Чтение онлайн

Игнорируя ее вопрос, я про хожу мимо нее и желаю, чтобы у меня был шанс спросить Гарри, что он делал в моем тайном месте.

========== Глава 277. ==========

Песни к главе:

The Fray - Fall Away

Hoobastank - The Reason

Thaylor Swift - Sad, Beautiful, Tragic

***

POV Гарри

– Гарри, пожалуйста. Я уже должна идти, - застонала Тесса у меня на груди. Ее обнаженное тело было распростерто на мне, отвлекая все клетки мозга.

– Ты не убедишь меня, женщина. Если ты действительно хотела бы уйти, то не была бы сейчас в постели, - я прижимаюсь к ее уху, и она отстраняется от меня.

– Ты, конечно, не отказался бы от трения твоего «приятеля» прямо сейчас, - она хихикнула и сползла с меня, намеренно делая контакт с моей эрекцией.

– Ну что ты наделала, - я застонал, хватая пальцами ее пышные бедра, - Ты не пойдешь в класс сейчас, - мои пальцы скользят по ней, проникают в нее так, что она начала стонать. Ебать, она всегда чувствовалась так чертовски туго и тепло вокруг моего пальца, не говоря уже о моем члене.

Не говоря ни слова, она перевернулась на бок, и обхватила меня рукой, медленно двигая ею. Ее большой палец стер капли влаги с моей головки и на моем лице появилась довольная ухмылка, когда она застонала.

– И это все?
– я дразнил ее, молясь, что она поведется на провокацию. В любом случае я знал, что будет дальше; я просто любил слушать, как она это говорит.

Ее желание становится более сильным, более ощутимым, когда она произносит эти вещи вслух. То как она стонет и всхлипывает, для меня значит больше, чем мое собственное удовлетворение. Если она произносит вслух, что хочет меня, это говорит о ее доверии ко мне; движения ее тела показывают преданность мне; и обещание ее любви ко мне заполняет мое тело и душу.

Я был полностью одержим, совершенно, блядь, потерян в ней, каждый раз, когда я занимался любовью с ней, даже когда я вел себя нечестно с ней. Этот раз не стал исключением.

Я потребовал у нее слова, которые я хотел услышать. Слова, что мне были нужны.

– Скажи мне, Тесса.

– Больше, просто… Просто дай мне большего, - простонала она, направляя губы вдоль моей груди, и я поднял одно ее бедро, чтобы обернуть ногу вокруг моей собственной. Поза неудобная, но так я могу с легкостью видеть ее. Я мог видеть то, что только я мог сделать с ней, и я буду трахать ее, упиваясь тем, как она открывает рот, произнося мое имя. Я должен был сказать, что у нее уже есть я, целиком и полностью.

Вместо этого я встал напротив нее, вытащил презерватив из тумбочки и вошел в нее. Ее удовлетворенный стон заставил меня чуть не кончить прямо тогда, но я провел с ней вместе достаточно времени, чтобы довести ее до края одновременно со мной. Она шептала, как сильно меня любит и как хорошо то, что я заставляю чувствовать ее, и я должен был сказать ей, что я чувствовал себя точно так же, даже больше, чем она могла себе представить, но вместо этого, я говорил только ее имя, пока кончал в презерватив.

Было так много вещей, которые я мог бы сказать, и точно бы сказал, если я знал, что мои дни сочтены. Если бы я знал, что вскоре я захочу умереть, то я бы поклонялся ей, как она того заслуживает.

– Ты уверен, что не хочешь остаться здесь еще на одну ночь? Я слышал, как Тесса говорит Кэрол, что она останется еще на ночь, - говорит Ноа, вытолкнув мысли о Тессе из моей головы и заставив вернуться в реальность.

Через минуту смотря на меня, как мистер Роджерс, он спрашивает: - Ты в порядке?

– Да, - я должен рассказать ему, что творилось в моей голове, что я думал о Тессе, обернувшей ноги вокруг меня, как она ногтями впивается в мою спину. Но я не хочу, чтобы эти образы были и в его голове. Он поднимает брови.

– Так?

– Я ухожу. Мне нужно дать ей немного свободы, - интересно, как я должен действовать в этой ситуации. Я чертов идиот. Моя глупость – несравнима ни с чьей. За исключением моих отцов, и моей мамы тоже, я полагаю. Я наверно унаследовал эту глупость от них. У кого-то из них я, должно быть, приобрел привычку уничтожать единственное хорошее в моей жизни. Я мог обвинить их. Я мог бы, но обвинять всех подряд, но это не помогло мне ни разу. Может, мне пора что-то изменить.

– Пространство? Я не знал, что тебе знакомо это слово, - Ноа пытается шутить. Но он видимо обращает внимание на мое хмурое лицо, потому что быстро добавляет, - Если тебе что-то понадобится, я не знаю, что бы это могло быть, но просто… Ничего… В общем — ты можешь позвонить мне, - он неловко оглядывается в огромной гостиной своего дома, и я смотрю на стену за его спиной, чтобы не смотреть на него.

После неловкой беседы с Ноа и больше, чем пару нервных взглядов от миссис Портер, я беру свою небольшую сумку и выхожу из дома. У меня нет ничего с собой, просто этот крошечный пакетик с несколькими грязными вещами и мой сотовый телефон с зарядным устройством. К моему раздражению, на улице моросит дождь, и я не помню, где моя машина. Ебать.

Я мог бы спуститься до дома мамы Тессы и уехать с Кеном, если он все еще там, но я не думаю, что это хорошая идея. Если я подойду к ней, если я приближусь настолько, что буду дышать одним воздухом с моей девочкой, никто не будет в состоянии оторвать меня от нее. И пусть Кэрол с легкостью закопает меня в теплице, но это не произойдет снова. Я был так близок с Тессой. Я чувствовал ее, и я знаю, что она чувствовала тоже.

Я увидел ее улыбку. Я увидел пустую, грустную девушку, заставившую улыбнуться грустного мальчика, который любит ее всей своей сломанной душой. Она по-прежнему достаточно любит меня, чтобы наделить меня лишней улыбкой, и, это озаряет этот гребаный мир.

Она мой чертов мир. Возможно, только возможно, если я дам ей свободу, которая ей нужна сейчас, она сможет продолжить собирать осколки наших отношений.

Я соберу эти осколки с гребаным удовольствием. Небольшая улыбка, одно слово—я буду с удовольствием соглашаться на все, что она сможет мне дать, пока я могу напоминать ей, что мы вместе.

Напоминать ей? Я предполагаю, что хорошего было мало, о чем можно напоминать, так как я фактически никогда не показывал ей, каково быть по-настоящему любимой. Я был эгоистичен и концентрировал внимание только на ненависти к себе. Я мог сосредоточиться только на себе и привык брать каждую унцию ее любви и доверия.