Афера в Темную ночь

Внимание, курение и употребление спиртных напитков вредит вашему здоровью!

Внимание, все события и персонажи вымышленные, любое сходство с реально существующими людьми (и заводами;) случайно!

Регесторская Империя. Дикельтарк. Фабрика энергетических проводников.

Флориан Келерой

Труп качался на веревке, в одну сторону, в другую… почти незаметно, но качался. Я наблюдала за ним, поджав губы. То был первый в моей жизни мертвец, и хотя ощущения возникли сюрреалистические, в обморок, как машинистка Катрин, я падать не собиралась.

Беатрис Лазар, еще в пятницу ехидно парировавшая мои издевки по поводу ее новой короткой стрижки, теперь болталась на потолочной рельсе разгрузочной траверсы главного сборочного цеха. Странно, и как она забралась туда? Наверное, использовала подъемник, а потом влезла в кабину погрузчика, либо шла пешком… Ну да, представляю: пышнозадая Беатриса крадется по пусть и не узкой, но и не широкой шпале, закрепленной на пятнадцатиметровой высоте, чтобы повеситься ровно на середине. Я тихонько фыркнула и тут же ощутила осуждающие взгляды коллег. Но зрелище наверное было презабавное. Правда же? Пришлось втянуть щеки и нахмуриться. Скорее всего, я все же пребывала в некоторой растерянности, не может же нормальный человек спокойно смотреть на труп, и мозг всего лишь пытался заставить себя работать именно с помощью подобных идиотских фантазий.

Простые сборщики в фартуках сбились в толпу и угрюмо взирали на почти белое тело, черные пальцы и свернутую голову. В отдалении у лестницы, ведущей на второй этаж, топтались инженеры, только Том пытался привести в чувства Кэт, остальные просто смотрели. Там же к стене из стеклянных кубов привалилась Бланш. Обхватив себя руками, она глубоко дышала. В цеху присутствовала сотня человек, но тишина стояла… загробная. Каждый понимал, что это означало. У всего персонала возникнут неприятности — у кого-то побольше, у кого-то поменьше.

Глубоко вздохнув, я протиснулась мимо застывших статуями людей, выработанная годами привычка требовала проверить, как там моя драгоценная подруга. Но не успела я дойти до огороженного сигнальными структурами коридора, как пространство заполнил знакомый, немного вибрирующий голос директора Микаэля Крашеля:

— Внимание рабочих! Смена в цехах один-три и восемь отменена. Прошу всех построиться по двое и освободить производственную зону для проверки сотрудниками Ведомства, приближаться к личным местам, конвейерам и погрузочной станции запрещено. Повторяю…

Люди очнулись от оцепенения, толпа пришла в движение и понесла меня к зоне отдыха под экраном выработки. Я рискнула взглянуть наверх. Лорд Крашель стоял на решетчатом балконе потемневший от негодования, рядом находилась сухопарая дама в очках и шляпе-котелке, на ее белоснежной рубашке блестел круглый жетон инспектора Ведомства.

В следующий миг раздался шум и неприятный писк, в цех влетели неизвестные структуры, закружились под потолком и вспыхнули массивными солнцами, мгновенно заливая сумрачное помещение ярким светом. Как интересно. Однажды и я так научусь… По половым плитам громко стучали каблуки мужских ботинок. К нам приближалась группа из десяти человек, одетых в темно-синюю и черную форму. Сигнальные линии зашипели, но никто из агентов не обратил на них внимания. Люди в черном меня не удивили, Беатрис была дипломированной менталисткой, и расследованием, разумеется, займется магический департамент.

Наплевав на приказ директора, я продолжила пробиваться к Бланш. Однажды один важный и по-своему мудрый человек спросит, кто повинен во всех моих бедах, и я скажу, что это Бланш Майлок! Да-да, не я, вовсе не я, а именно она, помимо спиногрыза братца, будь тот неладен! Это ей пришла в голову идея устроиться работать на ФЭП — фабрику энергопроводников. Рорские демоны восстали бы из пепла вместе с моим отцом, узнай тот, что мне когда-либо придется трудиться на заводе. Мне — графине Келерой! Впрочем, в наше время лорды и леди предпочитали не распространяться о своих титулах, если не могли похвастаться грамотами на владение собственными землями. Спасибо покойной мамочке, продавшей их ради нашего с Фрэнки будущего. Видела бы она это будущее.

— Уверена, что все получится? — поглядев на меня из-под толстенных очков, поинтересовалась взволнованная подруга.

То, чего боялась она, меня как раз не волновало. Да, пару лет назад, когда мы пришли сюда впервые, я тоже нервничала, но сейчас мы были уже не в том возрасте, чтобы господа из Ведомства задались вопросом, почему две столь юные магини не носят браслетов какой-нибудь школы. Я машинально покрутила кольцо, доставшееся за баснословные деньги, и пропела:

— Абсолюу-у-утно, дорогая. Успокойся, пожалуйста, а то я чувствую твою панику в своем желудке.

— Понимаешь, что это значит?

— Что ты ко мне неравнодушна? Это я знала еще, когда мы только познакомились. Иначе с чего бы у тебя до сих пор нет мужа?

Познакомились мы в колледже для одаренных. Никогда не думала, что эта болезная на вид скромница станет моей лучшей и единственной подругой, но все вышло как-то само собой.

В шестнадцать лет каждого учащегося проверяли на магическую предрасположенность. Однокурсники дрожали от восторга, пытаясь угадать свой тип дара, предвкушали учебу в лучших школах и университетах. Но не я. И не Бланш. И причины у нас оказались схожими. Моей был Фрэнки — младший братец, наказание и крест на моей жизни. Не знаю, почему я держала обещание позаботиться о его образовании и воспитании, данное матери перед смертью… Ее — бабуля Лили — девяностолетняя старая перечница, которой, да простит меня Бланш, давно пора за грань к предкам. Бросить их мы не могли. А обнаружение дара, особенно уникального — это прямая повестка в какую-нибудь боевую школу, университет, академию целительства или не приведи демоны к некромантам… Впрочем, к счастью, некрофилией я не страдала и точно знала, что труповодство — это не мое.

Бланш, варившаяся в своих мыслях, сарказма не заметила:

— Так странно. В прошлый раз она ярко сияла эмоциями, а сейчас пустая оболочка…

Сотрудники Ведомства уже строили рабочих и случайно затесавшихся в их толпу инженеров по двое.

— О чем ты думаешь?! Оболочка… эмоции… — возмутилась я. — Не время исследовать тонкие тела трупов. Протри очки, кого ты видишь?

— Ведомство.

Тяжела моя участь… Захотелось курить. Высокий жилистый агент, наплевав на запрещающие знаки, уже зажигал сигарету. Будто ощутив мое внимание, он резко развернулся и посмотрел на нас. Я немедленно подняла глаза, сделав вид, что разглядываю труп. Да, труп. Будто холодком повеяло… Это бездушный сканирующий взгляд изучал меня, профессионально отмечая детали внешности.

— Красивый, — протянула Бланш.

Люди в форме всегда ее привлекали… Я бы даже согласилась с озвученным эпитетом, если бы субъект вышел из своего сурового образа и продемонстрировал способность хоть на какие-то эмоции, как нормальный человек, а не замороженная селедка…

Наверняка, он прочитал это «красивый» по губам и все понял. Глаза недовольно прищурились, худощавая, слегка небритая физиономия выпустила клуб дыма и отвернулась.

Подруга тут же просекла ситуацию и мигнула затаенной тоской и разочарованием.