Чтение онлайн

Да и пофиг, главное, что инфаркта или чего похуже не случилось. Из аэропортов для пересадки мне больше всего подходил Стамбул. Есть некоторая надежда, что там досмотр не такой агрессивный, как в Европе, да и географически ближе всего к дому. Да даже если бдительность персонала везде одинаковая – логистика через Турцию для меня сейчас всё равно самая оптимальная. Проторчав двое суток в гостинице, я дождался нужного момента и свалил в аэропорт Нуакшота. Там благополучно пропустил регистрацию, занял последнее место в очереди на посадку и отвёл глаза стюардессе, искренне поверившей, что она только что проверяла мои паспорт и билет. Свободные места в самолёте были, поэтому я совершенно спокойно отсидел положенные восемь часов, после чего повторил процедуру уже в Стамбуле. Несколько часов ожидания – и ещё один рейс, уже в Столицу. Затем – двое суток на попутках и вот я в родной деревне. Очень просто. Даже слишком – если в Мавритании меня откровенно трусило до самого момента взлёта, то последние несколько воздействий я произвёл уже на полном автомате. Расход маны – меньше 10% от имеющегося, восстановление – около нуля.

И не то, чтобы магической энергии здесь не было – есть она. Без неё существовать ничего в принципе не сможет. Другое дело, что как будто какой-то пылесос тут же вытягивает все излишки, не оставляя ни шанса на появление или тем более развитие природных магов.

Родной двор, родной дом. Собаки – пара простых дворовых шавок – как всегда услышали меня ещё за сотню метров, начав неуверенно лаять и махать хвостами. А ведь я под скрытом, пусть и лёгким визуальным – чтобы всякие двуногие на меня внимания не обращали. Спокойно открыл калитку, как тысячи раз до этого, прошёл к дому.

Не стал церемониться – толкнул дверь и вошёл. Гостиная, она же «зал» встретила привычным запахом свежесваренного кофе, стирального порошка и какой-то непередаваемой смеси уютного бардака. Телевизор бубнил в углу, но она на него даже не смотрела – сидела за столом, бездумно водя ложечкой по дну кружки. Наверное, разбавила сахаром до состояния сиропа и теперь зависла, не зная, что делать дальше.

Она сильно изменилась за это время. Осунулась, морщин на лице прибавилось, волосы стали с заметной проседью, хотя ещё совсем недавно я помнил их тёмными и густыми. Глаза – уставшие, тревожные, с глубоко спрятанной болью. Не такие, как раньше. Раньше в них всегда светилась уверенность, даже в самые трудные времена. Теперь же они выглядели так, будто она давно уже перестала ждать хороших новостей.

Поначалу меня даже не заметила. Или точнее, не восприняла. Глаза скользнули по мне, как по пустому месту, но через пару секунд её сознание догнало картинку, и она выронила ложку. Металл со звоном упал на пол, а я успел подхватить кружку, не дав кофе растечься по столу.

– Я дома.

Негромко и спокойно – как будто не пропал без вести на пару земных лет, а за хлебушком выходил.

Она открыла рот, закрыла. Открыла снова. Брови дёрнулись вверх, потом хмуро сдвинулись. Глаза метались по мне, словно ища подвох, как будто мозг никак не мог принять увиденное. И тут её повело. В буквальном смысле – если бы не подхватил, рухнула бы прямо на пол.

– Тихо, спокойно, дыши, – начал бубнить я, направляя в неё чуть-чуть энергии – для начала. Только чтобы сердце не вышибло из-за перегруза, чтобы паника не ударила по организму, чтобы мозг не решил уйти в нокаут.

– Ты… ты…

– Я, я. Всё в порядке. Я настоящий. Ты не сходишь с ума.

Обнял её крепко. Почувствовал, как под пальцами дрожит её спина, как беспомощно она вцепилась в меня, словно боялась, что я опять исчезну. Сердце колотится, как бешеное, но постепенно замедляется. Я усилил эффект, чуть глубже погружая её в спокойствие, и она расслабилась, наконец отстранившись.

– Где ты был? – прошептала она.

– Эм... В другом мире. Магия, порталы, все дела…

Прямо и в лоб – ну, а чего тянуть? И тонну Силы в слова и её ауру. Чтобы сразу убрать любое недоверие или удивление. Да, потом наверняка прилетит, когда научится подобное определять, но до этого «потом» сначала дожить надо, а не слечь с инфарктом.

Она уставилась на меня. Оценила лицо, одежду, манеру говорить – всё ещё в поисках подвоха. Затем покачала головой, будто отгоняя дурные мысли. Я же снова аккуратно влил в неё Силу – жонглируя заклинаниями из магии разума, как мячиками. Не умею я разного рода тяжёлые разговоры вести, не моё это…

– Я пропал, но не умер. Не мог вернуться. Теперь могу. И могу забрать тебя с собой.

Она медленно села обратно. Дотронулась до стола, как будто проверяя, реален ли он. Посмотрела на меня, и в глазах мелькнуло что-то похожее на принятие.

– Как?

– Есть портал. Далеко отсюда. Доберёмся туда, а дальше уже… другой мир, другая жизнь.

Да, с точки зрения психически здорового человека, я несу бред. Но! Магия, вливаемая сейчас в её сознание широким потоком, позволяет и не такое творить. А задерживаться на Земле, тратя время сначала на легенду, потом на правду, потом на уговоры… У меня и без этого забот хватает. Заберу на Бор, приведу в порядок – и будь, что будет.

Ей явно хотелось спросить ещё миллион вещей. Но интуиция подсказывала, что, как ни странно, я говорю правду. Угу. Конечно. Интуиция. А ещё материнское чутьё и шестое чувство. И количество маны, равное всему, что я уже использовал по пути сюда – на десятке-другом людей-человеков.

Мама сглотнула и кивнула.

– Что мне надо взять?

– Себя. Всё остальное добудем там.

…

Да-а-а... Себя, как же. Оптимист херов.

Сборы заняли двое суток, причём всё время я почти не отходил от компьютера. Имея доступ в интернет, не накачать как можно больше справочников и учебников было бы настоящим преступлением. Физика, химия, материаловедение, математика… Магия атлантов полностью построена на понимании законов природы, но часть этих знаний безвозвратно утеряна, а часть, вполне возможно, не была развита так сильно, как на Земле. А уж как это всё достать из ноутбука и перенести на тальтахорские носители – на месте разберусь.

После пары часов первоначального обсуждения, мама не задавала лишних вопросов. В первую очередь благодаря магии разума, которой я пользовался, практически не ограничивая себя. Да, как уже было озвучено, потом мне наверняка влетит, зато сейчас нет нужды придумывать какие-то легенды или тратить время на уговоры. Уходя, отключила воду, выдернула из розетки технику, взяла сумку с документами – в том числе моими, захваченными с квартиры. Я лишь посмеялся, глядя как она дрожащими руками складывала в рюкзак пачки с долларами – банкам мама никогда особо не доверяла, поэтому сняла всё, до чего смогла дотянуться, в том числе и с моих счетов. Боже, такую сумму в деревенском доме хранить!.. Не стал говорить, что всю эту макулатуру можно просто сжечь – пусть берёт. Ей сейчас нужно чем-то привычным себя занять, а сборы в дорогу – вещь вполне себе обыденная. Покачал головой в ответ на «А там есть интернет»? Мама у меня учитель истории и библиотекарь – сколько себя помню, в доме всегда не хватало места из-за многочисленных книг и справочников. При этом каждый раз, когда отец заводил речь насчёт «будем этой макулатурой печку топить», в её глазах начинало разгораться пугающее в своей кровожадности пламя. Думаю, в Эльхорне ей найдётся, чем себя занять…

Перед уходом заглянули к соседке – старушке, которая ещё меня нянчить помогала. Я аккуратно, но в то же время как можно глубже вложил ей идею заботиться о своём внезапно выросшем хозяйстве – добавилось два десятка кур, пара собак да кошка. И, внутренне посмеиваясь, вложил в трясущиеся руки пачку валюты, внушив рассказать о моей просьбе и деньгах своему сыну – дядька там правильный, фигню не сотворит.

Дорога была долгой и утомительной – не для меня, для мамы. Сначала поездка на попутках – всё те же молчаливые (благодаря магии) мужики и пара-тройка хрустящих купюр «в благодарность». Сам не знаю, зачем им платил. И зачем раньше – в Мавритании – раздавал блестящие побрякушки. Привычка? Банальное человеческое нежелание промывать людям мозги и иметь «деловые» отношения? Пёс его знает… Потом почти подряд два перелёта – я опять обходил пограничные проверки, делая нас невидимыми для людей и надеясь, что на записи из камер никто особо внимательно смотреть не будет. Мама молчала почти всю дорогу, лишь изредка сжимая мою руку, словно проверяя, что я не исчезну. Я поддерживал её состояние, аккуратно сглаживая тревогу, убирая усталость, давая её телу силы двигаться дальше.