Чтение онлайн

— Да, — ответил вставший со своего места, чтобы проводить женщину, Макаров. — Но время терпит… Если вы не возражаете, я зайду к вам ещё раз… Когда вам будет удобнее?

— Вообще-то я каждый день, кроме субботы и воскресенья, у себя с девяти до шести.

— А когда поменьше народу, чтобы не мешать?

— Лучше всего до десяти утра, пока не подъехала первая партия, с самолёта…

— Отлично, — сказал Макаров, провожая её до дверей, — тогда я зайду как-нибудь — у меня к вам очень важное дело…

— Правда? — усмехнулась Анна Михайловна. — А что же вы так о нем ничего и не сказали?

— Между двумя такими прекрасными женщинами трудно сосредоточиться на деле, — ответил, не моргнув глазом, Алексей, — но ведь и просто ради знакомства посидеть в хорошем месте — разве это пустая трата времени?

— Нет-нет, отчего же, я так не говорила, — смутившись под его пристальным взглядом, сказала женщина и, освободив свою узкую кисть из придерживавших её пальцев Макарова, быстро пошла по тенистой дорожке прочь. — До свидания, — сказала она, обернувшись через три шага, почувствовав, вероятно, устремлённый в её затылок взгляд Алексея.

— Ну, как тебе она? — спросил Макаров Паулу, возвращаясь за столик, где девушка продолжала аккуратно потягивать через тонкую трубочку розовый воздушный коктейль.

— Женщина как женщина, — пожала плечами она. — Симпатичная… А зачем тебе была нужная?

— А почему ты сказала, что слышала об убийстве того парня? — ответил Алексей вопросом на вопрос.

Девушка посмотрела на него долгим, изучающим взглядом и промолчала.

— Я что-то не так сказал? — спросил Макаров, беря девушку, чуть-чуть опустившую голову, за руку.

— Все нормально, — ответила Паула. — Только я выхожу из игры, — в глазах её, поднятых на него, Макаров заметил обиду.

— Не понял…

— Ты мне так и не счёл нужным ничего объяснить, видно, решил использовать в качестве мебели… А я так не играю. Поэтому, дружок, давай прощаться. Спасибо тебе за угощение и…

— Все, — остановил её, подняв руку над столиком, словно дирижёр, Макаров. — Больше ничего пока не говори. Я все понял и начинаю исправляться. Извини. Резко начинаю рассказывать и объяснять, — произносил он, замечая, что быстрый поток его слов вызывает на лице девушки невольную улыбку, которую она не сумела вовремя спрятать. «Главное — не обидеть её», — подумал Алексей и тут же чуть громче, чем требовалось, крикнул проходившей неподалёку от их стола официантке: — Девушка, сюда, пожалуйста, ещё пиво похолоднее и мороженое… с чем? — посмотрел он на Паулу («все равно» — покачала та головой). — Тогда с шоколадом и изюмом, — закончил Алексей свой заказ.

— В общем, так, чистосердечное признание в обмен на верность до конца, — сказал Макаров, не дожидаясь, пока официантка, поставив на стол мороженое и бутылку с пивом, отойдёт прочь. — Самое интересное, что тот мой вопрос, который предшествовал твоему вполне справедливому демаршу, как раз в некотором смысле и даёт ключ к разгадке, — Макаров сделал «страшные» глаза, — тайны моего пребывания здесь…

— Я почему-то сразу подумала, что ты милиционер, сыщик, — не пожелав поддерживать предложенный шутливый тон, невозмутимо произнесла Паула.

— Неужели сразу? — совершенно искренне удивился Макаров: дважды за один день сегодня в нем признавали сотрудника милиции. Что же будет дальше? Это была какая-то нелепость, очень похожая на полную профнепригодность. — Неужели ты ещё там, на пляже, так подумала? — обиженно спросил он девушку, и та рассмеялась, увидев отчаянное выражение его лица.

— Нет-нет, я не настолько проницательна, — успокоила она, доверчиво положив свои тёплые тонкие пальчики на запястье Алексея. — На пляже ты задурил мне голову своими намёками, я пошла с тобой сюда, — она с лукавинкой взглянула на Макарова, — чего уж там скрывать, потому что понравился ты мне. В общем, можешь считать: снял девочку — так, кажется, это называется… Это уже здесь я догадалась, когда ты стал расспрашивать эту дамочку об утонувшем парне, а потом просверлил меня глазищами после того, как я сказала, будто слышала, что его убили… Да ещё твоя чрезмерная для приехавшего сегодня осведомлённость…

— О том, что погибший не умел плавать?

— Пожалуй, это уже и не было столь важным. Из того, как ты задавал свои вопросы, как внимательно смотрел на заведующую, я поняла, что ты неспроста завёл этот разговор. Потом я ещё немного подумала и тогда уже обо всем догадалась. Вот так, — закончила она своё объяснение и выжидающе посмотрела на Макарова. — Ну, что ты теперь будешь делать?.. Убеждать меня, что я не права?

— Нет, не буду и пробовать, — покачал головой Алексей и не спеша глотнул пива. — Это бесполезно, — пояснил он, ставя бокал на стол. — За сообразительность тебе сегодня — пять баллов, — усмехнулся он, внимательно глядя на Паулу. — Вот интересно: эта мадам, — он кивнул в сторону выхода из бара, до которого недавно провожал администраторшу «Янтарного залива», — так и не знает обо мне ничего, кроме имени; от тебя же, похоже, спрятаться трудно… Я действительно сыщик и точно приехал разбираться с этим утопленником. Но все-таки я не совсем тот, за кого ты меня приняла. Ты могла бы обратить внимание на то, что я не тороплюсь заявлять везде о своих полномочиях…

— И почему же, интересно? — не выдержала долгого объяснения Паула.

— Потому что у меня этих полномочий маловато, а то и вовсе нет, — сказал Алексей и, расстегнув «молнию» на заднем кармашке шорт, вытащил оттуда и протянул девушке книжечку в твёрдом коричневом переплёте, на лицевой стороне которой были вытиснены золотые буквы «Эгида».

Через несколько секунд Паула вернула удостоверение. В глазах её читалось непонимание.

— Что это значит? — спросила она.

— Это значит, что прежде — не буду говорить когда — я и правда служил в милиции, но однажды, будучи в затруднительном положении, вынужден был покинуть сие благородное поприще и принять более выгодное в материальном плане предложение одной богатой фирмы.

— Ну и что?

— Ну и то, что теперь я — сыщик страховой компании «Эгида», или детектив, как у нас в фирме называется моя должность. Хозяева посылают меня и других детективов разобраться, действительно ли застрахованный фирмой объект (в данном случае — человек) пострадал по причине, оговорённой в страховом договоре. От этого зависит, в каком объёме должна быть выплачена страховая сумма. В некоторых случаях можно и при неблагоприятных для фирмы условиях найти выход из положения, взыскав убыток с виновника происшествия в пользу пострадавшего, тем самым сохранить деньги фирмы… Все, ты теперь довольна? Не бросишь меня?

— Понятно… — задумчиво произнесла Паула. — Что там можно ещё узнать, в деле этого несчастного?

Макаров покачал головой. Создавшаяся ситуация выглядела просто парадоксально: он должен был опровергать перед Паулой официальную точку зрения на гибель Гостенина, хотя сам пока не имел никаких оснований не доверять заключению местных дознавателей.

— Может быть, и ничего. Я же объяснил тебе, — сказал он, глядя в голубые внимательные глаза девушки, — я приехал, чтобы все проверить и разобраться, доложить о своих выводах. Ты же знаешь, милиция частенько работает поверхностно, а мы так работать не имеем права — мы теряем собственные деньги… Ну вот, ты сейчас говорила, что слышала, будто этого парня убили. Это действительно так, или это было сказано в пику этой рыжей заведующей приёмным отделением?