Чтение онлайн

– Ох, малыш… Не думал… Я не могу сдержатся… Прости…

Уже на второй толчок загоняет в меня весь член целиком. Не успеваю даже воздуха глотнуть, как его третий толчок вышибает из меня все маты на русском языке. Тело трясет, как при сильной качке. Хочется реветь в три голоса и спрятаться от этого зверя с его огромным членом куда подальше, но я мучительно терплю эту пытку, на которую пошел сам.

Он со стоном кончает в меня опадая на мою спину. Кажется, я умру раньше срока. Задыхаюсь от нехватки воздуха и кое-как налаживаю свое дыхание.

Он, кажется, уснул, хотя мне он показался не таким надравшимся, как я.

На улице уже ночь, так и брожу с больной задницей, прихрамывая и морщась от унижения и боли. Как я мог на это пойти?!! Что мне взбрело в голову, что я получу удовольствие, как тогда от Шена? Какой же я дурак!!!

Мой отец сидит, печально сгорбившись на узкой скамейке. По идее, у них сейчас медовый месяц. Они должны были улететь в своих обличиях в горы к драконам и там, уже на алтаре, подтвердить кровью серьезность своих намерений. Обескураженно сажусь рядом с ним и спрашиваю со страхом и непонятной болью в груди:

– Па?! Он тебя обидел?!

Он мотает головой и прижимает мою голову к своей груди. Слышу его всхлипы и неверяще заглядываю ему в глаза.

Наконец, он успокаивается и я уже слышу его слова:

– Понимаешь, там столько было…

Он переводит дух и наконец говорит уже нормально:

– Его любовники. Они, понимаешь… Они красивее меня, я же без лица… Мной не похвастаешься! Я люблю его… Но за что он со мной? Может, от безысходности? Неужели я смогу ему доверять… Они все такие красивые, такие идеальные. Пусть они люди… но у него всегда был здесь выбор быть с кем-то… А я надоем ему по самое не хочу…

Уверено поднимаю его лицо за подбородок:

– Па… Ты самый красивый и самый лучший, запомни. Твое лицо внутри. Ты даже не представляешь, насколько ты красив и идеален!!! Иди к нему и даже не сомневайся в его любви.

Слышу, как дверь окна запахнулась и я усмехнулся. Вален все слышал. Тихие шаги Валена и я встаю, чтобы покинуть их на свой самый откровенный разговор в их жизни. Еще какое-то время я слышу тихий плач моего отца и раскаянный голос Валена. Отец будет счастлив, просто ему надо научиться быть уверенным в Валене. И тот должен уметь показать ему свою любовь. Ведь отца очень долго обманывали и он сейчас такой ранимый и чувствительный.

Прихожу в свою комнату под утро и к своему удивлению вижу, что комната пуста. Я уже и так отвоевал себе комнату в замке Валена, но он обрадовал меня моим будущим. Я буду жить и учится в гарнизоне его Величества Литана Пятого. Пока посмотрят на мои навыки и умения и затем уже определят на профессию. А пока, чтобы понять мои навыки, надо проучиться на общем уровне, и там уже иметь понимание моей выносливости.

Без вещей, с утра, меня отправили в карете Валена в тот самый гарнизон. Полдня я ждал какого-то человека, чтобы он внес меня в общий список гвардейцев и затем, дав мне общую форму ученика, толкнули в общую казарму.

Серое унылое нечто. По стенам были разбиты койко-места в три яруса. Узкое пространство между кроватями давало зайти к своей кровати лишь боком. В плечах я не влезал туда по сравнению со всеми. Конечно мне льстило, что я был крупнее других. Но вот этот момент просто раздражал, когда приходилось поднимать вверх руки, чтобы пролезть к своей кровати.

Сзади бешено ухнуло:

– Капитан Мачено, здравия желаем!!!

Пока разворачивался, одна из кроватей гулко скрипнула и я с ужасом понял, что застрял, пытаясь быстро вылезти из западни. Гвозди, чтобы их!!!! Капитан смотрел на меня недобрым взглядом и сам лично помог мне выбраться. Осмотрев меня на ранения, заявил громко:

– Упал – отжался до предела.

На всякий случай расставил руки шире, чем обычно, и начал отжимание. Сначала все вокруг смеялись. Потом, замолчав, даже присели, считая вместе с капитаном Мачено. Потом и сам капитан уже сбился со счета, и удивлено-одобрительно глядя на меня, кивком головы разрешил мне встать, и оглядев меня вокруг, хмыкнул одобрительно:

– Сойдет, самое то.

Для чего – я так и не понял, но решил не спрашивать. А то нарвусь и буду потом ходить, как после того телохранителя короля. Господи, как же его звали то, уже и не помню. Главное, больше молчать.

В казарме нас было человек тридцать. К утру дышать было уже нечем и я, задыхаясь, радостно выскочил первым на пробежку, даже капитан и его помощник не успели ещё и разбудить всех.

Я мчал так, что пот лился в три ручья. Понемногу наш кольцо замкнулось и мы в три ряда бежали под строгим оком нашего капитана. Который, кстати говоря, мне тоже понравился.

Первую неделю мы не успевали даже переговорить друг с другом. Как я понял, мы все были новобранцами и здесь были выбраны лучшие из лучших. Четыре парня были даже после какой-то там академии и были здесь на особых условиях, о которых они намекали. Но по ходу, они сами не знали ещё, каких. Всего нас было тридцать три человека. Наше звание было пока рядовые. Я – так вообще ученик. Но и мне прописали в моем деле, что я рядовой. Если бы они знали, что я в другом городе уже прошел одиннадцать лет школы… Но я помалкивал в тряпочку.

Я был первым в строе перед капитаном, когда он все-таки навещал нас. Зато плюс был в одном, мне выделили койку на самом низу и даже в мой рост. А то на обычные койки я не влезал, и еще плюс – что к ней не надо куда-то пролезать. Она с краю. Правда, когда я ударился среди ночи лбом о низ верхней койки, то сверху завопили от ужаса и пришлось давать обещание, что я буду вести себя разумно, как и надлежит будущему гвардейцу Его Высочества, Литона Пятого.

Ужас, конечно, но я хотел быть лучшим – значит, и буду лучшим. Каждодневные тренировки на выносливость меня пока лишь смешили, но когда в дело пошли мечи и пистолеты непонятной для меня конструкции и даже патроны с энергетическими сгустками, я чуть не чокнулся на уроках. Даже на Земле этого не было. А тут всё это было в ходу. Патроны с ядом, с иглами я ещё понимаю, но что это за субстанция и откуда она была взята – для меня было загадкой. Я ведь не учился у них тут с детства, чтобы это понимать, и пришлось просить, как бы между прочим, учебники по истории и другим предметам, дабы восполнить свое познание этого мира. Ведь я здесь буду до конца своей жизни. Ради нас с отцом.

Наш показ должен был быть через неделю. Прошло уже полгода нашего обучения. Я ни на шаг не продвинулся со своим обучением по книгам. Ведь прочитать было мало, столько непонятных слов там было, что надо было начинать с базовых. По видимому, с букваря в этом мире. Но часть я все-таки понял. А именно, два пистолета. Один из них хинчоу, к ним патроны идут с аббревиатурой звезды на самом дне капсулы, пока нам их давали пустыми и пустыми же мы ими и стреляли, привыкая к отдаче пистолета. Руки ныли, потому что стрелять заставляли с двух рук по-очереди. Предполагалось, что патроны будут с плазмой и вес у них будет немалый. Как пистолет не разрушится – не понимаю. Но как потом выяснилось, пистолеты всегда меняется после двадцати выстрелов. Потому что разрушительную силу выстрела от выхода луча и нагрева ничто не выдерживает. Второй пистолет более миниатюрный, кингоуч. Ещё одна странная энергия. Тело словно прошибает током и не убивает противника, а лишь заставляет его застыть. И не дай боги его в этот момент еще и облить водой – ни одно сердце не выдержит этого напряжения, как говорит наш капитан и его помощник, Аденью.