Чтение онлайн

Лив подтянула колени к груди и обняла их, задумавшись и угрюмо глядя в одну точку. В груди все сдавливало до тошноты. Видимо, так чувство вины заставляет нас задумываться над нашими поступками.

Джонни внимательно посмотрел на Лив и мягко улыбнулся, потрепав ее по волосам дружеским, игривым жестом.

— Оливка, не переживай! В этом баре ошивались одни подонки и наркоманы, включая и самого владельца заведения. Я понимаю, что ты чувствуешь… — звонок его мобильного не дал ему договорить. Он достал телефон из кармана и недовольно уставился на экран. Но в этот момент его лицо повеселело и он бодро взял трубку, продолжая с участием смотреть на Лив:

— Макс, дружище! Ну, рассказывай! Наши с Оливкой лица уже наколоты на мишень дартс у Уолша в кабинете?

Лив внутренне вздрогнула и покраснела, услышав имя Макса. Все внутри нее загорелось, и она с трудом выдохнула, взволнованно прислушиваясь к разговору. Почему-то ей ужасно хотелось, чтобы он спросил о ней…

— Джонни, я тут случайно узнал, что кто-то взорвал «Кабриолет» прошлой ночью! Только не говори, что это сделал ты…

— Это сделала наша девочка! — гордо и весело проговорил Джонни, подскочив с дивана и, снова двинувшись по комнате, собираясь на ходу. — Я даже представить себе не мог, что Оливка додумается до такого! Без меня, она, конечно, бы не справилась, особенно после того, как ее взрывной и чокнутый характер потащил ее к размазанному по дивану кайфом Уолшу, и как она решила поддразнить его веселую натуру угрозами о скорой расправе, но я вмешался и успел спасти ее, так что теперь я ее герой навеки! Запомни это, дружище, особенно когда решишь снова ее завоевать.

Лив недовольно и гневно вспыхнув, швырнула в болтающего Джонни подушкой и проговорила:

— Ты все сказал, трещотка? Герой навеки, ты, кажется, куда-то собирался?

Она услышала, как Макс расхохотался в трубке и проговорил:

— Кстати насчет этого… Дай-ка ей трубочку!

Джонни игриво улыбнулся Лив и кинул ей в руки свой телефон, умчавшись на кухню. Сердце Лив остановилось, и она, с трудом сохраняя холодно-саркастичный тон, проговорила:

— Привет, франкенштейн. Какие новости?

— Белоснежка! Рад слышать твой бодрый голос! Как там мой любимый шрам поживает? — ответил ей ужасно притягательный мужской голос, лучащийся брутальностью и наглой самоуверенностью.

Лив хмыкнула, внутри себя сгорая от восторга и других смешанных, волнующих ее чувств.

— Ищет нового хозяина. А твоя селезенка, случайно, не рвется наружу, павлин?

Макс захохотал веселым, игривым смехом.

— Твой нездоровый сарказм и больная фантазия привлекают меня все больше, моя девочка! А какое белье на тебе надето?..

Сердце Лив взорвалось горячей волной и, ужасно стесняясь, она злобно прошипела:

— Ты хотел о чем-то поговорить, идиотина?

Макс вдруг посерьезнел.

— Вообще-то да. Милая, ты взорвала лучший бордель в городе. Может, отчасти, ты и молодец, только вот Блейк теперь прекрасно знает, что это сделала ты, и уже успел шепнуть об этом папочке, конечно же умолчав о том, что ты мстишь ему за смерть сестры. Не могу описать словами, как разозлился Генри, ведь он планировал соединить нашу семью с твоей, а тут такой удар в спину… Ну и в порыве гнева Генри, кажется, позвонил твоему отцу и рассказал Эйдену о том, чем занимается его дочь, только что оторвавшаяся от больничной койки после серьезной операции. В общем, — подытожил Макс, продолжая говорить серьезно, но легко и непринужденно, как будто рассказывал о том, как правильно укладывать тротуарную плитку, — теперь тебя ищут люди Эйдена, люди Блейка и на десерт — люди Генри, без которых можно было бы вполне себе обойтись. А если Оливер О-Коннел узнает о том, что ты втянула во все это его единственного сына, то, боюсь, ты вообще не сможешь выходить из своего нового убежища… ближайшие лет тридцать.

Лив гневно и удрученно слушала речь Макса и злилась на себя все больше и больше… А сейчас и на него, за то, что он так легко об этом говорит.

— Спасибо за то, что держишь меня в курсе, франкенштейн, но это мои проблемы и я их как-нибудь решу. Скажи, ты достал для меня информацию по людям Блейка?

— Белоснежка, ты что, вообще не слышала то, о чем я тебе говорил? Тормози, пока не поздно! Уже погибли девять невинных людей, а если ты настроишь кланы друг против друга, то это число увеличится в сто раз! Хватит играть крутую девочку. — серьезно, как никогда, с жесткими и повелительными нотками проговорил Макс.

Лив стиснула зубы. Ее душа болела, но она не могла остановиться…

— Франкенштейн, повторяю вопрос: ты достал для меня информацию по людям Блейка?

— Ты чокнутая… — вздохнул Макс. — Я вышлю тебе на почту все, что у меня есть. И теперь ты должна мне о-о-очень крутое свидание, моя девочка!

Лив закатила глаза.

— Я обещала желание, маразматик! А свидание будет после дождичка в четверг… Хотя… — Лив улыбнулась, ощущая бешеный ритм сердца и желание поиграть с ним, чего у нее еще не было. — Если там есть что-то полезное…

— Я заеду в семь. — заявил наглый и самодовольный голос.

— Эй, потише, коняга! Какое «заеду»? Узнай мне, каким образом Блейк завозит наркотики для своих клубов, и тогда хоть в три часа ночи. — довольно заявила Лив, сжимая до боли телефонную трубку и еле дыша от волнения.

— М-м-м, и все? Теперь ты точно моя, блондиночка! — горячо прошептал в трубку Макс и отключился.

— Между прочим, — послышался сзади игривый и веселый голос Джонни, выводя Лив из пузыря ее грез и фантазий, — вовсе не обязательно было так просто сдаваться, Оливка. — Джонни положил локти на спинку дивана позади Лив, присев на корточки, и проницательно заглядывая ей в глаза своими блестящими зелеными. — Если бы ты попросила меня, я бы за пару дней узнал все, что нужно, совершенно бесплатно. — сделав хитрое ударение на последнем слове, он довольно улыбнулся сияющей улыбкой.

Лив резко развернулась к нему, чувствуя, как к горлу подступает стыд и безумный гнев, непослушная прядь волос снова упала ей на лицо, и Джонни беззастенчиво и очень горячим, таким близким жестом осторожно откинул ее. Внутри Лив все вспыхнуло, и она больше не могла выносить ту бурю, что разрывала все ее внутренности и сжимала сердце в тугой комок.

Пылая от гнева, она проговорила:

— Джонни, это всего лишь означает, что именно ты, а не он, достанешь для меня эту информацию, а значит мне не придется идти с ним на свидание!

Джонни сияюще улыбнулся и подскочил на ноги, снова заносившись по комнате.

— Я узнаю то, о чем ты просишь, Оливка, но на свидание с ним ты все равно пойдешь. — он горячо подмигнул ей. — Потому что сама этого ужасно хочешь.

Лив вытаращила на него глаза и покраснела, чувствуя себя полной дурой и дешевкой. Даже чувства свои скрыть не может, что уж говорить о том, чтобы цеплять Макса — мужчину, которого любой встречный ветер сносит к другой! Она запустила в Джонни очередной подушкой и проговорила: