Аберрант. Истоки
Шрифт:
– Я вас слушаю! О кем речь? – Краузе отложил свою письменную рутину.
– Вы помните Блейма Ландвера? – спросил Ортега.
– Знакомая фамилия и имя! Да, отдаленно припоминаю! – наморщил морщинистый лоб Краузе.
– Он учился в Академии восемь лет, а затем повесился! – осторожно пояснил Ортега.
– Ах, да! Точно! Теперь вспомнил! Да, страшная трагедия! А вы то откуда это узнали? – спросил удивленно Краузе.
– А вот! – Ортега отдает ему улики.
Краузе берет документы и тщательно читает.
– Да! Печальная история тогда эта была! Я скажу вот что! Блейм Ландвер был отчаянным и дерзким парнем, любившим жизнь! Вряд ли он сам полез в петлю! – грустно говорит Краузе.
– Есть те, кто мог бы что нибудь про него сказать? – допытывается Ортега.
Краузе задумывается и уходит в аудиторский склад. Затем возвращается с папкой.
– Вот! Здесь номера учеников, с кем учился и дружил Блейм! – он протягивает Ортеге истрепанный документ.
– Благодарю вас! Мастер! – отвешивает поклон Ортега.
– Удачи вам, господин Искариот! Про учебу не забывайте! – говорит он и снова возвращается к письменной рутине.
Ортега вышел в холл довольный. А все таки не такой противный этот Краузе! Нормальный старичок!
И начал он изучать номера друзей Блейма. В итоге номеров сохранившихся оказалось четыре.
Первый Алан Дракос. Набирает номер на пейджере. Номер вне связи! Ладно облом!
Второй Плейт Дварр ( еще один Дварр). Нормального разговора не вышло. На звонок ответил Дед Плейта, который рассказал, что его долбанутый внучара, влез в долги, распродал почти все имущество и в итоге сбросился с крыши их же семейного небоскреба! А он остался с голой жопой, испорченными нервами и кучей неоплаченных счетов.
Третий – Афина Тлань. Здесь тоже была неудача. Ответила ее дочь, сказав что мать попала в аварию несколько лет назад и потеряла память.
Остался последний.
Мэлоун Дормон. Волнительно, Ортега нажал на вызов.
– Да? – раздался мужской спокойный голос.
– Мэлоун Дормон? – на всякий случай спросил Ортега.
– Да, это я! А, с кем имею честь разговаривать? – отозвался голос.
– Я Ортега Искариот! Хочу спросить у вас про Блейма Ландвера! –
– О! Блейми! Он умер давно уже! – тяжело вздохнул голос.
– Я как раз расследую его убийство! – пояснил Ортега.
– Вот как! Что конкретно вы хотите знать? – голос однако оживился.
– Да все угодно! – выпалил Ортега.
– Нужна конкретика, если хотите по настоящему найти истину! Я тоже уверен, что это было убийство! В планах вешаться у Блейми не было! Я то знаю! За три года до смерти он связался с каким то важным богатым аристократом! Не знаю, что за делу у них были, но Блейми был настоящим сексуальным хищником и любителем вдохнуть звездную пыль, правда потом он подсел на морфий! Семья ненавидела Блейми, а тот аристократ купил ему личные апартаменты, книги и вернул в Академию! Этот богач определенно желал добра Блейми. В день смерти, Блейми был вне себя от радости, он с помощью махинаций выбил у семьи все сбережения, закупил множество звездной пыли, психостимуляторов, ящики с лучшей крепкой огненной медовухой и снял комнату в нашем лупанарии аж до самой ночи, развлекаясь с десятком жриц любви! Поздно ночью, за пару часов до трагедии, он позвонил мне и предложил выпить. Я отказался, а он пожелал приятных снов, направился из публичного дома к себе. Он обещал позвонить как доберется, я ждал почти до утра. А затем узнал про его смерть. Если хотите больше об этом узнать, то отправляйтесь в Пролетарский Огонь, в лупанарий "Стальной жезл"! Учитывая что он там часто бывал и одаривал всех, может и вспомнят его жрицы любви! – голос закончил.
– Благодарю! – сказал Ортега.
– Всегда пожалуйста! Звони, если что! – попрощался голос и связь оборвалась.
Вот это поворот! Значит придется посетить публичный дом клана Лютер! Делать нечего, коль хотим докопаться до правды.
Ортега мигом направился в метро.
Проезжая несколько станций, он снова погрузился в размышления, про эти слухи, в которых фигурируют мутанты из секретных правительственных биолабораторий....
Так он и доехал до Пролетарского Огня.
Приехав в знакомый район, Ортега сразу узнает и лавку ювелира и....
Ну конечно! Снова на этом стремном пирсе рыбачил протохват.
<