Чтение онлайн

Семь черных силуэтов окружили поверженного самца. Миндалевидные глаза Ануннаков расширились от предвкушения торжества. Синхронно взлетели вверх шипастые локти, готовые выбросить вперед смертоносные жала предплечий, пространство вокруг задрожало от напряжения и энергии, бегущей между агатовыми телами и аккумулирующей на самых кончиках игл. Миг неподвижности и тишины, а потом — последний удар. Сминающий, сокрушающий, разрывающий…

Но вместо чуть живой человеческой плоти семь черных молний встретили на своем пути ослепительную вспышку белого света, в которой на миг утонула вся арена поединка. Скалы, деревья, вода — все исчезло в ее сиянии. Во все стороны брызнули лучи, настолько яркие, что безжалостно резали глаза даже на таком расстоянии. Затем, в постепенно гаснущем мареве начали проявляться высокие фигуры черных. Вспышка отбросила их на несколько метров назад от цели и они, беспорядочно рассредоточившись по гребню скалы, замерли в неподвижности. Если бы Ануннаки не были столь близко знакомы с этими существами, то они могли бы подумать, что те находятся, как минимум, в недоумении. Свет сжимался, словно время повернулось вспять, и лучи быстро возвращались в одну точку. Миг, и свечение уплотнилось и сосредоточилось в длинном и широком лепестке меча, находившегося в правой руке у твердо и уверенно стоявшего на камнях человека. Он был покрыт кровью и черной копотью, но беспомощности и слабости, всего пару секунд назад исходивших от онемевшего, распростертого на камнях тела, как не бывало. Человека переполняла сила. Рассеянный свет, струящийся через мир вокруг, водоворотом стекался к нему со всех сторон горизонта и, проходя через все его естество, собирался на гранях белого клинка, острие которого смотрело на замерших черных.

Человек замахнулся своим оружием и резко прыгнул вперед в сторону ближних к нему противников, в высоком сальто разрезав воздух крест-накрест слепящими росчерками света. Раздался какой-то совершенно запредельный скрежет, постепенно переходящий в визг такой мощности, что корабли Ануннаков ощутимо вздрогнули, а две непобедимые твари, сотканные из мрака, одна за другой медленно и торжественно разъехались пополам прямо по линии разрезов, оставленных на них белым лезвием. На этот раз их тела не рассыпались на сотни невесомых крупиц, а начали съеживаться, притягиваясь друг к другу и соединяясь в одну плотную точку, зависшую в воздухе. Она была настолько черной, что пространство вокруг нее заколыхалось расходящимися волнами искажений. Точка сжалась до предела и бесшумно исчезла, последний раз изуродовав оптические свойства материи несимметричным, постепенно исчезающим искривленным узлом. Визг тут же затих, и наступила звенящая тишина.

Человек, словно сам не ожидавший такого потрясающего эффекта от примененного им оружия, замер на месте напротив неподвижных фигур пяти оставшихся противников. Несколько долгих секунд они так и стояли в этом странном оцепенении, а потом, как по свистку, одновременно бросились друг на друга.

Взлетели вверх пять черных клинков, а им навстречу устремился широкий белый лепесток.

Свет встретился с тьмой…

Зрение Ануннаков было намного острее и совершеннее человеческого, но даже они не могли различить отдельные детали яростного сражения, разыгравшегося внизу. По исковерканным, растрескавшимся скалам кружил неистовый, порывистый смерч с ярко-белой сердцевиной, вокруг которой бесновались иссиня-черные вихри. Летели во все стороны камни, стволы и ветки деревьев, стонал воздух, а черно-белая карусель продолжала свой безумный танец, круша и уродуя когда-то живописный береговой пейзаж.

Вот смерч резко ушёл в сторону, пересекая четырехугольную площадку наискосок, и оказался около длинного высокого мыса, далеко выступавшего в море. Белое пятно взметнулось вверх, вырываясь из центра чёрной воронки. Ему вслед ударили три темных молнии, и две широких, похожих на огромные крылья ворона, плоскости, перечеркнувшие огромным косым крестом облака пыли. Чёрные начали наносить не только колющие выпады, но и размашистые рубящие удары. Молнии ушли в небо, совсем чуть-чуть разминувшись с целью, которая резко поменяла вектор движения и рванулась в сторону, чудом пройдя через узкий коридор пространства между секущими плоскостями, и ударила в ответ.

Вершина мыса, размером раза в четыре больше самого высокого из уцелевших деревьев, разрубленная двумя крыльями мрака, со страшным грохотом съехала в воду, взметнув вверх фонтан воды и каменной крошки.

Но даже через это плотное марево было отчетливо видно белый луч, упавший сверху на один из мечущихся в вихре сгустков тьмы и пронзивший его насквозь. Душераздирающий скрежет, визг на грани ультразвука, и чёрное пятно вывалилось из яростной круговерти, сжалось в точку и исчезло, на миг проделав в материи мира узкую дыру с неровными краями, похожую на пулевое ранение, исказившее пространство.

Свет и тьма вновь слились воедино и продолжили свой неистовый танец. Чёрные начали бить вразнобой, выбрасывая во все стороны полосы мрака. Им в ответ, намного реже, но не менее яростно выстреливал белый лепесток.

Схватка перемещалась по плато туда-сюда, безжалостно кромсая все вокруг. С тяжким гулом в воды прибоя обрушился кусок ещё одной скалы, зеленые заросли по периметру площадки почти перестали существовать, смотря в серое небо жалкими пеньками, оставшимися от деревьев, и темными пятнами вытоптанной травы и кустов.

Ануннакам, замершим в ожидании, которое из предвкушающе-нетерпеливого медленно, но неумолимо превращалось в тревожное, начало казаться, что этот танец может продолжаться бесконечно. Было похоже, что сцепившиеся друг с другом силы обрели некий равновесный баланс в своём противостоянии и уже не могут склонить чашу весов на ту или иную сторону.

Однако, это было не так. Очень скоро раздался ещё один непродолжительный визг, и вновь воздух заколебался, схлопываясь в провал, оставленный очередным уничтоженным чёрным.

Вихрь заметно убавил в объёме, зато скорость его вращения, казалось, стала ещё быстрее.

Снова смазанное движение, в котором смутно угадываются выпады, уходы, развороты, снова брызги гранита и грохот, а потом стремительный взмах крыла, на этот раз белого, яркая вспышка света и знакомый визг.

Ураган наконец распался и остановился. На его месте остались лишь двое перерубленных пополам на уровне пояса чёрных, которые, визжа, съёживались и исчезали, а справа от них застыл их единственный уцелевший собрат, ну а слева человек со сверкающим мечом в руке.

Через секунду они остались вдвоём, напротив друг друга.

Две противоположности, два антипода, два разных полюса бытия.

Один — дымящийся густым, плотным мраком и ощетинившийся сотканными из тьмы иглами, другой — переполненный ярким белым светом, пробегающим через все тело и пульсирующим на острие выставленного перед собой клинка.

А ещё через секунду они вновь бросились в бой. Видимо, возможность компромисса даже не рассматривалась ни первым, ни, тем более, вторым.

Чёрный нанёс красивую сокрушительную серию ударов обеими руками-мечами, но часть из них человек, немыслимо изворачиваясь, пропустил мимо, а часть отразил своим ярким лепестком. Лезвие его меча расчертило в воздухе замысловатый, изломанный белый зигзаг, встречающий разящие чёрные шипы каждым вектором поворота своего движения, а предпоследний отрезок этого зигзага прошёл точно через шею противника, в то время, как последний развалил обезглавленное тело на две половины четко по вертикали сверху вниз.

Все!

Двенадцать карателей, которых Ануннаки считали боевой элитой высших сфер, настолько грозной и непобедимой, что иногда даже просто их появление могло в один момент решить проблему чьего-то неповиновения, были уничтожены. Уничтожены червяком, расходным материалом для опытов, человеком, одним из тысяч подобных ему тварей, которые влекут своё жалкое существование на их полигонах.

Это факт был необъясним и настолько запределен, что их сознание до сих пор не могло принять его, как что-то свершившееся и реальное. Казалось, что это какая-то чудовищная и нелепая ошибка. Такого просто не могло произойти на самом деле.