Чтение онлайн

А я-то думала, что в Англии все будут вежливыми.

Пока мужчина с красным лицом продолжал свою тираду («Смотри куда прёшь, бл*дская сонная кобыла!»), я запрыгнула обратно на тротуар, ощущая, как горят мои щёки. Я сделала глубокий вдох, заставляя себя сосредоточиться. Я теперь находилась в Англии. Земля Шекспира, Чосера [2] и — как я быстро поняла — изобретательного мата. Здесь они ездили по левой стороне, и мне очень нужно не забывать об этом.

Сориентировавшись, я решила, что идти до автобуса в незнакомом городе посреди ночи в данный момент, возможно, мне не по силам.

Я прокрутила в голове всё, что узнала из туристического гида, который изучила в самолёте: поезда, метро, чёрные такси. Пожалуй, лучше всего будет поймать машину. Водители чёрного такси предположительно должны были запомнить весь город, улица за улицей.

Я повернулась, заметив жёлтый знак такси у длинного ряда машин. Таща за собой чемодан, я торопливо зашагала по тротуару, направляясь обратно к терминалу. Быстро проходя мимо светящихся окон аэропорта, я краем глаза видела своё отражение: бледная кожа, взъерошенные светлые волосы, мятая юбка и пятна кофе на белом свитере.

Если не считать великолепия моих любимых чёрных сапожек, выглядела я дерьмово.

Я добралась до ряда чёрных такси, и бородатый мужчина опустил окно, высунувшись наружу.

— Такси?

— Да, спасибо, — с облегчением ответила я. — Мне нужно добраться до полицейского участка Бишопсгейт.

— Без проблем, — он улыбнулся. — Садитесь. Я позабочусь о ваших сумках.

Я позволила ему убрать мою ручную кладь в багажник, пока сама забиралась на заднее сиденье. «Ну хоть кто-то из них вежлив».

Водитель занял своё место, завёл двигатель и влился в уличное движение. Я расслабилась на сиденье из мягкой кожи.

Я смотрела в окно на тёмные улицы Западного Лондона. Я была практически уверена, что впереди нас ждала долгая поездка через весь город до района, называемого «Сити». Это старая секция Лондона, которую римляне почти две тысячи лет назад обнесли стеной. Стена пала, но древняя Квадратная Миля [3] по-прежнему имела свои административные органы, отдельные от остального Лондона. У Квадратной Мили даже имелась своя полиция Сити.

Телефон завибрировал в моём кармане, и я вытащила его. Желудок совершил кульбит, пока я смотрела, как на экране медленной бегущей строкой прокручивается имя: Ни При Каких Обстоятельствах Не Отвечай На Звонок Этой Мошонки.

Это мой бывший бойфренд.

Видите? Не только британцы умеют креативно ругаться.

Обычно я не склонна психовать, но когда я пришла домой и увидела, что мой бойфренд оставил на моём компьютере открытым сайт знакомств (никнейм: Виргинский Жеребец), ругательства сами собой посыпались с языка.

Согласно результатам поиска в гугле, Виргинский Жеребец был довольно занят, раздавая амурные советы на форумах бодибилдеров. Оказывается, если носить хорошо скроенный костюм, это привлечёт внимание дамочек, а день Святого Валентина может быть настоящим кошмаром, если ты «на регулярной основе трахаешь трёх цыпочек». Чего я только не узнала за последние две недели.

Вы, наверное, ожидали, что я буду более осторожна, впуская мужчин в свою жизнь. Ну, урок на будущее выучен.

Нахмурившись, я засунула телефон обратно в карман.

Водитель глянул на меня.

— Вы приехали из Америки или Канады?

— Штаты. Я здесь в первый раз, — я прикусила губу. — Вы когда-нибудь сталкивались с выражением «сонная кобыла»?

— Кто-то назвал так вас, мисс?

— Судя по контексту, я предполагаю, что это не было комплиментом.

— Я бы на вашем месте не обращал внимания, милая, — он вырулил на шоссе. — Вы работаете с полицией в Бишопсгейте? Не представляю, чтобы вы приехали аж из Америки, чтобы сообщить о преступлении.

— Просто выполняю кое-какую консультационную работу, — сказала я. — Дела, связанные с обменом внутренней информацией в Сити. Конторские штуки.

Достаточно скучная ложь, чтобы он не продолжил расспрашивать. После нескольких лет работы в Бюро я неплохо наловчилась лгать, хотя до Виргинского Жеребца мне всё ещё далеко.

— Ясно, — сказал он. — Финансовый район. Если хотите знать моё мнение, половина этих людей должна сидеть в тюрьме. Морочат голову своим рынком акций и всем таким. Портят жизнь нормальным людям.

— Полностью согласна.

Моя ложь даже на меня саму нагоняла скуку, но я не собиралась раскрывать тот факт, что я здесь для того, чтобы составить психологический портрет самого знаменитого лондонского серийного убийцы со времён Джека Потрошителя. К тому же, люди начинали нервничать, когда я говорила, что я специальный агент ФБР. И они особенно сильно пугались, если узнавали, что я работала в Отделе Анализа Поведения психологом, который составлял психологические портреты преступников. Люди сразу становились дёргаными, будто я узнаю их самые тёмные секреты, просто посмотрев им в глаза.

Мы погрузились в молчание, пока такси ехало по шоссе М4. По мере того, как мы проезжали по городу, я начала ощущать изменения в своём теле — покалывание, словно все мои чувства обострились. Здесь, в центре Сити, фонари как будто горели ярче, купая улицы в белом свете. На улице под названием Чансери-лейн мы проехали мимо зданий, внешне напоминавших эпоху Тюдоров, и разноцветные огни магазинов на нижних этажах ярко отражались от луж на тротуарах. В такой час никто не задерживался на улицах, но на мгновение мне показалось, что я услышала гул толпы людей; затем всё снова стихло где-то вдалеке.