Чтение онлайн

Вечером Нельсон ужинал в кругу семьи Гамильтонов. О впечатлении, которое произвел Нельсон на Эмму, мы уже говорили, но какое впечатление произвела Эмма на Нельсона?

Из письма Нельсона жене: "Леди Гамильтон удивительно добра и мила по отношению к Джосае. Эта молодая, обходительная женщина делает честь своему положению, которое она занимает в свете".

Эмма, безусловно, произвела сильное впечатление на Нельсона. При этом он очень хочет, чтобы леди Гамильтон непременно понравилась и его жене.

В день отхода "Агамемнона" Нельсон, в соответствии с традициями того времени, пригласил на борт своего корабля представителей высшего общества Неаполя. Первые сановники королевства и их жены должны были воочию убедиться в мощи военно-морского флота Англии и стать проводниками ее политики.

Отведя Нельсона в сторону, Гамильтон попросил его выполнить личное поручение и передать одному из родственников, находящихся в Тулоне, письмо. Позднее это письмо было обнаружено и опубликовано британскими историками. Вот его текст: "Советую тебе обратиться к капитану Нельсону, он может высказать мнение о леди Гамильтон. Она никогда не опозорит семью, в которую попала за свои достоинства. Ее любят и уважают все, меня же она просто осчастливила. Приезжай и сам посмотри — клянусь жизнью, она тебя покорит. Видимо, ты понимаешь, что я не сделал бы этого шага, если бы не видел со всей ясностью, что меня ждет. Не могу сказать, что я внезапно влюбился в хорошенькое личико, поскольку мы уже до этого пять лет жили вместе, а потом — ты знаешь сам, что в моем возрасте все личики кажутся более или менее одинаковыми".

В общем, в письме Гамильтон, как всегда, оправдывается за свою женитьбу перед родственниками, но на этот раз в качестве свидетеля добродетелей своей жены выставляет Нельсона. Капитан "Агамемнона", по мнению Гамильтона, уже достаточно очарован Эммой, чтобы говорить о ней только в превосходной степени.

В адмиральском салоне к этому времени уже накрыли изысканный стол, шампанское лилось рекой — предусмотрительный Худ перед отплытием выдал Нельсону представительские деньги. Помимо четы Гамильтонов на "Агамемнон" прибыли лорд и леди Плимут, лорд Грандисон с дочерью, епископ Винчестерский с семьей, несколько позднее прибыл и король Фердинанд с придворными.

Чтобы произвести на гостей еще большее впечатление, Нельсон устроил для них настоящее представление. В самый разгар завтрака в салоне внезапно появился первый лейтенант и доложил капитану, что на горизонте показалось французское военное судно. Извинившись перед высокими гостями, Нельсон встал и заявил, что, к его глубокому сожалению, завтрак придется прервать, потому что долг велит ему нагнать и захватить врага.

— Впрочем, я приглашаю всех присутствующих принять участие в погоне и возможном сражении за честь британского флага. Можете не сомневаться, что оно будет хоть и кровопролитным, но, безусловно, победным!

Разумеется, что после таких слов желающих участвовать в сражении на борту "Агамемнона" не нашлось. Поблагодарив хозяина за оказанный прием, гости поспешили откланяться. А по палубе уже бегали матросы, ставили паруса и готовили к бою пушки.

Добравшись шлюпами до берега, визитеры с восхищением смотрели, как, быстро поставив паруса, "Агамемнон" направился в открытое море, чтобы сразиться с едва видимым врагом.

Эффект, на который рассчитывал Нельсон, был полным. Все, начиная с короля, были потрясены британской смелостью, британской выучкой, британским чувством долга и британской мощью.

— Отныне мы всегда будем вместе! — заверил прямо на пристани Гамильтона король Фердинанд.

А Эмма, вытирая кружевным платочком слезинки с глаз, вздохнула:

— Это был настоящий герой и джентльмен! Но почему в моей жизни никогда не было такого героя!

Тем временем Нельсон, сидя в каюте, быстро писал в своем дневнике: "Господи! Пошли нам счастье. Мне верится, что нам будут помогать добрые пожелания Неаполя, сэра Уильяма Гамильтона и леди Гамильтон в особенности. Последние мне дороже всех остальных. До свидания, Неаполь. Пусть тем, кто был ко мне добр, это воздастся десятикратно. Если мне на долю выпадет успех, я вернусь, а если нет — направлюсь в Тулон".

В Неаполь тогда Нельсон так и не вернулся.

Паруса "Агамемнона" исчезли в безбрежном море. Сейчас Нельсон с Эммой только познакомились. Их следующая встреча произойдет спустя долгих пять лет, но именно она станет решающей для обоих.

Итак, Нельсон снова вырвался на морские просторы. Догнать и сразиться с французом ему, впрочем, не удалось. Однако "Агамемнон" остановил торговое судно, с которого сообщили, что видели в порту Ливорно французский фрегат. Разумеется, Нельсон тут же повернул в Ливорно. Порт принадлежал тогда Тоскане, которая изо всех сил старалась сохранить нейтралитет в надвигавшейся общеевропейской войне.

Торговец не обманул, и в ливорнской гавани действительно оказался 40-пушечный французский фрегат. "Агамемнон" демонстративно бросил якорь борт о борт с французом и открыл орудийные порты. Расчет Нельсона был прост: едва француз попытается выскользнуть из нейтральной гавани, как немедленно будет расстрелян его пушками. Но Нельсон ошибся, фрегат и не помышлял о прорыве. Его команда, совершенно не обращая внимания на грозного англичанина, решала куда более важные дела.

Только что матросы голосованием лишили должности своего капитана за дворянское происхождение и сейчас избирали нового. После долгих споров, доходящих порой до драки, капитаном был избран лейтенант морской пехоты, его же чин перешел к вчерашнему сержанту, а бывшему капитану пришлось довольствоваться лишь сержантским чином.

Узнав о "государственном перевороте" на вражеском судне, Нельсон был поражен:

— Ну и страна! Эти сумасшедшие способны на что угодно!

Однако и новоизбранный капитан оказался не промах и так и не дал Нельсону возможности атаковать его. Несмотря на все ухищрения английского капитана, французский фрегат и не собирался выходить в море. А Нельсона время уже не ждало. Ему надо было наверстывать упущенное и торопиться к Тулону с письмом короля Фердинанда. Осыпав терпеливых французов проклятиями, "Агамемнон" продолжил свой путь.

К моменту возвращения Нельсона борьба за Тулон приняла самый ожесточенный характер. Из Неаполя прибыли войска, и их тут же с ходу бросили в бой. На близлежащих холмах республиканцы установили осадную артиллерию и теперь простреливали город и гавань вдоль и поперек. Едва войдя в гавань, "Агамемнон" тут же получил несколько ядер в такелаж.

— Привыкайте, Нельсон, у нас здесь жарко! — этими словами встретил лорд Худ прибывшего к нему на борт капитана "Агамемнона".

Прочитав письмо и выслушав доклад капитана, Худ лишь покачал головой: