Чтение онлайн

Раненый душман ответил:

– Да, саиб! У меня ранена одна рука, но цела другая. Я могу вести бой.

– Хорошо. Тогда вперед, братья! Да поможет нам Всевышний!

Бандиты начали подъем, уходя вправо.

Прошло пятнадцать минут. Крымов вызвал Тимохина:

– Третий! Ответь Первому!

Александр ответил:

– Третий на связи!

– Основные силы группы на равнине. Что у вас на перевале?

– Обстановка мутная. После массированного обстрела духи предприняли атаку с фронта и восточного фланга. Снайпером противника ранен прапорщик Шунко.

Майор тут же спросил:

– Тяжело ранен?

– Нога перебита!

– Значит, сам передвигаться не может?

– Нет!

– Понял, продолжай!

– Предприняв попытку сбить наш пост, что душманам удалось бы, если б не действия прапорщика Мураметзянова, вовремя поддержавшего нас, душманы словно испарились. Нигде и никак не проявляют себя.

– Отошли?

– Не знаю! Проверить предположение невозможно. Может, отошли, может, затаились где поблизости, ожидая, когда мы начнем спуск.

– Да, обстановка, действительно, мутная. Но и сидеть на перевале с раненым вам не имеет никакого смысла. Считаю, надо начинать отход.

– Это приказ?

– Пока нет! Следует подстраховаться! Мураметзянов пусть идет к тебе, ты же с Шунко продолжайте отслеживать обстановку. Спуск по моей команде! Как понял, Третий?

– Все понял, Первый!

– Ожидай команду, я свяжусь с Потаповым. Будь на связи!

Крымов, отложив рацию малого радиуса действия, приказал Остужину:

– Связь с Потаповым! Срочно!

Прапорщик, недолго поработав с радиостанцией, передал трубку Крымову, доложив:

– Кабул на связи!

Майор запросил:

– Кабул! Мне нужен Турус!

– Момент!

Командир сводной диверсионной группы услышал:

– Я – Турус! Слушаю тебя, Фергана!

– Докладываю обстановку, сложившуюся в районе боевого применения группы во время отхода на равнину.

Потапов, внимательно выслушав Крымова, сказал:

– Значит, трое твоих зависли на перевале? И спускаться рискованно, так как неизвестно местонахождение остатков банды Чарани?

– Так точно, Турус! Но спуск начинать надо. И мы начнем его. Если бандиты проявят себя, то прикроем отход огнем с равнины, но если ситуация начнет выходить из-под контроля, необходимо будет применение вертолетов огневой поддержки. Скорей всего обойдемся без них, но подстраховаться не помешает.

Подумав, Потапов ответил:

– Согласен! Начинай спуск с перевала группы прикрытия, я же свяжусь с командиром звена, что ранее уже работал с тобой. Изменится обстановка, «Крокодилы» уйдут к вам. Время их подлета к перевалу известно.

– Известно!

– Вертолет эвакуации независимо от действий «Ми-24» прибудет на равнину в 18-20. К этому времени группа должна быть готова к эвакуации.

– Я все понял, Турус!

– Работай, Фергана. Я на связи!

– Принял!

Крымов передал трубку Остужину, вызвал по рации малого радиуса действия старшего лейтенанта Тимохина и приказал ему начать спуск на равнину.

В это же время боевики Чарани во главе с главарем вышли на участок между тропами и затаились в полосе кустарника тремя метрами ниже хребта. И после того, как Мураметзянов прошел к Тимохину, вышли на вершину Ширванского перевала, заняв позиции уничтожения отходящих сил противника. Их появление на вершине осталось незамеченным для бойцов группы майора Крымова.

Начали спуск. Шли медленно, так как Александр, по сути, тащил Шунко на себе. Тот помогал, как мог, офицеру, но что мог сделать прапорщик, прыгая на одной, быстро уставшей ноге? Сзади Тимохина с Шунко прикрывал Мураметзянов. Он спускался спиной вниз, лишь временами оглядываясь, основное внимание сосредоточив на вершине, переводя автомат то влево, то вправо. Первые пятьдесят метров прошли без проблем, что успокоило. Никто с перевала не стрелял. Но душманы и не могли открыть по отступающим огня, потому что спецназовцы находились в «мертвой» для них зоне. Провести обстрел было реально с расстояния примерно в сто метров по спуску, и моджахеды ждали своего часа.

Отходящая подгруппа сделала первый привал.

Шунко виновато произнес:

– Подвел я тебя. Теперь мучаешься. Устал?

Тимохин ответил:

– Не говори глупостей. Все нормально. Каждый мог попасть в твое положение. Скажи еще спасибо вражескому снайперу за то, что не в горло, а в бедро всадил тебе пулю! Вот тогда, действительно, пришлось бы повозиться. Сам знаешь, какого выносить трупы.

– Знаю! И отблагодарил бы снайпера при первой же встрече. Для него у меня полная обойма припасена. Жаль, что не встречусь с этим ублюдком.

Александр улыбнулся:

– Не жалей! Шел бы он к черту!

– Нет, Саня, завалить его надо было бы. Скольких еще наших парней подстрелит этот дух?

– Так, может, мы и завалили его. Сие неизвестно. Как рана?

– Ничего! После промедола нормально. Надо будет, еще вколю.

Мураметзянов, сидя на камне и глядя на вершину перевала, произнес:

– И все же интересно, отошли духи или затаились где? Выжидая момента расстрелять нас?

Тимохин ответил:

– Думаю, отошли! Иначе что им мешает сейчас накрыть нас?

– Что мешает? Ограниченная видимость и готовность ребят с равнины открыть огонь по перевалу. Сейчас, чтобы завалить нас, надо по пояс, не меньше высунуться из-за гряды. А это значит, попасть под обстрел основной группы. Как мы стреляем, духи убедились.

– Считаешь, что моджахеды не оставили намерения ударить по нам?

– А хрен их знает! Может, и ушли. Узнаем, когда выйдем ниже вон той терраски, – прапорщик указал на короткую, узкую площадку, врезавшуюся в пологий склон.

Александр посмотрел вниз, повернулся к Мураметзянову: