Чтение онлайн

– Уже сейчас следует задуматься о том, чтобы избавиться от самых сильных соперников заранее.

Я внимательно посмотрел на него. Он шутит? Но брат не выглядел шутником. Он говорил серьёзно.

– Ну ладно, - сказал я.
– Допустим. Избавиться от соперников заранее и всё такое прочее. Так почему не начал с Таната? Или Юхана? Они самые сильные из нас.

– Танат слишком тщеславен, а Юхан просто болван. Они сами выроют себе ямы. А тебе пришлось помочь, Рагхар. Совсем немного. Ты бросишься защищать ши, ту самую, которая нанесла оскорбление чести воина Шэ-Ара. Ты уже готов лететь с горящей задницей и ловить её по всему космосу. Ты потеряешь лицо прилюдно, перед всеми, и шэ-арцы не пойдут за тобой. Не пойдут за тем, кого поставила на колени женщина.

В ту же секунду рассудок, должно быть, покинул меня и вернулся только спустя какое-то время.

Когда мы с Ракхом сидели, набычившись, друг напротив друга, на обломках дорогой мебели. В руинах, еще несколько минут назад бывшими кабинетом брата.

В провал вместо двери заглядывали обеспокоенные лица слуг.

Мы смотрели друг на друга с ненавистью и тяжело дышали.

Ракх потёр подбитый глаз и выразительно сплюнул красным.

– Ты готов убить брата за ши, - прохрипел он.

– Ты готов убивать за власть, - парировал я.

Губы брата растянулись в ухмылке, открывая окрашенные в красное зубы.

– Это другое, - заверил он.
– А твоя девка сгниёт на рудниках. После того, как ей попользуются все шахтёры. А следом и ты отправишься за ней.

Я тепло попрощалась с собеседником и перевела вызов на Ша-Миа.

Оставшиеся детали они уладят. Я отчаянно завидовала подруге. Пожалуй, даже, чёрной завистью. Ей сейчас отправлять новую партию, а мне сидеть в душном кабинете, вводя данные в информаторий, а ещё предстоит надолго увязнуть в демо-версии бухгалтерской программы, которую, согласно новому месту жительства, пришлось писать заново.

Хотя… какого чёрта?

Неужели я не заслужила глоток свежего воздуха? Решено, посмотрю на новеньких сама.

Сохранив данные и свернув окно, я направилась к выходу.

Взгляд случайно зацепился за зеркало на стене и я замешкалась, заправляя выбившиеся пряди в причёску.

Всего лишь два месяца, как мы на Леоне, а кто узнал бы в этой девчушке в клетчатой рубашке, завязанной на животе узлом, вельветовых брюках с бахромой по бокам и сапогах со шпорами донну Агентства Постыдных Услуг? Ту, которая из комнаты не выходила без чулок и туфель на острой, как стилет, шпильке?

От местного солнца у меня появились веснушки и пришлось разнообразить новый гардероб шляпами с загнутыми полями, с тесемками, завязывающимися под подбородком.

Нахлобучив шляпу, я толкнула дверь, выходя наружу.

Знойный, сухой воздух Леона ударил в лицо. Ветер донёс ржание и заливистый лай.

Мира, поселение, в котором мы обосновались, в это время суток выглядит вымершим. Весь народ в полях и на окрестных фермах. Только ветер гонит по песчаной дороги колючки, сбившиеся в шары.

Совсем не похоже на мою родину. И всё же мне здесь нравится.

Бедно, тяжело… но как-то всё здесь по-настоящему, что ли. До конца.

***

Никогда не забуду наше появление на этой самой улице месяц назад. Да уж, триумфально получилось…

Грязные, голодные, измучанные… Чудом оставшиеся в живых, умирающие от жажды, мы вошли в поселение, волоча ноги.

Помню, солнце палило так же нещадно, как и сегодня, язык распух и прилип к нёбу, а ещё жутко раздражало нытьё Тьяны по поводу погибшего на корабле барахла.

Невысокий каменный колодец с высоким журавлём показался нам самым настоящим оазисом. Мы даже колонку в десяти шагах не заметили. Облепили колодец, как пчёлы источающий нектар цветок, и жадно пили по очереди из одного ведра.

Помню, меня отвлекли звуки хлопков, в которых сразу узнала выстрелы.

Я торопливо вытерла губы и завертела головой по сторонам.

Логичное объяснение услышанному не заставило себя ждать.

По пыльной дороге несколько человек гнали перед собой стадо буйволов и несколько жеребых кобыл.

Те, от которых они отстреливались, стояли поодаль. Среди них совсем не было мужчин, только женщины и несколько парней, совсем ещё подростков. Все они торопливо отступали, когда пыль под ногами клубилась от выстрелов.

Помню, в тот момент меня поразило не стойкое ощущение дежавю, и не осознание, что и здесь, мир, похоже, разделён на мужчин и женщин, и здесь сильные угнетают слабых… а безысходность и обречённость в глазах этих людей. Именно так смотрели ши, когда было объявлено о резервациях, о том, что коренное население больше не хозяева на своей планете, о том, что женщины не имеют права на работу и счета в банках…

– Вы не смеете!
– один из мальчишек всё же не выдержал. Размахивая над головой лассо, бросился вслед за похитителями, и за одно это мне захотелось чуть ли не расцеловать его.

Но негромко хлопнуло - парнишка неловко споткнулся, хлопая расширившимися от удивления глазами, перевернулся в воздухе и упал на спину, подняв облако пыли, а спустя секунду над ним уже голосила женщина.

– Нет, Лилу, - кто-то тянул меня за руку, - нет, мы не можем вмешиваться! Не надо, пожалуйста…

Я вынырнула из некоего подобия забытья и поняла, что сжимаю в руке бластер.

На нашей родине мне за такое отрубили бы сначала кисть, а затем и руку… Но мы сбежали из чёртовой дурки! Мы свободны!

Улыбнулась, когда увидела, что Ша-Миа и Танака тоже держат оружие наизготовку.

– Эй, господа хорошие!
– крикнула я, сорвавшись на хрип. Закашлялась. Но подействовало.

Несколько хмурых мужчин с грубыми примитивными лицами заинтересованно ждали, что скажу.

– Смотри-ка, никак ши пожаловали?
– толкнул один локтем другого.

– Везучие мы хряки, - масляно улыбнулся третий.