Адель
Шрифт:
За счастье мальчика молилась,
Желая славную судьбу.
Такое доброе соседство
Двух однокомнатных квартир,
Которое он помнил с детства,
Пятиэтажный дом ютил.
IV.
Встряхнув уставшие оковы,
Вернулась вскоре мать со школы.
В объятьях самой нежной встречи
Он поцелует ее плечи.
Вы знаете, чем пахнет мама?
Сей аромат – блаженства гамма:
Мать пахнет свежим мягким хлебом,
Порывистым над полем ветром.
Парным мать пахнет молоком,
Дождем весенним за окном.
Мать пахнет первою слезой,
Пролитой в схватке родовой.
Бессонными ночами пахнет,
Молитвой шепотом в устах.
Душа пусть матери не чахнет,
Не блекнет свет в ее глазах.
Я ноги матери целую!
Намеренно и невзначай.
И ни за что бы на другую
Не променял. Читатель, знай!
И в суете мирской и бренной,
Ты об одном не забывай:
Делюсь я тайной сокровенной,
Что Мать – и есть земное «Рай».
V.
В родных стенах в вечерний час,
За ужином на этот раз,
Сын был пытлив, обеспокоен
И чуть воинственно настроен
По отношению к упрямству,
Что проявляла мать подчас.
Поддавшись странному контрасту,
Под видом фракционных фраз,
Сменить пытаясь резко тему,
Она извечную проблему
Пыталась вновь маскировать:
Она здорова – ей ль не знать!
Характер пустяка придать
Спешила видом всем недугу.
Просила сына подождать
И оказать ей тем услугу.
Дождаться отпуска велела,
Да успокоить тем сумела
Родное чадо, слово дав,
Что вместо всяк лечебных трав,
Ответом на его мольбу,
Она поедет с ним в Москву;
Обследуется у врачей,
Утешить сына чтоб скорей.
VI.
Я сам учительствовал прежде;
Давно бывал я в шкуре той.
Тогда я молод был. Надежде
Всяк верен и гоним мечтой –
Свет знания нести собой
В род под названием людской.
Пытался я свободу сеять
В умы младые с ранних лет.
Я смел иллюзию лелеять!
Но во главу у многих бед
С грудным те молоком впитали
Неисправимые детали,
Нюансы, характерные стадам:
Быть преданными господам.
Безропотными и немыми,
Те, не желая слыть иными,
Паслись на выжженной земле,
Купаясь в мракобесной мгле.
Я только время потерял,
(А Саша ведь предупреждал)
И сам таким же чуть не стал,
Но, благо, вовремя удрал.
Старик бы Уинстон тут сказал,
Что парень сердцем обладал!
Но под тирадой лет и дум
Я приобрел еще и ум.
Свободу сеять я не стану!
Я пастухам слагал бы оды.
Я им желать не перестану –
Быть в здравии часы и годы!
И пусть те мирные народы,
Влюбленные в свое ярмо,
Коль оказались сей породы –
Стригутся быстро и легко!
Раз это столь для них желанно,
Раз это столь для них любимо,
Раз процедура долгожданна,
Их счастью не мешая, мимо
Я аккуратненько пройду.
Зачем же рушить их мечту?…
VII.
Ремарка здесь к чему уместна?
Уж коль признать, то нужно честно
Нам констатировать тот факт,
Что труд учителя никак
Не связан с месяцами года.
В столицах, может быть, погода
Им отдыхать благоволит,
Но в целом, по стране, велит:
Являться строго на работу,
Будь то июньская суббота,
Будь то июльская среда,
И даже в августе всегда
Найдется что им делать в школе,