Альфасамка
Шрифт:
На следующей неделе ни во вторник, ни в четверг Валера на скалодроме не появился. Я даже специально приехала в пятницу, надеясь случайно его застать. Не застала. Зато в понедельник на фейсбуке появился аж целый альбом с фотографиями из поездки на Майорку. На них он зажигал с новой девицей — обладательницей бюста четвертого номера и копны рыжих волос. Подонок! Мог хотя бы сказать, что уезжает! Я всю неделю изводила себя разными мыслями. Отправила ему с десяток эсэмэс, на которые он не ответил. Психовала, два дня почти ничего не ела, потом за десять минут смела шоколадный торт, а один раз даже напилась. И все это время себя накручивала и накручивала. А потом выясняется, что эту ужасную для меня неделю он провел, купаясь в Средиземном море и лапая эту рыжую девицу! Я попеременно впадала то в ярость, начиная на всех орать, то в отчаяние, заливая всех слезами. Истеричка, в общем!
Во вторник Валера приехал на скалодром — со свежим загаром, очень красивый и довольный. Я не стала признаваться, что уже успела досконально изучить все его новые фотографии.
— Прекрасно выглядишь, — поприветствовала его я, когда он появился, — отдыхал где-то?
— Да, друзья ездили на Майорку, и у них один товарищ в последний момент отказался. Пришлось кидаться на амбразуру.
Меня так и подмывало сказать что-нибудь насчет этой грудастой «амбразуры», на которую ему пришлось кидаться, но я сдержалась.
Ночь провели у Валеры, распивая испанское вино. Я чувствовала себя счастливой. Даже стала подумывать, что, возможно, не стоит принимать его кратковременные романы в поездках так близко к сердцу и что все это несерьезно. Ведь в Москве он встречается в основном со мной…
А потом в четверг днем мне пришла от него эсэмэска: «Сегодня буду на скалодроме не один. Предупреждаю, как договаривались».
Хорошо, что было время обеда и сидящие со мной в одном кабинете коллеги отправились в соседний ресторан, так как после прочтения этой эсэмэски мой мобильный телефон полетел в стену. И тут я поняла, что со мной происходит что-то не вполне нормальное.
Я позвонила своему психоаналитику.
— Здравствуйте, — поприветствовал меня автоответчик ее голосом, — в данный момент времени я нахожусь в Японии и не смогу с вами поговорить. Оставьте свое сообщение, и я обязательно перезвоню вам сразу, как вернусь.
Это была просто катастрофа. Мне следовало что-то делать и срочно, но я с трудом представляла, что именно.
— Если я сегодня приеду на скалодром, — размышляла я вслух, ходя взад-вперед по кабинету, — то встречу его с другой девушкой, весь вечер буду изводить себя ревностью, приеду домой и напьюсь. Если не поеду, то не увижу Валеру до следующего вторника. И еще вопрос, будет ли он один. За это время я успею сойти с ума…
И тут позвонил почти разбитый об стену мобильный телефон. Старый знакомый, поинтересовавшись, как у меня дела, рассказал, что завтра собирается улетать на Эльбрус. И тут меня осенило. Это же лучшее решение всех моих проблем!
— Сережа, возьми меня с собой, будь другом, — взмолилась я.
Он немного подумал, а потом ответил:
— Если сегодня купишь билеты на наш рейс, не вопрос — поехали.
— Конечно, куплю, — радостно воскликнула я, ни минуты в этом не сомневаясь.
И купила. Потом за свой счет взяла десять дней отпуска по семейным обстоятельствам и уже следующим утром сидела в самолете до Минеральных Вод, попивая коньяк.
Эльбрус повлиял на меня колоссально. Во время долгих переходов ты ни с кем не общаешься, оставаясь наедине с собой и собственными мыслями. Первые дня четыре из меня выходила моя злость, и я вела бесконечные мысленные диалоги с Валерой, высказывая ему все, что у меня накопилось. А потом вдруг мир резко перевернулся, став из горизонтального вертикальным. И все мои проблемы, оставшись внизу, стали понятны и видны сверху целиком.
Вернувшись в Москву похудевшей, загоревшей и со свежим цветом лица, я приехала на скалодром. Валера, когда увидел меня такой хорошенькой, даже подпрыгнул, очевидно, думая о предстоящей ночи.
Я же посмотрела на него совсем другими глазами и увидела его настоящее лицо. После тренировки, не заходя в кафе, я села в машину и поехала домой. Минут через двадцать Валера позвонил мне на мобильный:
— Ты чего уехала? А я думал, что мы с тобой проведем эту ночь вместе. Отпразднуем твое восхождение на Эльбрус…
— Извини, Валера, если обманула твои ожидания, но ты не тот мужчина, который мне нужен. Прости, но мы не будем больше вместе проводить ночи. Пока.
— Ну, дело твое, — спокойно ответил он, ни на минуту не теряя самообладание, — удачи в поисках нужного мужчины!
— Спасибо, а тебе удачной статистики!
Так закончились наши отношения с Валерой — безответная влюбленность в совсем не подходящего мне мужчину.
— И что ты думаешь по этому поводу? — спросила я своего психоаналитика. Мы стояли в ожидании вертолета, облаченные в яркие парашютные костюмы, собираясь в тандеме с инструктором прыгнуть с трех с половиной тысяч метров.
— Знаешь, как говорится в одной мудрой поговорке: кто везет, на том и едут! — ответила она, хитро улыбаясь.
— Язва, — вырвалось у меня.
— Горькая правда не такая сладкая, как ложь, но кто тебе это еще скажет, если не я, — спокойно ответила мой психоаналитик.
— Ты права. Значит, Валера обращался со мной так, потому что я сама ему это позволяла?
— Не только. Он так обращается со всеми девушками. Ты выбрала себе такого мужчину, который просто-напросто не уважает женщин, видя в них исключительно сексуальный объект либо с длинными ногами, либо с большой грудью.
— Как цинично, — сказала я, понимая, что она права на двести процентов.
— Хорошо, что ты сама поняла, кто виновник этой ситуации, — продолжила мой психоаналитик. — Мы сами придумываем себе проблемы на пустом месте, желая пострадать и помучиться. А на самом деле это самая обыкновенная безответственность!
— Как это? — не поняла я.
— А так! Всегда проще свалить вину за свою несчастную жизнь на какого-нибудь подонка, чем самому нести за нее ответственность.
Я собиралась ей что-нибудь ответить, но шум подлетающего вертолета заглушил мои слова. Позже я как следует обдумала ее фразу и поняла, что возразить мне было просто нечего.