Чтение онлайн

Глядя на мое восхищенное лицо, Ваз вернул себе привычное расположение духа, и по ходу комментировал, как эльфам удалось этого добиться. Оказывается, во дворце служило с десяток мастеров жизни, которые заботились об этой красоте и поддерживали дворец в идеальном состоянии. Разумеется, в жилых комнатах и рабочих кабинетах подобной зелени не наблюдалось, но в столовых, залах, верандах и других общественных местах весьма немаленького сооружения, весь декор был выполнен в подобном стиле. Ваз даже попытался устроить мне краткую экскурсию, но я попросил не отвлекаться. Хоть цветочки-лепесточки и разноцветные бабочки, попадавшиеся на пути, были очень красивыми, но разговор с Виллианердом мне откладывать не хотелось.

Спустя несколько минут, встретив по дороге только двух молчаливых эльфов, отвесивших легкие поклоны супружеской чете, мы дошли до дверей, которые открылись без скрипа и продемонстрировали небольшой кабинет. В нем находились множество шкафов с книгами, вместо зеленых лиан украшавших стены, большой стол, заваленный свитками и прочим барахлом, а также четыре стула с очень высокими спинками. На одном из них сидел коренастый эльф, который что-то писал на большом листе зеленоватого оттенка. Острый нос, худощавое лицо, короткая стрижка, цепкие карие глаза, простая, но удобная одежда — вот это и все, что бросилось мне в глаза из внешности короля. Не было никаких массивных перстней на пальцах и золотые браслеты не украшали запястья. Не было даже короны на голове, но я знал, что передо мной Виллианерд, поскольку ощутил то странное чувство узнавания, к которому уже успел привыкнуть. Подтверждая мою догадку, брат махнул рукой в подобии приветствия и сказал:

— Вечер добрый, отец!

Эльф вставил палочку, которой только что писал, в некое подобие чернильницы, а потом приветливо улыбнулся и поднялся со своего стула.

— И вам того же. Вижу, кое-кто, наконец, решил посетить Фантар. Это весьма приятная неожиданность для всех нас. Здравствуй, Алекс. Я очень рад тебя видеть.

Вилли обошел свой стол и, не меняя выражения лица, протянул мне руку. Я пожал ее, улыбнувшись в ответ. Да, где-то так я и представлял себе короля эльфов — серьезного, расчетливого интригана с легкой улыбкой на лице и внимательным взглядом. Что ж, будем считать, знакомство состоялось!

— Мне тоже приятно познакомиться, — сказал я своему отцу, уже четвертому по счету.

— Присядьте пока, а я пока прикажу приготовить гостевые покои, — сказал Вилли, указав нам на стулья.

— Вот только этого не нужно, — усмехнулся я. — Я заглянул буквально на несколько минут, чтобы прояснить один небольшой вопрос.

— Но может быть, хотя бы отдохнешь с дороги? — спросил король. — Или ты сюда добирался с помощью портала?

— Увы, до этого в обучении я дойти не успел, поэтому воспользовался преимуществами кровного родства. Так что поясняю, если еще не понятно — мое тело сейчас находится в Академии, а видеть и слышать меня могут только родственники.

Я сделал пару шагов и махнул рукой над стулом. Моя конечность прошла сквозь спинку, не встретив никакого сопротивления.

— А как же… — начал Виллианерд, но я перебил его:

— Я также могу осуществлять на родичей небольшое физическое воздействие, поэтому обниматься, пожимать руку и дергать за уши для меня — не проблема. А ты что, совсем ничего не знаешь о свойствах кровного родства? Вроде бы эльфы в этом вопросе — самые информированные. Отец хмыкнул и пробормотал:

— Видимо, эти занятия во время моего обучения я умудрился прогулять…

— Но ты же маг, разве не видишь, что у меня нет ауры? — уточнил я.

— Так ведь в том-то и дело, что аура у тебя присутствует, — задумчиво сказал Вилли. — Не такая яркая, как мне описывал Квазиленд, но довольно насыщенная и легко различимая.

— Серьезно? — удивился я и машинально почесал затылок. — Но тогда, если в моем нынешнем состоянии я умудряюсь захватывать с собой немного энергии, которая формирует ауру, то почему у меня не получается создать ни одного плетения?

Попробовав сформировать светляк, я снова убедился, что это мне не по силам. Но тогда почему Вилли видит мою ауру? Или это не аура вовсе, а всего лишь зрительный образ, который предоставляет ему кровь? Ведь если мне передается информация от ощущений моих родственников, то им должна транслироваться моя, а я ведь в данный момент играю роль обычного одаренного, хотя при этом нахожусь в своем первоначальном теле. В этом я быстро убедился, ощупав длинные уши. Тогда получается, что если я несколько месяцев побуду человеком, подсознание полностью адаптируется и будет передавать родственникам образ моего нового тела?

Нет, хватит гадать! У меня сейчас другие заботы, нежели выяснение всех свойств кровной связи!

— Ладно, с этим разберемся потом, а пока меня больше волнует один важный вопрос — моя скорая женитьба. До меня дошли слухи, что она неумолимо приближается, вот только я почему-то совершенно этого не ощущаю. Не объяснишь, как такое возможно, а то у меня уже появляются странные мысли, что в скором времени я вообще обзаведусь женой, которую ни разу в глаза не видел. А если потом еще и дети пойдут… подтвердив факт чуда, которое называется непорочным зачатием? Вилли понял, что я начинаю злиться, и обратился к брату с Алисой:

— Вы не могли бы нас ненадолго оставить одних?

Ваз с готовностью кивнул и подхватил ладошку жены, но вот гномка считала иначе. Она ловко вырвала свою руку и заявила:

— Ну уж нет!

После этого Аля нахально оккупировала один из стульев и с ожиданием уставилась на нас. Покачав головой, король предпринял еще одну попытку:

— Алисана, тебе не кажется, что это слегка бестактно?

— Кажется, — спокойно подтвердила гномка, продолжая внимательно на нас смотреть.

— Брось, папа, — улыбнулся я, слегка растеряв свой запал. — Тебе ее не прогнать, так что давай начистоту — что ты задумал в отношении меня, и почему я узнаю об этом последним?

Король вздохнул, а потом присел на соседний стул. Ваз, поглядев на такое дело, также решил, что в ногах правды нет, и примостился рядом с женой.

— Как хоть ее имя? — решил я помочь отцу, видя, что тот не горит желанием исповедовать.

— Лакрийя, — ответил Вилли.

— Эта стерва! — воскликнула Алисана. — Да Алекс ее просто прирежет после первой же брачной ночи! А может быть, даже во время!

— Что, неужели все так плохо? — удивился я.

— Ты просто не представляешь! — подтвердила сестра. — Надменна, заносчива, высокомерна, нахальна, хвастлива, обладает склочным характером, обожает обливать собеседников грязью, любит устраивать мелкие пакости и быть всегда в центре внимания, уверена, что весь мир должен броситься к ее ногам, чтобы она всласть на нем потопталась…

Поняв, что поток весьма летных эпитетов никак не кончается, я перебил Алю:

— И она еще жива? Интересно, почему? Хорошая магичка?

— Нет, дочка главы самого влиятельного эльфийского рода. Разумеется, после королевского, — пояснил Вилли, а потом изложил всю подноготную событий, которые происходили в Фантаре в последние полгода.

Оказывается, пока я пахал как папа Карло в Подгорном королевстве, а потом усиленными темпами постигал магию ушастых, у эльфов разразилась новая склока в рядах знати. Все это произошло потому, что не всем была выгодна политика равенства и братства, которую проповедовал Новый Союз. Нет, они выступали за то, чтобы торговать с остальными землями, входящими в состав нового образования, но резко отрицательно высказывались о моих идеях помочь альтарам с магами, усилить пограничье Мардинана опытными эльфийскими стражами. Говорили, что Фантар всегда был самодостаточным, поэтому нечего лезть в другие земли, а еще хуже — оказывать помощь возможным конкурентам. И никакие доводы о том, что при нападении Империи эльфы сами не выстоят, не помогали.