Чтение онлайн

Его глаза потемнели.

— Они убили всю мою семью. Весь мой двор. В какой-то момент я хотел поубивать всех фейри двора Уила Брок.

Я открыла рот, затем закрыла обратно.

— Очень надеюсь, что ты передумал.

— Фейри не может убить свою пару. Тебе ничего не грозит.

Я приподняла брови.

— Это единственная причина, по которой мне ничего не грозит от тебя? Какие-то официальные правила фейри «не убий свою пару»?

Черты его лица смягчились.

— Нет, конечно же нет. Ты другая. Ты Кассандра. И в любом случае, я это к тому, что у тебя есть законные основания претендовать на трон личей ужаса.

— Умеешь ты выразиться, блин, — я нахмурилась. — Погоди-ка. Я думала, мы устанавливаем республику? Почему мы всё ещё говорим о тронах? Республика означает, что мы избавляемся от наследной системы правления. Вам нужно свергнуть монархов, а потом избирать своих лидеров голосованием. Тебе надо почитать про Французскую Революцию.

Роан выглядел оскорблённым.

— Это не республика фейри. Это человеческая республика.

— Так как тогда устроена республика фейри?

— У каждого двора есть наследный правитель. Как ты среди личей ужаса, — он прочистил горло. — Среди фейри ужаса. Или я во Дворе Похоти. Но мы вмешиваемся только в период кризиса. Знать Неблагих избирает консула для надзора за каждым двором, и они принимают первичные правительственные решения вместе с другими консулами, назначают сенаторов и всё такое.

Я сморщила нос.

— Это не совсем республика в чистом виде...

— Это республика фейри, — повторил он. — Ты правда думаешь, что мне удалось бы уговорить королей и королев этих дворов примкнуть к республике, если бы это привело к их смертям? В любом случае, ты вправе наследовать трон ужаса.

— Я на троне ужаса? Да ты, должно быть, шутишь.

— Шучу? Пожалуй, как моей предначертанной паре, тебе нужно кое-что знать, — он закрыл книгу. — У меня полностью отсутствует чувство юмора.

Глава 4

Я шла по восточному крылу особняка, стуча каблуками по полу. Запах дыма до сих пор сохранялся в воздухе.

Прошлой ночью Роан оставался у моей кровати, пока я не начала задрёмывать. Он успокаивал мой разум историями о своём детстве — как он с его сестрой плели венки из жимолости и первоцвета, как притворялись королями и королевами на каменистых лесных тронах.

Я заснула с образами двух фейри-деток с золотистыми волосами, которые собирали цветы на берегу реки. Я была с ними, окунала руки в прохладную речную воду, ощущала течение пальцами и слушала их смех.

Теперь лучи послеобеденного солнца под углом падали в коридор, и я провела по покрытым сажей стенам дома Роана. Всё утро я наблюдала, как Роан накладывает гламур на особняк. С его силами он смог снова скрыть его от остального мира — поразительный магический подвиг. Наружная часть особняка превратилась из возвышающегося тюдоровского дворца в непритязательные кирпичные стены.

Видимо, его навыки магического гламура не ограничивались изменением цвета волос.

У окна я помедлила, чтобы посмотреть во двор. Здесь, внутри особняка, я видела настоящий тюдоровский дворец. Благие уничтожили своим нападением одно крыло, но три других гордо выстояли. Унылый лондонский дождь помог потушить пламя и теперь лился через обугленные дыры в потолке.

Задрожав, я прикоснулась к покорёжившейся оконной панели, осматривая еле тлеющее крыло, комки сырого пепла и почерневшего дерева. Какие воспоминания, связанные с этим крылом, сохранились у Роана?

Мне нравилось слушать рассказы об его прошлом, нравилось видеть теплоту в его глазах, когда он говорил о своей сестре и их приключениях. Всё его лицо менялось, когда он вспоминал об этом, и я словно видела нового Роана.

Если Роану когда-то понадобится, чтобы я успокоила его разум историями о своём прошлом, что я ему расскажу?

Я не очень хорошо помнила свою жизнь до того момента, когда Сиофра убила моих родителей. Думаю, я подавила это. Воспоминание об их убийстве накрыло тёмной пеленой всё, что случилось ранее.

Возможно, лучшим периодом моей жизни был колледж, когда я жила вместе со Скарлетт. Я всегда была готова к парам, заранее делала домашние задания, вела заметки в электронном виде, организуя их и сохраняя по разным папкам...

Нет. Система организации папок никому не поможет уснуть.

А что ещё? Я подумала о своих утренних прогулках до кофейни, когда я покупала кексики и чай Эрл Грей, после чего отправлялась на пару психопатологии. И мне было весело. Я была невидимой палочкой-выручалочкой для Скарлетт на свиданиях, оставаясь на связи, если вдруг дело примет странный оборот. Она использовала нелепые кодовые фразы, чтобы звонить прямо на свидании. «Можешь выключить утюг?» означало «Мне надо, чтобы ты спасла меня прямо сейчас», а «Кажется, я не выключила плиту» означало «Возможно, я приведу его домой, так что не ходи в одних трусах по квартире».

Были осенние прогулки, когда листва меняла цвет, горячий шоколад согревал наши ладони, и мы пили вино, смотря комедийные фильмы.

Одна лишь мысль о тех былых деньках в Массачусетсе вызывала у меня отчаянное желание вернуться.

Я не знала, что эти воспоминания сделали бы для Роана, но прямо сейчас они сдерживали тёмные голоса в моей голове. Эти воспоминания помогали мне забыть о чёрной дыре, в которой держал меня Огмиос.

Я задрожала, глядя в окно. Я должна была посмотреть в лицо фактам. Здесь, среди тёмного мокрого пепла, находилась моя реальность.

От дома меня отделяло больше трёх тысяч миль, и я жила среди фейри. Кассандра Лидделл, совершенно не подготовленная, застряла на грани жестокой и непредсказуемой гражданской войны.

Для Неблагих я была Владычицей Ужаса, наследницей трона, убийцей королей. Но для себя я до сих пор была Кассандрой Лидделл и не совсем была уверена, что смогу выжить в этом мире.

Я выпрямилась, моя решимость окрепла. Может, пора мне начать разбираться со своим страхом. Я развернулась и направилась обратно в свою спальню.