Чтение онлайн

– Там депутаты волнуются.

– Пусть волнуются, я их не звал. Седой, план разработаешь самый подробнейший. Указать даже место каждого бойца. Мария Петровна, жду списки твоих работников.

– И правда, пора уже покатушки устроить. Болезнь проще предупредить, чем потом восстанавливать людей.

Когда Мария Петровна выходила из здания, депутат бросился к ней со словами:

– Здесь избранники народа сидят и ждут, а ты там с Иваном чаи распиваешь, - и не сдерживаясь, прохрипел. – Шлюха.

Мария Петровна тоже не собиралась сдерживаться. Крепкий маленький кулачок встретился с глазом народного избранника. Глаз народного избранника не выдержал и упал вместе со всем телом любителя правды. После этого Мария Петровна покачала головой, села в машину и укатила, бросив на прощание:

– Осел. Тебе теперь бежать отсюда надо.

В это время к оппозиции вышел Иван:

– Что хотели?

– Свободы! Выборов! Закона! – заорал депутат. – Народного избранника избивают, и все молчат.

– А где здесь народный избранник? –спокойно продолжал Иван. – Ты что ли?

– Да, я.

– А это твой электорат?

Один из толпы поддержал протест:

– Да мы поддерживаем законные требования народного избранника.

– Хорошо, - согласился Иван, - будет вам и свобода, и новый электорат. Мы их всех из города привезли?

– Здесь из города и Порт-Катона. Работать не хотят. Только все требуют и требуют. Поганые людишки. Мы бы их прикопали давно, да ты не разрешаешь.

– Ты что, Седой, они же свободы хотят. Взять их, - неожиданно совсем другим тоном сказал Иван.
– Отвезти в город, откуда привезли, и оставить там. Они хотели свободу, мы им ее предоставим.

– Оружие давать?

– Нет. У них слово – оружие. Вот пусть мутантам и проповедуют.

– Так их там сожрут сразу.

– За свободу надо бороться. И мы предоставим им эту возможность.

Тут же выскочили вооруженные люди, подогнали грузовик с клеткой и загнали туда всю оппозицию.

– Это правильно, я как старый, много поживший еврей, всегда говорил своей Сарочке: «Сара, весь бардак от демократии. Наплодили болтунов, а работать некому». Смотри, Зануда, как правильно с оппозицией поступили, отправили на свободу с чистой совестью. Они тут полдня дурака валяли, а у нас уже банк работать начал, - так говорил старый Шейлок своему новому другу.

Иван пропустил банкира и вошел вместе с ними в здание администрации.

– Хорошо обстановку подобрали. Правильно. И не надо себя ругать, что людей на смерть отправил. Я его еще по городу знаю. Если бы его к власти допустили, то всем бы нам новое место для жизни искать пришлось. Что касается эконмического устройства, то государственный капитализм. Никакого дикого рынка допустить нельзя. Иначе много умных и талантливых людей потерям. Меня, например. Какой из меня сейчас боец?! Сожрали бы меня, я бы и охнуть не успел. А сейчас мы экономическую жизнь наладим. У меня для Вас много сюрпризов есть. И друг-враг не обратился. И на него у меня план есть. Я тут с молодым человеком общаюсь. Он мне всё рассказывает. Очень способный молодой человек. Вы ко мне заходите на днях. Я вам свой банк покажу. Мы его откроем скоро. Особенно депозитарий.

Вечером Седой уже показал Ивану план вывоза женщин на природу.

– Может, что полегче им предложить. А то баб заставим таскать кирпичи.

– Нельзя, Седой, нельзя. Стикс требует, чтобы мы на грани фола жили. Мне вообще кажется, что Улей над нами какой-то эксперимент затеял.

– Ты тоже Стикс обожествляешь?

– Не совсем так. Мне кажется, нам жизнь дана, пока мы интересны Стиксу.

– А мораль?

– Для вечности мораль трудно найти. Взгляды у Стикса не человеческие.

– А что нам остается?

– Жить… Наш проект не завершен. Стикс не угрожает нам пока ничем. Даже плюшки побрасывает. Я и сам иногда думаю, что из нашей затеи выйдет?

– Почему ты думаешь, что Улей нам помогает?

– Нам самим интересно жить, строить, в рейды ходить. Как только интерес исчезнет, как только наша энергия будет уходить в песок, Стикс сметёт нас, как шахматные фигуры с доски.

Иван шёл домой. Его ждала жена. Его ждал завтра трудный день. И он тоже ждал новых вызовов и хотел продолжать бороться за свою жизнь и за жизнь близких ему людей. Жизнь продолжалась даже на Стиксе.

Ведь у них впереди целая вечность…