкивать из темной комнаты ослабевших девушек и передавать их другим Гура. Со всех сторон сыпались стены, обрушивались купола и минареты.

– Делайте веревки из занавесок и покрывал! – крикнул я. – Спускайтесь по склону. Ради бога, живее! Это чудовище не остановится, пока не разрушит весь город!

– Я нашел связанный веревочные лестницы, – крикнул кто-то из наших воинов. – Они достанут до воды, но…

– Развязывайте х и отправляйте женщин вниз. Лучше рискнуть нахлебаться воды, чем оказаться раздавленными какой-нибудь глыбой, – ответил я и добавил: – Гхор, держи Альтху!

Я передал девушку в руки залитого кровью великана, а сам понесся вслед за чудовищным созданием, на глазах разрушающим город на скале Ютхла.

От этой гонки у меня остались лишь обрывочные воспоминания: рушащиеся стены, стонущие и раздавленные насмерть люди и несущаяся напролом машина разрушения, вокруг которой распространялось какое-то неестественное, похожее на электрическое, сияние.

Сколько Гура, Яга и рабынь всех цветов кожи погибло в этом кошмаре – теперь уже никто не узнает. Нескольким сотням удалось выбраться по подземному туннелю, пока чудовище не завалило обрушенной стеной вход, похоронив при этом несколько десятков человек, пробиравшихся к люку. Развернув лесткницы, воины спустили по ним множество женщин, не разбирая, какого цвета их кожа. Часть лестниц опустилась на город Акка, часть – на воду Йогха, но в тот момент главным было выбраться из рушащегося города.

Передав Альтху Гхору, я понесся вслед кошмарному чудовищу, сам четко не представляя, что собираюсь делать. Я просто бежал, перепрыгивая через рухнувшие обломки и перелезая через образовавшиеся завалы, пока не оказался рядом с попятившимся монстром. Оказалось, что он вовсе не такой уж бесчувственный и слепой. Стоило мне прицельно запустить хорошим булыжником в показавшееся мне уязвимым место на огромной голове, как движения гигантского слизняка перестали быть беспорядочными: разбрасывая камни в разные стороны, как бык разбрызгивает пену, переходя через быструю реку, чудовище ринулось в мою сторону.

Я отчаянно убегал, уводя чудовище за собой – прочь от того места, где напуганные люди покидали город. Я прекрасно понимал, что каждая выигранная секунда означает чью-то спасенную жизнь. Но незнание планировки города сыграло со мной злую жутку: я и сам не заметил, как оказался в полукруглой башне, нависшей над водами Йогха на высоте пятисот футов. Сзади ко мне приближалось чудовище. Я развернулся и увидел, что оно, на миг приостановившись, даже чуть попятилось, а затем бросилось на меня. В середине огромного брюха я увидел темное пятно размером с кулак. Инстинкт дикаря или интуиция цивилизованного человека подсказали мне, что это – жизненно важная точка гигантской твари. Словно сжатая пружина, я распрямился и метнулся навстречу чудовищу. Тело и руки не подвели меня – меч по самую рукоятку воткнулся в темное пятно. Что было потом – я не знаю. Для меня мир погрузился в море огня и раскаты страшного грома, за которыми последовали темнота и забытие.

Уже потом мне рассказали, что в момент нашего прыжка и чудовище, и я скрылись за стеной синего пламени. А затем раздался страшный грохот, и вместе с развалившейся на куски башней мы с чудовищем рухнули вниз, в реку, с высоты пятисот футов.

Меня спас Тхаб, несмотря на тяжелую рану, бросившийся в реку и вытащивший мое бесчувственное тело на берег.

Вы можете мне возразить, сказав, что ни один человек не останется в живых после падения в воду, пролетев перед этим пятьсот футов. Единственное, что я могу вам ответить, – это то, что я остался жив. Хотя, по правде говоря, я не думаю, что кто-нибудь из землян смог бы повторить такой полет с таким же результатом.

Но и мне дорого обошлось то падение. Я долго лежал без чувств, еще дольше мучительно, в бреду и кошмарах приходил в себя, и еще дольше оставался парализованным, пока мои нервы, мозг и мышцы медленно-медленно возвращались к жизни.

Пришел я в себя уже в Котхе, не помня ничего о долгом пути через леса и по равнине, прочь от поверженного города Югга. Из девяти тысяч воинов, отправившихся в страну Ягг, вернулись назад чуть больше половины – зраненных, измученных, но возвратившихся победителями. С ними вернулись пятьдесят тысяч женщин – освобожденных рабынь. Тех Гура, которые не были Котхами или Кхорами, сопроводили до их родных городов – случай, невиданный за всю историю существования на Альмарике расы Гура. Женщинам других народов предоставили возможность свободно выбрать место для жительства в любом из городов Гура.

Мы с Альтхой наконец обрели себя. Ее прекрасное лицо, склонившееся надо мной, было первым, что я увидел, придя в себя после возвращения из страны Ягг. Наверное, наша любовь останется с нами навсегда – слишком много испытаний пришлось пройти нам обоим и нашему чувству, чтобы прийти к счастливому концу.

Впервые в истории Гура два города – Котх и Кхор – заключили мир и поклялись друг другу в вечной дружбе. Теперь два племени, вместо того, чтобы воевать одно с другим, вместе сражались против враждебных сил природы и добывали себе пищу на охоте.

А мы двое – я, землянин, и Альтха, рожденная на Альмарике, но одержимая инстинктом познания земной женщины, – еще надеемся передать хотя бы малую часть культуры моей родной планеты прекрасному, но дикому народу, живущему под небом планеты, ставшей моим вторым домом, – планеты, называющейся Альмарик.