Чтение онлайн

Кейт явно разозлилась, но коммандер Джон ответил:

— Не думаю.

Голос его звучал так, словно это до хруста накрахмаленный и до предела церемонный военно-морской офицер, каковым он, видимо, и был на самом деле, так что я продолжил в ином духе:

— Это просто шутка. Можете нам вкратце объяснить, что это такое — волны СНЧ? Только, пожалуйста, без особых технических подробностей. Я даже свой приемник в машине толком не умею настраивать.

Это улучшило его настроение, он даже посмеялся.

— Ну хорошо… Это довольно сложный технический вопрос, но я попробую объяснить попроще. Первое: сам я не специалист в области СНЧ-радио, но основное вполне могу рассказать.

— Мы все обратились в слух. — Я открыл свой блокнот и взял ручку.

— Так, для начала… Я тут сейчас кое-что выведу на экран компьютера… ага, вот… СНЧ-волны распространяются на сверхнизких частотах… — Он снова засмеялся: — Потому они так и называются… так вот, это на самом деле чрезвычайно длинные волны. Скажем, вы ведете передачу на волне восемьдесят два герца, то есть ноль целых восемьдесят две миллионных мегагерца, — это соответствует длине волны три миллиона шестьсот пятьдесят восемь тысяч пятьсот тридцать пять целых пять десятых метра или три тысячи шестьсот пятьдесят восемь целых пять десятых километра…

Я выронил ручку:

— Погодите, Джон. Погодите. Мы не собираемся посылать сообщения с помощью СНЧ-передатчика. Кто пользуется этой частотой? И для чего она используется?

— Ею пользуются только военные, — ответил он. — Точнее, флот. Она используется для связи с ядерными подводными лодками, действующими на больших глубинах.

Мы с Кейт обменялись взглядами. Я уже хотел было спросить его, не знаком ли он с Фредом, но вместо этого осведомился:

— А эти передачи на СНЧ можно отследить или перехватить?

— Конечно. Если есть необходимое оборудование. Но придется очень долго ждать, прежде чем вы поймаете передачу на СНЧ.

— Почему?

— Эти частоты используются весьма ограниченно. И все, что вы перехватите, будет зашифровано.

— О'кей… Ну давайте дальше. Кто, что, где, когда, как и зачем?

— Не думаю, что что-то из моих сообщений относится к секретным данным. Но должен спросить, линия-то безопасная? Не прослушивается?

Типичный представитель военной связи. Может, конечно, нас подслушивает Нед — от нечего делать, — но, судя по его виду, на шпиона он не тянет, а Уилма, по всей вероятности, смотрит сейчас «Магазин на диване». И я сказал коммандеру:

— Это обычная телефонная линия, идет из курортного местечка в Адирондакских горах. Я ею воспользуюсь только раз. — Вообще-то мы уже не в горах, но именно там, как должны считать Уолш и Гриффит, все еще находимся, если до них дойдет информация об этом разговоре. — Это курортный отель, называется «Дело». Шеф-повар тут француз, но я уверен, что он не подслушивает.

— Ну хорошо… как я уже сказал, это по большей части не секретные данные. Давайте я вам объясню, как СНЧ-технология применяется на практике. Как вам известно, у нас имеются ядерные подлодки, плавающие на очень больших глубинах весьма продолжительные периоды времени — иногда многие месяцы подряд, и большая часть этих подлодок действует в своих обычных патрульных зонах возле… ну, это немного засекречено… ну, скажем, возле подводных гидроакустических станций, через которые они могут выходить на связь с оперативниками из военно-морских штабов через обычные каналы радиосвязи. Но некоторые такие подлодки уходят в нейтральные воды, слишком далеко от подводных станций, так что в чрезвычайной ситуации у оперативных отделов штабов в Перл-Харборе — он контролирует наш Тихоокеанский флот — и в Норфолке — он отвечает за Атлантический флот — возникает необходимость связаться с этими ядерными подводными лодками, находящимися далеко от поверхности и от подводных релейных станций. Пока все понятно?

Я взглянул на Кейт, она кивнула, и я ответил:

— Понятно. Продолжайте.

— Ну вот, к примеру, передачи на обычно используемых ОНЧ — это значит «очень низкие частоты» — не проходят в океанские глубины, особенно если соленость воды высокая. То есть вода очень соленая.

— Я знаю, что такое соленость.

— Хорошо. А вот СНЧ-волны могут проникать куда угодно, в любую точку мира, вне зависимости от состояния атмосферы, даже сквозь горы, через океаны, через ледники. И в любое время, в любом месте достигают подводную лодку, находящуюся на глубине. По сути дела, если бы не СНЧ, у нас не было бы связи с некоторыми из судов нашего подводного ядерного флота, а это чревато большими проблемами, если лопнет баллон.

— Какой баллон?

— «Ядерная война» на нашем жаргоне.

— Понятно. Баллон мне нравится больше. — И снова мы с Кейт обменялись взглядами, пытаясь осознать услышанное. Не знаю, что она в этот момент чувствовала, но, памятуя про Бэйна Мэдокса, я несколько обеспокоился.

А тут еще коммандер Насефф выдал мрачную шуточку в духе совершенно висельного юмора:

— Если бы не было СНЧ, мы не смогли бы начать хорошую, полноценную атомную войну.

— Тогда слава Богу, что у нас есть СНЧ!

Он засмеялся:

— Это старая шуточка военно-морских связистов.

— Сногсшибательная шуточка. А есть и другие такие же?

— Ну, знаете, со времен «холодной войны» столько воды утекло… Однако…

Я обычно не люблю перебивать свидетеля, но сейчас перебил:

— Итак, это единственный способ… единственная причина, в силу которой кто-то воспользуется СНЧ-передатчиком, — для связи с подводной лодкой.

— Ну, вы понимаете, это вообще-то не голосовая связь, а скорее передача радиосигналов, как на телеграфе, — посылается сообщение, зашифрованное буквенным кодом.

— И только на подводную лодку?

— Да. На подлодку, находящуюся на большой глубине. СНЧ-волны очень длинные, поэтому передачи идут медленно. Но они способны проникнуть сквозь что угодно. Таким образом, их единственное практическое использование — это связь с подлодками на глубине, когда невозможно применить обычные средства.

— Понятно. А могут СНЧ-волны испортить мой сотовый телефон?

Он опять засмеялся:

— Не могут. Эти частоты настолько далеки от обычных радио- и телефонных диапазонов, что никогда не пересекаются с другими радиоволнами, микроволнами и всем остальным, используемым нынче повседневно.

— Стало быть, эти СНЧ-передатчики применяют буквенные коды? — уточнила Кейт.

— Правильно.

— И их могут принимать только подводные лодки?

— Ну, их может принимать кто угодно, у кого есть СНЧ-приемник. Но если вы не знаете код, который часто меняется, это бессмысленно. Все, что вы услышите, это импульсы, являющиеся буквами в зашифрованном виде. Насколько мне известно, самый распространенный код — трехбуквенный.

— И таким образом парням на подлодке сообщается все, что им надо знать?