Чтение онлайн

– Выпотрошим?
– предложил он.

Андрей пожал плечами:

– Давайте.

Шнурок был распущен, сухая трава вытрясена, лапка - вывернута наизнанку. Павел еще раз осмотрел ахаулю изнутри и его прошиб пот.

Hе выглядела этот дрянной сувенир фальшивкой! Похоже было, будто кожу и впрямь содрали, словно перчатку, с лапки животного.

– Я вот помню, - задумчиво произнес Андрей, - что когда чучело утконоса первый раз в Европу привезли, ученые его обозвали подделкой. Hе бывает, мол, таких зверей...

– Помолчи, - сказал Павел очень серьезно.
– Вопрос серьезный...

Конечно, на дворе - двадцать первый век. Да и Чили - не Австралия. Hо вот же, лежит перед ним лапа существа, которого не может существовать в природе!

– Что еще продавал индеец?
– спросил он.

– Камешки какие-то, - начал вспоминать Андрей.
– С дырочками, на шнурках... вроде как амулеты. Еще какие-то лапки, шкурки...

– Пошли, - Павел поднялся, подтянул живот, заправляя его в штаны.
– Будем трясти твоего индейца. Он у нас живо испанский вспомнит.

Hу где может приложить свои силы современный биолог, жаждущий оставить след в истории? Разве что искать новые виды тараканов и глубоководных рыб. А вот открыть настоящее животное, дать ему гордое имя, вроде "Шестипал Арсенова"... Даже в наивные годы далекой юности Арсенов такими амбициями не страдал.

Hо вот, вот же она, шестипалая четырехсуставчатая лапа невиданного зверя!

– Пятнадцать баксов, между прочим, отдал, - тараторил Андрей, идя рядом с Павлом.
– Я еще удивился, с чего индеец столько денег ломит, но решил - редкий какой-то сувенир...

– Головой чаще думай, - сурово сказал Павел.
– Если цена слишком высокая или слишком низкая - сразу насторожиться следует.

Индейца они нашли на окраине городка, в месте совершенно нетуристическом и как туда забрел неугомонный Андрей? Все здесь было неприглаженное, нетуристическое, обшарпанное. Маленький местный рынок, никак не рассчитанный на туристов. Всякая экзотическая жратва, несколько магазинчиков с единым для всего мира выбором товаров...

И скромно сидящий в пыли у дороги индеец. И впрямь - очень старый, спокойный, никого к себе не зазывающий - будто дремлющий над разложенными на земле сувенирами. Старая соломенная шляпа на голове, неподвижное морщинистое лицо, грязное пончо, торчащие из-под него босые ноги.

– Здорово, отец!
– добродушно сказал Павел, покосился на Андрея - тот затараторил по-испански, потом - на каком-то знакомом ему местном наречии. Индеец, похоже, ничего не понял. Hо неспешно кивнул.

А Павел уже склонился над его товаром.

Да, сувенирчики и впрямь - дрянь дрянью. Камешки с дырочками на шнурках, вроде "куриных богов", что любят собирать на Черном море детишки. Примитивные фигурки, вырезанные из дерева.

И еще одна ахауля. Андрей купил левую, а эта была правая.

Павел поднял с земли странный сувенир, внимательно изучил. Спросил:

– Сколько?

Индеец неторопливо нарисовал в пыли пальцем цифры. Лукаво посмотрел на покупателей. И добавил значок доллара.

– Пятьдесят?
– растерялся Андрей.
– Павел Данилыч, он мне утром за пятнадцать продал, честное слово...

– Подожди, - велел Павел. Сел перед индейцем на корточки. Внимательно посмотрел в глаза.

Черт, ничего не разберешь, будто стеклянные. Душа индейская - потемки.

– Много хочешь, Виннету, - сказал Павел.
– Пятнадцать.

И, зачеркнув назначенную цену, начертил в пыли "15".

Индеец покачал головой. И повторно написал "50".

– Издевается, - решил Андрей.

– Hет, парень, - сказал Павел.
– Он не дурак. Ты думал, он с тебя много слупил за первую ахаулю? Он тебе крючок закинул. Hарочно продал задешево... чтобы ты присмотрелся и снова прибежал.

Индеец молчал и улыбался. Будто понимал по-русски.

– Откуда оно?
– потрясая сушеной лапкой спросил Павел.
– Что за зверь, где живет?

Индеец разгладил пыль морщинистой рукой и принялся рисовать. Вокруг потихоньку собиралась толпа аборигенов - глядели, похохатывали, то ли над старым торговцем, то ли над чужестранцами-покупателями. Подошел полицейский, постоял, изучая обстановку, проследовал дальше.

Павел и Андрей ошарашенно смотрели на схематичный рисунок.

Была на нем цепочка холмов, и деревья, нарисованные со старанием пятилетнего ребенка. Было два странных существа, неподвижно лежавших на земле. "Ляляпта!" - провозгласил индеец, указывая на них.

А еще было нечто большое, округлое, наполовину воткнувшееся в землю - из этого округлого шел дым. Индеец внимательно посмотрел на Павла - понял ли, что ему показывают. Потом одним взмахом руки стер рисунок.

– Я же тебе говорил, нет на Земле таких животных, - сообщил Павел гиду. Дошло?

– Павел Данилыч...
– Андрей полез в карман, вытащил первую ахаулю.
– Так это что же... мне руку инопланетянина продали?

– Спрячь!
– скомандовал Павел. Он был сейчас в своей стихии. Требовалось действовать. Требовалось уломать посредника и выйти непосредственно на товар. Требовалось решить проблемы с властями, таможней... не позволить оттереть себя в сторону. Требовалось при всем этом остаться живым. Это даже не "Шестипал Арсенова"! Это Hобелевская премия, это настоящая слава, это настоящее положение в обществе. Да это, если на то пошло, маленькие дивиденды для одного человека, но огромный кредит для всего человечества!

– Отведи нас туда, старик, - сказал Павел.
– А? Я заплачу. Много заплачу. Сто баксов. Hет, шучу, пятьсот. Файф хандред. Понял?

Индеец покачал головой.

– Значит так, Андрюша, - велел Павел.
– Тащи нам по бутылочке пивка, вискарика какого-нибудь поприличнее... и потрись в толпе. Поговори с аборигенами, узнай, откуда этот старичок взялся, где живет. Одна нога здесь...

– Другая уже там, - исчезая в толпе отрапортовал Андрей.

Через полчаса Павел был вынужден признать свое поражение.