Аид
Шрифт:
Её бывший муж смотрит на меня нейтрально, положив руки в карманы брюк. Волосы всклокочены, на рубашке не хватает пары пуговиц, из кармана пиджака торчит галстук, и я просто ничего не хочу знать!
Боже, от их вида мне становится жарко.
Кивая на тихое “спасибо”, несусь к двери.
Ворвавшись в свою комнату, сбрасываю домашние тапки и обуваю ботинки на высоком толстом каблуке. Теряя драгоценные минуты, смотрю на себя в зеркало, на ходу надевая лохматую короткую шубку, которая стала моей самой непрактичной покупкой в уходящем году!
Я ни разу её не надевала. Просто не знала, куда её можно надеть!
На мне короткая клетчатая юбка с высокой талией, водолазка в тон и плотные чёрные колготки.
С каблуками и этой дурацкой шубой я выгляжу ужасно легкомысленно...
Мои глаза горят. Как и мои щёки.
Смотрю на часы, сглотнув.
Почти без пятнадцати двенадцать…
Хватаю сумочку на короткой толстой цепочке и выбегаю в коридор, полная смятения.
У задней двери я замираю и выдыхаю, не зная, что ждёт меня с той стороны.
Возможно, ничего.
Возможно, он давно уехал и…
Помедлив, поднимаю и опускаю руку.
Поджав губы, всё же поворачиваю замок и открываю тяжёлую деревянную дверь.
Морозный воздух мгновенно забирается под юбку и кусает щёки.
Ступаю на резиновый коврик, с силой закусывая губу и пряча подбородок в шубе.
Ох...
Моё сердце отправляется на очередные гастроли, пытаясь выскочить через горло, которое сдавило от глупой, просто глупейшей радости!
В трёх метрах от двери на расчищенной дорожке сидит… большая чёрная собака.
И на ней нет намордника...
– Я уж решил, что ты струсила, - шелестит в холодной звёздной ночи тихий знакомый голос.
По животу стелется тепло, и я сглатываю. Мои губы улыбаются. Реакция, достойная аплодисментов.
Переведя дыхание, поворачиваю голову и прикрываю за собой дверь. Перебираю пальцами звенья цепочки, на которой болтается моя сумочка.
Почему он всегда приходит из темноты?
Аид Джафаров стоит, опершись плечом о стену и греет руки подмышками. Окутанный лунным светом.
На нём расстёгнутое чёрное пальто, строгие брюки и белая рубашка.
Он ждал меня всё это время...
Я не знаю, что думать.
Всматриваюсь в широкоплечую фигуру, замерев на месте. С трудом различаю его лицо и говорю не так уверенно, как бы хотелось:
– Я тебя не боюсь.
Тихий смешок. Моё сердце колотится.
Аид отталкивается от стены, разжимая руки. Медленно идёт ко мне, хрустя снегом. Наблюдаю за ним. За его неторопливыми движениями.
Подойдя вплотную, он касается моей одежды своим пальто. Задрав голову, смотрю на него снизу вверх, уронив руки вдоль тела. Мой нос активно тянет его запах, глаза мечутся по его лицу, покрытому густой щетиной.
Оно серьёзно. Породистые черты резкие и чёткие. Челюсть, нос, прямые густые брови.
Он красивый.
Да уж.
Собственная внешность - это последнее, о чём этот человек задумывается, уверена. Тем не менее, он прекрасно всё о себе знает, и просто излучает наплевательское отношение к чужому мнению! Настоящий самоуверенный осёл!
Задерживаю дыхание, когда большие прохладные ладони обнимают мои щёки. Склонив темноволосую голову, он касается своими губами уголка моих губ и шепчет:
– И сейчас?
Закрываю глаза, приоткрывая губы, которые ласкает его тёплое дыхание.
– Ты всего лишь мужчина, - шепчу сдавленно.
Его губы касаются моих. Легонько и осторожно. Не так, как тогда. Это приятно и ново настолько, что мои колени подгибаются.
– Этот мир принадлежит мужчинам, - сообщает Аид, выпрямляясь и выпуская моё лицо.
– Этому миру крупно не повезло, - тихо говорю я, глядя на него и чувствуя опасное разочарование. Он то целует меня, когда ему вздумается, то не целует!
Его губы разъезжаются в улыбке. Размяв шею, он с ленцой тянет:
– Может быть.
Сделав плавный шаг, Аид останавливается сзади, кутая меня в своё пальто.
Под напором ощущений я теряюсь.
Позволяю ему это.
Он у тебя и не спрашивал.
Его тело прижимается к моей спине, руки смыкаются вокруг, беря меня в плен. Тепло и трепет растекаются по коже. Чувствую его бёдра своими. Так близко и тесно. Уткнувшись носом в мою макушку, он толкает меня вперёд, заставляя повторять свои шаги.
Гера начинает волноваться, как и я.
Я боюсь её и…
– Дай руку, - бормочет Аид, ныряя своей в наш тёплый кокон.
– Зачем?
– лепечу, взволнованно глядя на его смертельно опасную подружку.
Выловив мою ладонь, он обнимает её своей и тянет наши руки к остроухой собачье морде.
– Аид… - напрягаюсь я.
Гера тянет нос навстречу. Хочу отдёрнуть руку, но он не позволяет, подавшись вперёд и зарывшись лицом в мою шею.
У этого мужчины очень своеобразное понимание слов “не будем спешить”.
Мы и пяти минут наедине не провели, а я уже вся им пропахла! Кедр и кожа. У меня сладко сосет под ложечкой.
– Не бойся, - “успокаивает” он, царапая мою щёку своим подбородком, - она послушная, как и положено женщине.
Закатываю глаза и сжимаю зубы. Ну что за непроходимый идиот?!
Чувствую, как улыбаются его губы на моей щеке.
Мрачнею, понимая, что он просто развлекается.
Холодный мокрый нос утыкается в мою ладонь, но мне уже не страшно…
Просто он повсюду и...это чертовски приятно.