Чтение онлайн

— Давай-давай. Хотя мне кажется, что номер неверный.

— Как неверный?

— Ну… как бы тебе объяснить, — Феде было немного обидно за Антона. — Она ведь не дала тебе код города. И, если я не ошибаюсь, не предупредила, что номер не местный?

— Ну да!

— Значит, она продиктовала тебе номер наобум, чтобы отвязаться. Или чтобы иметь возможность что-нибудь от тебя потребовать.

— Я по нему позвоню! — загорелся Антон. — Сегодня же позвоню и докажу, что ты не прав! Хотя ты и ужасно убедителен.

— Мне жаль, Антон. Но ты обязательно еще встретишь симпатичную девушку.

— Слушай, — Утконесова осенило, — а ведь если она так хочет воспользоваться моими услугами… А вдруг она и есть та самая преступница, которую мы ожидаем?

Именно эта мысль пришла в голову Феде с самого начала, но теперь он деликатно помалкивал, давая Антону возможность самостоятельно во всем разобраться. А у того мысли били ключом:

«Это значит, я разговаривал с преступницей и даже не заподозрил ее. Вот, черт! Ну ладно, она ведь еще придет, тут-то мы ее и поймаем. А если не придет? Да нет, она же собиралась. Нужно сделать вид, что я ничего не заподозрил… А вдруг это не она? А, знаю что делать!»

— Что ты надумал-то?

— Да очень просто. Я же помню ее имя и фамилию. Нужно просто узнать, работает ли в больнице такая медсестра.

— Да, пожалуй, это будет самый простой вариант. Если, конечно, до утра она не появится сама, — согласился Федя.

— А если появится, то возьмем ее с поличным! — злорадно добавил Антон. — Ладно, сколько у нас там натикало?

— Начало второго.

— Куча времени до появления моего дражайшего братца. Крутов спит, юная подозрительная Мария испарилась, так что можно спокойно посидеть и обсудить сложившееся положение.

— Только сначала я попрошу у охранников кофе. А то что-то спать хочется.

— Ну что, теперь можно и обсудить положение, — довольно сказал Веня, когда курсанты улеглись на мягком сене.

— Я есть хочу, — жалобно промямлил Леха.

— Можно подумать, я не хочу. Однако решение этой проблемы временно откладывается.

— На неопределенный срок?

— Почему на неопределенный? До темноты. Поскольку есть нам нечего, придется позаимствовать немного еды на деревенских огородах.

— Ты воровать предлагаешь? — изумился Леха.

— Тоже мне воровство. Неужели же жители деревни не захотят спасти от голодной смерти представителей власти? Да это их прямой долг! Просто мы не будем их беспокоить, а сами возьмем все, что нужно. Но это позже. Чтобы не травмировать нежные души сельских жителей, мы сделаем все ночью. А пока у нас есть чем заняться.

— А может, нам что-нибудь купить?

— Ага! В том самом магазине, который с пяти часов вечера закрыт. Если очень хочешь, можешь оставлять на месте каждого сорванного помидора монетку.

— А вы обратили внимание, как он старался нас выпроводить из деревни? — спросил Дирол.

— Кто? — не понял Леха.

— Леха, ты что, все еще о еде думаешь? Ну, Крутов, конечно!

— А может, нам его и послушать? Скоро будем в городе, там везде можно поесть.

— Ага, и упустить преступника? — возразил Дирол. — Не зря он нас выгонял, боится.

— Да, и это не единственный его просчет в разговоре с нами. Он, наверное, решил, что мы ни на что не способны, вот и забыл про осторожность. Слишком уж настойчиво советовал уехать из Копылки. И еще один раз он здорово напрягся. Помнишь, Дирол, ты что-то такое ляпнул.

— Ничего я не ляпал. Просто сказал, что кубок могут найти на помойке.

— Наверное, для него в этом кроется какой-то скрытый смысл. Понять бы только какой… Но ясно одно — на душе у него неспокойно.

— Да, я тоже обратил внимание, как он замялся, а потом справился с собой, — вставил Леха.

— Как думаешь, почему?

— Ну, в принципе, это вполне понятно. Ему просто неприятно, что кубок может быстро найтись. Ведь из-за этого пострадает Илья Крутов.

— Вот-вот, но он-то не расстроился и не огорчился. Он так на меня посмотрел, словно искал подвох. Как будто я что-то знаю и стараюсь его подловить. Знать бы только, что я знаю…

— Может, он видел этот кубок на какой-нибудь помойке? И не заявил об этом, чтобы отсрочить конкурс. Вот и волнуется теперь, — предположил Леха.

— А знаете, я склонен думать, что он не врал нам, когда говорил, что не знает, где находится кубок, — решительно сказал Веня.

— То есть он знал об этом когда-то, но вот сейчас не знает, — подхватил Дирол.

— Во-во, это я и хотел сказать. Потому что если подумать, то мотив для ограбления магазина у него есть. И возможность тоже была. Помните, я спросил у него номер мобильного. На самом деле он мне совершенно не нужен, просто хотел выяснить, а есть ли он вообще. Так как мобильник у него имеется, значит, он вполне мог прямо из больницы позвонить и организовать ограбление. Думаю, у такого большого человека, как Александр Ильич, и в Калошине полно знакомых.

— В общем, и мотив, и возможность у него имеются. Да по времени все тоже укладывается. Не хватает только одного — кубка! Или еще каких-нибудь вещей из этого магазина. Кстати, Веня, у тебя опись есть? — поинтересовался Дирол.

— Да, мне Добродушевич дал один экземпляр.

— И что там есть?

— Кроме интересующего нас кубка, еще пара примерно таких же, еще какие-то чашки-плошки, несколько часов. А остальное — различные скульптуры от двухметровых и ниже.

— И на какой же именно помойке теперь все это искать?

— Да мало ли в Калошине помоек? — вздохнул Леха.

— Ага, я представляю. Завтра придем на почту и телеграфируем ребятам: «Обыскивайте помойки. Всегда ваши, Леха, Дирол и Веня». Обратно после такого лучше вообще не приезжать.

— На месте Крутова я не стал бы выкидывать весь антиквариат в Калошине, — высказался Дирол. — Слишком опасно. Мусор приметный, наверняка найдут очень быстро. Надежнее выбрать какую-нибудь свалку за городом, желательно подальше.

— А если учесть, что у него машина, а за ночь можно даже до другой области доехать, — вздохнул Леха.