Чтение онлайн

Акулов не успел его догнать. Боясь напороться на лезвие, начал обходить с левой стороны, и филер, почувствовав это, не замедляя шаг, из-под локтя метнул «перо».

Нож ударил опера в живот. Машинально Андрей обхватил его обеими руками и встал как вкопанный, не соображая, почему он не чувствует боли и не видит крови.

Филер вылетел в переулок, где его уже ждало бежевое такси с распахнутой задней дверью. Головой вперед он нырнул в салон, и машина сорвалась с места, вильнула у светофора, обходя стоящие машины по встречному ряду, и скрылась, свернув налево.

Акулов медленно разжал пальцы.

— С тобой все в порядке? — остановился рядом запыхавшийся Волгин.

— Угу.

Длина ручки ножа, выполненной из черной пластмассы с удобными закруглениями для пальцев, составляла сантиметров шесть, лезвие — чуть длиннее, и хотя было оно остро заточенным, при общей небольшой массе оружия и корявом исполнении броска пробить джинсовую куртку оно не смогло.

— Отобрал?

— С неба упало.

Они постояли, восстанавливая дыхание и заново переживая, переоценивая случившееся.

— Да, облажались мы, — подвел итог Волгин. — Надо было не выпендриваться, собрать толпу ч прежде, чем начинать гоношиться, обложить вокруг все как следует. Тогда бы ни одна тварь не ушла.

— Конечно, надо было. Но ничего, мы об этом никому не расскажем.

— Обратно можно не торопиться. Того хмыря в «Москвиче» давно уже и след простыл… Смотри, это что валяется?

На земле чернели пластмассовые ножны. Акулов наклонился, поднял. Через ушко в нижней части ножен был продет разорванный шнурок из синтетического материала.

— На шее таскал. Видать, рванул слишком сильно, когда вытаскивал. Что ж, пригодится в нашем хозяйстве.

Возвращаясь, Волгин попытался отыскать отстреленную гильзу, но быстро отказался от этой затеи.

— Ну и черт с ней! Где-нибудь в траве валяется, не ползать же здесь до ночи.

Как и ожидалось, салатный драндулет стоял пустым. Убедившись в отсутствии свидетелей, Акулов камнем разбил боковое стекло и открыл дверь.

— Правильно, — одобрил Волгин. — Нанесем оргпреступности невосполнимый урон.

Машина была стерильно пуста. Уходя, наблюдатель прихватил даже пепельницу с окурками. Со злости Акулов распотрошил рулевую колонку и оборвал всю проводку, а также пропорол колеса, что офицера российской милиции, конечно, не красило.

Когда пришли в кабинет, Волгин запер дверь, достал из тайника пачку патронов и доложил один, вместо использованного, в магазин своего пистолета. Сообщать о стрельбе руководству он, естественно, ничего не стал.

Акулов разглядывал свой трофей:

— Хорошая штука. Ни один эксперт холодным оружием не признает, а человека зарезать запросто можно. Я видел, в «Солдате удачи» такие две с лишним тонны стоят. Что ж, будем пользоваться, раз шпалер мне не доверяют. Как говорится, добытое в бою принадлежит победителю. Серег, у тебя нет какого-нибудь шнурка вместо этого? А то противно чужой на шее таскать.

Порывшись в столе, Волгин выдал просимое. Акулов приладил нож на уровне солнечного сплетения, рукояткой вниз.

— А ничего, удобно. Как я смотрюсь?

— Потрясающе. Тебе очень идет. Получается, ты у нас теперь — «Акула пера»?

— Знаешь, я давно пришел к мнению, что обезьяны намного умнее людей, — сказал Акулов, рассматривая документ, полученный в канцелярии РУВД. — Они вовремя поняли, что жить на деревьях гораздо прикольнее, чем строить цивилизацию.

Бумага, носящая гриф «Для служебного пользования», была направлена в управление из местного филиала НИИ МВД и должна была оказать неоценимую помощь в розыске человека, совершившего серию убийств на пустыре. Сие творение милицейского гения называлось «Психологический портрет преступника» и содержало следующие пункты:

1. Вероятно, мужчина.

2. Возраст 18-45 лет.

3. Возможно, проходил службу в армии.

4. Отличается жестокостью.

5. Нападает внезапно.

6. Физически силен.

7. Возможно, женат.

8. Возможно, имеет автомобильный транспорт.

— Серый, это ты у академиков просил помощи?

— Очень мне надо! Может, кто из начальства. Или по своей инициативе состряпали. Надо же им чем-то оправдать свое существование.

— Да, этой беспримерной писулькой они свою годовую работу, считай, отработали. — Акулов бросил бумагу на стол. — Подошьем в ОПД. Проверяющие будут в восторге. Особенно мне нравится пятый пункт, насчет внезапности нападения. Сильно сказано! Я, признаться, полагал, что он предупреждает, дает возможность размяться, помедитировать перед дракой. И почему они решили, что все преступления — дело рук одного человека? Я, например, в этом до сих пор не уверен. Может, их пять человек собралось, и все — жестокие женатые мужчины-культуристы. Кстати, нашего Артура эта хренотень оправдывает полностью. Он хоть и бывший вояка, но холостой и безлошадный. Что делать дальше будем? Я бы выпил водки, но ты, боюсь, не поддержишь.

Андрей сел в кресло, вытянул ноги и, сцепив на затылке пальцы рук, потянулся.

— Надеюсь, ты убедился, что за мной действительно следили? По идее, надо, наверное, доложить в УСБ, они ведь и нашу безопасность должны обеспечивать. Но мне почему-то не хочется никому докладывать. Пользы не будет, а шумиха начнется изрядная. По идее… Что, дозвонился?

Волгину, наконец, удалось соединиться с Информационным центром ГИБДД. Выслушав ответ, он грохнул трубкой по аппарату и скомкал листок, на котором записывал информацию:

— Номер полтора года назад снят с учета.

— А ты на что рассчитывал? Думал, назовут фамилию хозяина и адрес квартиры, где девки визжат?

— Удивляет, что так нагло, у самого РУВД, поставили «левую» тачку.

— А-а, перестань! Они же на ней не катались, использовали как укрытие для стационарного наблюдения. Половина управления каждый день мимо этих гаражей ходит. Думаешь, кто-нибудь обращал внимание на номера машин? Да никто и не вспомнит, когда этот «Москвич» там появился! Стоит и стоит, внимания не привлекает. Даже если бы и нашелся какой параноик, который, не иначе как с дикого бодуна, стал эти цифры записывать и проверять — то что дальше? Ну сказали бы ему то же самое, что и тебе — а дальше? В засаду никто бы садиться не стал. Все знают, какая в гаишных картотеках бывает путаница с архивными данными. Да и потом, зачем это надо? Вот если б там «шестисотый» ржавел, тогда бы — да, засуетились. Плюнь и забудь. Надо определяться с нашими планами. По идее, после сегодняшнего прокола топтуны должны от меня отстать. По крайней мере, на какое-то время, пока я не успокоюсь и не перестану озираться. Но кто знает, что у них в головах? Могут и дальше пасти, только более осторожно. За тобой, выходит, слежки нет, иначе бы они сообразили, с какой целью ты в подъезде высиживал. Переключаться с тебя на меня они не станут, понимают, что ты теперь тоже настороже. Отсюда вывод: мне пару дней нужно позаниматься всякой ерундой, присмотреться, отпал ли хвост, а вот ты можешь работать в полную силу. Пожалуй, займусь-ка я исполнением «Отдельного поручения», бомжей пощекочу, наверняка у них какие-то сплетни по поводу этих убийств ходят, а в то, что Борисов это направление качественно отработает, я, прости, не верю. Квартиру Городецкого попробую найти — он ведь, падла, жил где-то рядом…