Агент «М»
Шрифт:
Иногда Ник развлекал Светлану своими воздушными номерами – выполнял различные фигуры высшего пилотажа. Света не могла не смеяться, глядя на то, как Ник входил в «штопор», шел почти вертикально к полу и лишь в самое последнее мгновение резко уходил вперед и вверх. Развлечения бывали и за едой. Когда Света подносила ко рту стакан с чаем (ложку супа или бутерброд), Ник успевал пролететь между губами и едой в руке. Света даже полушутя сердилась, говоря, что может когда-нибудь случайно проглотить собственного мужа.
Так и шло время, пока не наступил тот самый день, когда в квартиру Иволгиных позвонил лейтенант милиции. Он был вежлив и интересовался мужем Светланы. Света от неожиданности сбивчиво сообщила, что, мол, муж уехал к сыну на Дальний Восток. Лейтенант записал в блокнот адрес и телефон Антона Николаевича Иволгина, распрощался и ушел также быстро и неожиданно, как и появился. После его ухода Света забеспокоилась. Ник закружил у нее перед лицом, вызывая на разговор.
– Что будем делать? – спросил Ник (конечно же, с помощью своего «танца»).
– Не знаю. Он взял адрес и телефон Антона. Вдруг он ему позвонит, а Антон скажет, что никакого отца у него в гостях нет. Что тогда?
– Надо позвонить Володе Кобышу.
Владимир Кобыш был лучшим другом Ника. Они вместе учились в школе, а потом и в университете. После выпуска Володю пригласили на работу в КГБ. Теперь он уже дослужился до полковника ФСБ и был начальником какого-то отдела (какого именно он не говорил, сказал, что это служебная тайна).
Именно звонок Владимиру Кобышу изменил всю последующую жизнь Ника и Светланы, да и не только их одних.
Глава 7
Вечером Светлана набрала домашний телефон Кобыша. Трубку сняла Ольга, жена Владимира.
– Вы куда пропали? Не звоните, не приходите. Уезжали куда-то?
– Да нет. Все некогда было. Закрутились.
Перебросившись еще несколькими фразами с Олей, Светлана позвала к телефону Владимира.
– Володя, привет. У меня к тебе большая просьба.
– Слушаю, Светик, весь внимание.
– Это по поводу Коли.
– А что случилось? – уже серьезно спросил Владимир.
– Понимаешь… с ним произошла… как бы это сказать… неприятность.
– Да что случилось, Свет? Не темни, говори прямо. Если нужна моя помощь, я готов.
– Я знаю, Володя, поэтому тебе и звоню, – голос Светланы задрожал. – У меня вся надежда только на тебя. Ты можешь приехать к нам завтра?
– А где Ник? Почему он не берет трубку? Его что, забрали в милицию?
– Да нет. Здесь другое. Нетелефонный разговор. Так ты придешь завтра?
– Конечно, завтра же суббота. Мы с Олей заедем вечерком к вам. Посидим, выпьем, потолкуем…
– Володя, умоляю, – перебила Света, – только без Оли. Приезжай один и не вечером, а утром, часов в десять. Сможешь?
– Нет проблем, Светик.
Владимир слегка успокоился. Раз Ник не в милиции, значит, ничего серьезного не произошло. Скорее всего, неприятности по работе, решил он. Такое уже случалось пару раз, когда на журнал подавали в суд. Владимир, обычно, в таких случаях помогал добыть компромат на жалобщика. Заявление забиралось, и не происходило никакого судебного разбирательства.
В субботу ровно в десять ноль ноль Владимир позвонил в дверь квартиры Иволгиных, держа в руках торт.
Разговор у Светланы с Владимиром получился трудным и долгим. Разумеется, Владимир тоже сначала принял всё за глупую шутку, но, мало помалу, понял, что Светлана не стала бы шутить такими вещами. К тому же Ник-муха тоже «поучаствовал» в разговоре.
Время близилось к шести вечера. Владимир уже несколько раз звонил жене и объяснял, что у Нику нужна помощь, потому что у него серьезные проблемы. Одним словом, в начале седьмого Владимир, Светлана и Ник уже сидели на кухне, пили чай с тортом и заканчивали «разговор».
– Светик, я в понедельник свяжусь с твоим лейтенантом милиции и скажу ему, что Ник работает на нас и уехал на спецзадание, и что официально он поехал к сыну Антону.
– Спасибо, Володя. Ты, как всегда, выручаешь нас.
– Кстати, Светик и ты, и Ник, подумайте на досуге. Ник мог бы принести много пользы нашей конторе.
– О чем ты говоришь, Володя? Я тебе-то полдня доказывала, что Ник правда стал мухой. Как ты всё это своим объяснять будешь?
– Да это не такая уж проблема, как тебе кажется. У нас теперь такие технологии, такие приборы. Твой Ник мог бы стать самым ценным источником информации. Да и вообще, можно ничего никому не объяснять. Можно использовать Ника в темную или под псевдонимом. Да мало ли, сколько способов работы есть. Сама подумай. Что может человек, и что может муха. Ник – лучше любого сверхминиатюрного микрофона. Да и дело-то даже не в размерах, а в возможностях. У нас извечная проблема внедрения. А твоему Нику и внедряться не надо. Залетел да слушай. Короче говоря, я на полном серьезе предлагаю – подумайте. И не надо откладывать. Я прямо завтра вечером позвоню.
Владимир попрощался и ушел. Светлана и Ник «проговорили» до двух часов ночи. В конце концов, они решили, что можно попробовать.
Глава 8
Генерал Кротов, глава одного из ведомств ФСБ, ходил по кабинету. Полковник Кобыш сидел на стуле и молчал.
– Так это, значит, не шутка, полковник?
– Никак нет, товарищ генерал. Разве я пришел бы к вам на прием ради шутки.
– Да-а. Дело весьма интересное. Муха, хм-м! Это ж только подумать. Лети куда хочешь, слушай, смотри сколько душе угодно… Он кто был… вернее, он кто по профессии?
– Журналист, товарищ генерал.
– Но ведь у него нет никакого опыта оперативной работы. У нас же не газета.
– Ну, зачем ему оперативный опыт, товарищ генерал? Он же муха.
– Муха-то он муха, но оперативный опыт не помешает. Надо, чтобы он подучился. Мы вот что сделаем. Пока об этом никому ни слова. Будем знать только мы с тобой. Даю тебе неделю на обучение твоего друга. Расскажешь ему о нашей работе в общих чертах. Ну, сам знаешь, покажи технику, объясни специфику. Да, кстати, наши тут как раз разрабатывают сверхминиатюрный микрофон-передатчик. Может, и для твоего друга что-нибудь придумаем. Слушай, давай-ка для конспирации будем называть твоего друга… – Генерал на мгновение задумался, – «агент М». А что, неплохой псевдоним. Итак, поработаешь неделю с агентом М и ко мне на доклад и разработку планов использования. Вопросы есть?