Чтение онлайн

— Мы же оставили передатчик возле бункера, — спокойно пояснил тот. — Вот он и работает.

— А… — Д'Марья закрыл рот. — Что же получается… генерал нас обманул?

— Вот уж не знаю, — слегка усмехнулся Ямада.

— Ладно, — после паузы произнес д'Марья. — Посмотрим.

Все же над слоем облаков было очень красиво: солнце, бежавшее навстречу челноку невысоко над горизонтом… беспросветная темень вверху, нежная глуховатая пуховая перина под ногами, и полет — между ними, навстречу розовоперстой Эос, приветливой и здесь, и на Земле, и на любой другой планете, где только может появиться человек — со всеми своими скорбями, радостями, заботами, слабостями, со всем своим хламом душевным, телесным и любым другим: везде и всюду он найдет свою зарю… и вообще, подумал д'Марья, надо было назвать «Сверчка» «Авророй». Назло врагам и подругам. Чтобы нас, холостяков, боялись.

Челнок нырнул под облака.

— Идем по пеленгу? — полуутвердительно произнес Ямада, который сейчас был за штурмана.

— Да. Расстояние?

— Четыреста тридцать километров. Сигнал четкий.

— Точки исполнения совпадают?

— До тысячной.

— Хорошо, — кивнул д'Марья, хотя и так не сомневался, что сигнал идет именно оттуда, откуда несколько часов назад стартовал фрегат.

Челнок несся над заснеженной равниной, постепенно снижаясь.

Резко потемнело: солнце перестало быть естественным приложением-продолжением Авроры, оно покраснело, словно в смущении, потерялось и вид обрело багрово-злой. Ветер же, напротив, вел себя разухабисто, бросал в иллюминаторы челнока снежные ааряды, ледяная крупа поражала обшивку его корпуса не хуже охотничьей дроби: но железная птица не обращала внимания на такую ерунду и неуклонно направлялась к своей цели…

Д'Марья невольно про себя усмехнулся. Железная, ее за ногу, птица… совсем очумел по молодости лет. На заре. От зари. От темна да темна. А вон и стойбище…

Челнок сбросил скорость, завис ненадолго над видневшимся из-под сугробов бункером и мягко опустился в снег, разметав кристаллики замерзшей воды во все стороны этого света.

— Вэлкам ту зе Фрейя, — проворчал Зоммер, отстегиваясь.

— Вэлкам, вэлкам, — отозвался д'Марья.

Все трое загерметизировали бронекомбинезоны, проверили оружие и вышли из челнока.

— Это вы умело, геноссе капитан-полковник, — услышал д'Марья голос Зоммера. — До бункера не больше пятидесяти шагов…

Д'Марья огляделся.

Нет, ветер уже явно был не тот, что давеча: легкая, почти незаметная поземка, мутноватое солнце неподвижно смотрит откуда-то из-за плеча… все тихо и спокойно. Словно действительно произошли какие-то изменения… но бункер выглядит так же, как и раньше, — то есть каким его д'Марья видел на экранах. А где дверь, в которую собирался вломиться бравый обер-лейтенант?..

А, вот она… ну что же, выглядит точно так же, как и раньше. Стучись себе. Или сразу выламывай — что больше понравится.

Зоммер, похоже, прочитал мысли капитан-полковника.

— Разрешите? — услышал д'Марья его голос в наушниках.

— Нет, — сказал он, потому что точно знал: сейчас за этой дверью нет ничего… такого, что стоило бы искать и находить. — Нет, обер-лейтенант, мы идем в бункер.

Внезапно тонкая серая муть низкой облачности стала расходиться, в просветах появилось солнце: оно было почти таким же, как наверху, над облаками — спокойным и свободным.

Фрейя, подумал д'Марья. Богиня — чего? Плодородия, кажется… а может, и нет. У Зоммера надо будет спросить. Потом.

Они подошли к двери бункера.

Надо же — закрыта. Опять-таки — как раньше. Шершавый темный металл. Серый бетон. Там, за дверью, — капли воды… или растаявшего снега? А, вот еще что…

— Ясухиро, — негромко сказал д'Марья. — Где вы оставили передатчик?

К его удивлению, майор несколько замешкался: постоял секунду, оглядываясь по сторонам, потом сделал несколько шагов в сторону, вернулся.

— Странно, — помолчав, сказал Ямада. — Передатчика нет. А сигнал как был, так и сейчас есть.

— А мы разве его не за дверью оставили? — вмешался Зоммер.

— Нет, — после паузы ответил Ямада. — Я хорошо помню — перед дверью.

Зоммер повернул голову — д'Марья увидел его глаза за бронепластиком забрала.

— Мы оставили передатчик с той стороны, — очень спокойно сказал обер-лейтенант. — Я ломню это совершенно точно, потому что помогал вам его вынимать.

Д'Марья поднял руку.

— Уже не важно, — сказал он. — Надо идти. Открывайте, обер-лейтенант.

Зоммер подошел к двери и осторожно открыл ее.

Коридор. Но уже другой — вода на стенах осталась, ее стало даже больше, ручейки текли по стенам, собираясь в большие стоячие лужи, покрытые зеленоватой пленкой… и было светло, внутренность бункера освещалась желтоватыми лампочками, которые торчали из стен, как прыщи на неухоженной грязной коже.

— Это разве наш передатчик? — спросил д'Марья.

— Нет, — ответил Ямада, наклонившись к прибору и тронув его рукой. — Похож, но не наш. Такое впечатление, что стоит он здесь очень давно. Весь проржавел… Но сигнал идет именно с него.

— Понятно, — проворчал д'Марья. — Идем дальше. Они осторожно спустились по лестнице… нет, бункер здорово изменил свои внутренности: давеча ход поворачивал налево, теперь — направо; аэрогарды — и примкнувший к ним обер-лейтенант, хмыкнул про себя д'Марья, — двигались не спеша, держа оружие наготове, и сразу за близким поворотом вышли в какую-то ярко освещенную огромную трубу. Надо было идти дальше, все это хорошо понимали, не понадобилось никаких слов, чтобы согласовать действия — шаг, еще шаг, только вперед, потому что здесь есть только выход… еще дальше, но становится жарко, а бронесферу снимать нельзя, как нельзя и опустить оружие, хотя и понимаешь, что оно здесь бесполезно: в кого, на самом деле, можно стрелять в этой трубе, где только белые гладкие стены, от которых горошинами отражается дробное эхо, да пустота, от которой не отражается ничего…

В какую-то секунду д'Марья почувствовал, что теряет ориентацию; не стало ни верха, ни низа, он словно повис в этой молчаливой вязкой пустоте, растопырив локти и не давая никому прохода: застрял, застрял самым постыдным образом, повис в пространстве, не в силах пошевелиться, и единственное, что он сумел сделать, — не уронил автомат.

Однако это длилось короткое мгновение, пол почти сразу же ударил по ногам, в уши влез деликатный вздох далекого, но тем не менее страшного взрыва, испепелившего миллионы надежд и миллиарды желаний, огненный взгляд вселенной, в чьем мертвенном зрачке отразились все времена года, опалил спину… замерзшая тень ветра, оставшегося наверху, мелькнула и тут же пропала: быстро же они прошли первый коридор, и даже без приключений.