Чтение онлайн

– Что странного? – Рикера всё ещё потряхивало, и челюсти у него дрожали.

– Странно, говорю, что здесь они есть. И плазменные пушки, и крупнокалиберные пулемёты. С разрывными пулями. Ведь на военных это не похоже – чтоб они, поняв эффективность какого-то конкретного оружия в каждом конкретном случае, снабдили нас дополнительно и кучей резервного. Да ещё столь разнопланового действия. Так что думаю, сюрпризы не закончились.

– В смысле – не закончились?

– А очень просто. Скорее всего, завтра, или послезавтра на нас полезет кто-нибудь ещё. Бронированный и куда более смертоносный. И не боящийся лазеров!

– Вот уж обрадовал!

– Да нет. Просто это – вполне логичный вывод.

Хоть для нас и не слишком утешительный!

Ужинали в атмосфере уныния и горечи.

Как это состояние обозначил Эванс: «Словно дерьма нажрался! И впереди ещё несколько таких обедов. Неизбежных.» Конечно, Парк попробовал поднять настроение, и прибавить бодрости духа товарищам по оружию:

– Не нужно их жалеть. Такие твари и правда – не могут быть разумны.

– Мозгами-то я это понимаю, Парк. Но… Страшно это выглядело. – Рикер прикусил было губы изнутри, но всё же сказал, – Спасибо, кстати. Вот: наконец собрался сказать. За то, что вправил мне на место. Эти самые мозги.

– Всегда пожалуйста. Вы тоже не стесняйтесь: вправляйте, если увидите, что надо, и мне. А то тут такое дело… Может понадобиться. Вправить.

– Ты это о чём? Что у нас тут ещё намечается?

– У нас намечается очередная ночёвка. Думаю, раз Эванс уже оказался «покрещённым», теперь очередь кого-то из нас. На кошмар.

– Ты это брось. Мне не нравится такой юмор.

– Мне тоже, Рикер. Но в каждой, как говорится, шутке есть доля шутки. А всё остальное – чистая правда.

Сегодня Эванс провёл под душем куда больше времени.

Не то, чтоб он сильно испачкался или пропылился – просто пропотел там, под кевлитовым костюмом, от души. Но омерзительное чувство, что с ног до головы запачкан кровью и ошмётками чужой плоти упорно не желало покидать подсознание.

Как он позволил себе так вляпаться?!

Ведь там, дома, ни вот на кончик мизинца не жалел, когда полосовал калённым лезвием мерзкие наглые рожи бандитской шпаны – но – людей! А здесь…

Чувствует себя, словно забрался с огнемётом в муравейник!

И подло и нечестно – твари даже не могут адекватно ответить – не то, что шпана, у которой тоже имелись и ножи, и электрошокеры, и перцовый спрей…

Ведь несчастные насекомые просто защищают свою землю! Хотят очистить исконно принадлежавшую им территорию от наглых захватчиков! И пусть у них нет мозгов в привычном смысле, но что-то же они соображают и понимают?! Например то, что двуногим мягкотелым уродам-чужакам здесь явно не место. И оружие, которое они применяют, уместно здесь, среди их данных природой (Ну, или естественным отбором!) клешней, жал и жвал, так же, как лягушка в бокале шампанского. Ну, или как океанский лайнер в пруду маленького сквера.

Нечестно!

Вероятно, поэтому и стыдно.

Тёплые упругие струи рекуперированной и хлорированной воды смывали с него пот и пыль, но угрызения чёртовой с-суки – совести! – водой не смоешь!..

А ещё Эванс думал, что если Парк прав, и кому-то их них действительно покажут сегодня кошмар, кто же эти таинственные и пока невидимые «они», кто столь свободно и конкретно пролезают в подсознание спящего человека? И какой технологией нужно обладать, чтоб показывать такое, персональное, и внутрисознательное, «шоу»?

Вытеревшись, он долго стоял и просто смотрел в облицованную уникафелем стену.

Смотреть на «уборщиков»-многоножек не хотелось. Но – надо. Мало ли!..

Уборщики появились в половине десятого – темень спустилась на джунгли и немного расширившийся пустой плацдарм как и вчера, в восемь с небольшим.

Вначале Эванс с Парком и Рикером, пялившиеся в мониторы наружного обзора, уже перестроенные на тепловой диапазон, даже не поняли, что многоножки заявились. Просто то тут, то там по грудам неподвижных тел и их кусков, уже истёкших кровью, пробегало как бы шевеление – словно кто-то трогает эти самые бренные останки, пробираясь меж ними. Но затем Эванс увидел:

– Смотрите! – он не постеснялся указать пальцем. Голос, будь он неладен, предательски дрогнул.

Особо крупный кусок тела одного из богомолов, с толстеньким сегментированным брюшком, вдруг встал вертикально, словно указующий перст, и рывками ушёл под землю!

Парк подкрутил рукоять настройки, камера наехала на привлёкший их внимание участок: точно! Земля, а вернее, песок под наваленными телами шевелился и словно шёл буграми и валиками – сразу становилось понятно, что под поверхностью движется что-то реально крупное и сильное! Но вот оно и проявилось: возле ещё одного крупного куска тела ракоскорпиона на поверхности показались мощные жвала, схватившие головогрудь с отрезанной передней частью, и немаленький, в диаметре не менее метра, почти круглый панцирь стал рывками погружаться – дюймов на десять за рывок!

Эванс поймал себя на том, что вцепился в спинку кресла Парка, за которой стоял сейчас, автоматически поднявшись со своего, так, что побелели суставы! Но сдержал возглас, чтоб снова не облажаться. Рикер прокомментировал ситуацию куда эмоциональней:

– Срань Господня! Жуть! Вот с ними бы и правда – встретиться лицом к лицу не хотелось бы!.. Тут, по-моему, не помогут и лазеры!

– Это уж точно. Потому что их лучи практически не проходят сквозь землю.

– Зато проходят через стволы, Эванс. – Парк откинулся от экрана, словно увидел всё, что хотел увидеть, – Мы «накосили» деревьев – будь здоров! Думаю, просека расширилась метра на три! Так что можно прикинуть, что если те, кто работал тут до нас, действовали примерно так же, то получается, что до нас тут применяли лазеры всего-то раз двадцать-тридцать…

Конец ознакомительного фрагмента.