Чтение онлайн

— А нам до этого какое дело? Ну легче станет торговать купцам, и расширят списки товаров…

— Всегда рассматривай интересы всех сторон, учитывая их возможности! — наставительно сказал Мехал. — Тогда сможешь предугадать, кто как себя поведет и принять меры. Против кого замышляется договор? Правильно, против союза королевств. И что, ты думаешь, они будут спокойно ждать, пока их обложат со всех сторон, как медведя в берлоге? Там умные люди с большими возможностями. Очень долго они жили изолированно от других, но это время прошло. Они увезли от нас большой полон, и при желании вполне смогут использовать многих пленных для своих целей. Какая у них может быть цель?

— Помешать заключить договор?

— Это в первую очередь. Но еще они постараются нас всячески ослабить. Если ты окружен враждебными соседями, в их слабости твоя сила! Это основа политики. И ослаблять лучше всего чужими руками. Люди в своей массе продажные твари, а золота в союзе достаточно. Перессорь соседей между собой, и можешь жить спокойно. Вряд ли это у них получится с Аликсаном, но крови они у него могут попортить изрядно. А для нас ослабление Аликсана вредно. И потому, что он своей силой сдерживает аппетиты тех, кто за проливом, и потому, что только Аликсану в Сандоре мы с тобой можем полностью доверять. Лазони нам не станет помогать, даже если у него будет такая возможность. Еще и попробует получить выгоду из нашего бедственного положения. Отсюда следует, что как бы мы с тобой ни относились к Сергу, ему надо помогать, и его следует держаться! Барни это понял первый, заключив брачный союз своего наследника с его сестрой. Жаль, она для тебя была бы прекрасной партией. Запомни на будущее, если будет такая возможность, свяжи своих детей браками с детьми Аликсана. А теперь давай поговорим о том, что можно сделать, чтобы укрепить свои позиции в Сандоре и помочь Аликсану. Об этом никто не знает, но после войны у нас в разных провинциях Сандора сохранились свои люди, которых можно будет использовать…

— Как ты могла жить в этом гадючнике столько лет? — сочувственно сказал Джок, обнимая Аглаю. — За весь день пребывания в твоем дворце я не увидел ни одной порядочной физиономии. Ну или почти ни одной. Все-таки твой канцлер мерзавец только наполовину, а казначей — наполовину вор. Учитель твоего сына вроде порядочный человек, но он здесь ничего не решает. Вот в армии у тебя полный порядок!

— Я тебя сегодня познакомлю со своим начальником службы безопасности, — пообещала Аглая. — Это будет полезно вам обоим.

— С сыном говорила? — спросил Джок.

— Мог бы и сам догадаться о том, что говорила по его круглым глазам.

— Я его раньше не видел, — усмехнулся Джок. — Откуда мне знать, может быть, они у него такие от рождения? Вопросов не задавал?

— Он пока переваривает сказанное. Вопросы появятся или к вечеру, или завтра. Завтра же я назначила большой прием. Там кое-что объявим. Здесь даже о договоре мало кто знает. Как тебе мой сын?

— Не мерзавец и не дурак. Извини, но вот так, сходу я больше о нем ничего сказать не могу.

— А вот ты ему понравился, пока он не услышал, кем ты для меня стал. А сейчас он просто в растерянности от всего, что я на него вывалила.

— Невесту себе в твое отсутствие не подобрал?

— Невесту я ему давно подобрала. Ей только двенадцать, а пока она растет, пусть тренируется на дворцовых шлюхах. И ему польза, и им приятно.

— Теперь мне понятно, как ты здесь правила.

— Женщине по-другому нельзя, — засмеялась Аглая. — Почувствуют слабину, мигом усядутся на шею, еще и ноги свесят.

— Сами виноваты! — сказал Джок. — Я имею в виду ваших королей. Почему в самом маленьком королевстве герцогских родов больше, чем во всех остальных королевствах вместе взятых? Нет, причины мне объяснять не нужно. Дать что-то людям легко, попробуй их потом лишить законно полученного! А любой герцогский род это потенциальный кандидат на новую королевскую династию, если правящая по какой-то причине пресечется. А советы герцогов во всех королевствах в какой-то мере ограничивают власть короля. Разве что Мехал свой совет разогнал, но и он вынужден считаться с герцогскими родами. А попробуй добиться согласия, если этих родов три десятка!

— Да все я понимаю! — начала злиться Аглая. — Но что ты от меня-то хочешь? Мне все это досталось в наследство от предков мужа. Вырезать их, что ли? Без причины?

— Хорошая мысль, — сказал Джок. — Только почему без причины? Вот решат они меня, скажем, отравить или случайно зарезать… Я, естественно, осерчаю. Мясник я или не мясник?

— Перестань! — Аглая обняла Джока и прижалась к нему. — И в шутку чтобы я от тебя такого не слышала!

— Ладно, не буду, — согласился Джок. — Но с этим все равно нужно что-то делать. В других королевствах высшее дворянство хотя бы служит, а у вас? Вся армия наемная, а вассалы со своими дружинами если когда и дерутся, то только друг с другом. Паразиты чистой воды и вечная угроза королевской власти. Поставить вместо них чиновников для сбора налогов…

— Будешь высказывать такие идеи, точно зарежут. И тебя, и меня вместе с тобой! Что-нибудь поумнее предложить можешь?

— Поумнее — это к Аликсану. Надо было мне в ваши дела вникнуть еще в Ордаге, тогда можно было бы спросить совета у герцога. Вы их привлекать к работе не пытались?

— Герцогов — нет, а их отпрысков и муж пытался привлечь, и я сама. Гораздо меньше вреда, когда они вообще ничем не занимаются.

— Давай об этом подумаем потом. Уже поздно и пора отдыхать. Ты решила или нет?

— Да пошли они! — сказала Аглая. — Пусть думают, что хотят! Дай руку!

Джок подал руку, на которую королева оперлась, и они прошествовали из большой гостиной королевского дворца мимо окаменевших гвардейцев в покои королевы.

— Завтра мою личную жизнь будет обсуждать вся столица, — сердито сказала Аглая. — А через три дня узнает и вся провинция. Почему-то для слухов ни дожди, ни грязь на дорогах препятствием не являются. Ну и плевать!

— Правильно, — поддержал Джок. — Аликсан так и сказал, чтобы плевали!

— Я за тебя боюсь, — сказала Аглая. — Зря я тебя с собой взяла. Если с тобой что-нибудь случится, меня потом прозовут Аглаей Кровавой.

Утром еще до завтрака, воспользовавшись тем, что Джок ненадолго покинул комнаты королевы, к ней зашел канцлер.

— Ваше величество! — начал он. — Разумно ли было выставлять свои чувства к графу на всеобщее обозрение?

— Вообще-то, нас видели только пять гвардейцев караула, — задумчиво сказала Аглая. — Пожалуй, мне стоит подумать над тем, чтобы заменить гвардию наемными солдатами. Те, по крайней мере, не предают. А этот караул отволочь в пыточную к барону Рэдлу. Он мигом узнает, у кого из них длинный язык, а заодно его укоротит.