Шрифт:
Саша не должен был родиться. Ира всячески пыталась избавиться от него, но, как сказал врач, он «прицепился» намертво и не желает выходить. Саша дал о себе знать на позднем сроке, когда аборт делать было уже поздно. Ира заметила, что ее тянет на солененькое, целыми днями клонит в сон, появилась плаксивость, раздражение на старших детей и мужа, которому нет дела до своей семьи. Матвей приходил домой поздно, ложился на диван и почти каждый день потягивал пиво. Домашние дела его не интересовали, как живут дети – тоже, а жена… Ну что жена? Поесть приготовлено, рубашки-носки постираны, выглажены, в квартире чисто, уютно. Что еще надо для спокойной жизни?
Посетив гинеколога, Ира вышла из кабинета в плохом настроении. Куда третьего рожать? Кому? Мужу? Да ему плевать на двоих первых сыновей, зачем ему еще один? Ира не готова возиться с пеленками и слышать бесконечный ночной ор.
– Что с вами? Вам плохо? – врач вышла следом, потому что это был последний посетитель.
– Нет, – Ира стояла, как столб, и думала, что делать дальше.
– Присядьте, – взяв потерянную женщину за руку, доктор усадила ее на стул. – Хотите воды?
– Я хочу избавиться от него, – голос Иры был глухим, будто она говорила, прикрыв рот вязанным шарфом.
– От кого? Ребенка? Да вы с ума сошли, – возмущенная врач села рядом. – Как можно избавляться от живого существа? Другие забеременеть не могут, слезы льют, по врачам и бабкам бегают, а вам так повезло…
– Не повезло. – Ирина смотрела себе под ноги и готовилась разрыдаться. – Этот ребенок никому не нужен. Я уже стара для третьих родов.
– У вас вполне подходящий возраст. Не придумывайте. Если он у вас появился, значит, ему суждено родиться.
– Помогите, – закрыв лицо руками, Ира все-таки заплакала. – Пожалуйста, помогите.
– Одумайтесь. Срок большой. Как это повлияет на ваше здоровье, если уж не хотите думать о НЕМ?
– Я не хочу этого ребенка. Понимаете? У меня уже есть двое.
– А муж? Что об этом думает ваш муж?
– Он? – вытерев ладонями лицо, Ира уставилась на врача. – Он пока не знает. Но я уверена, что будет против.
– Поговорите с вашим мужем, возможно, он обрадуется.
– Не обрадуется. Ему плевать на нас. А еще… – Ира сглотнула и с жалким видом взглянула на врача, будто это она во всем виновата. – У него есть другая женщина.
– Вы уверены? Мне кажется, это гормоны у вас играют. Беременным многое чудится.
– Уверена. Не уговаривайте меня, пожалуйста. Помогите. Вы же врач. Вы обязаны…
Женщина в белом халате тяжело вздохнула, попросила посидеть пару минут, пока она отлучится. Ире моментально стало легче, когда доктор дала надежду на избавление.
Через два дня утром Ирина приехала в отделение женской гинекологии с пакетом, в котором лежали тапочки, сменное белье и халат. Ее положили в пятиместную палату, взяли кровь на анализ, мочу и поставили капельницу. Ирина знала, что эта капельница должна исполнить ее единственное на данный момент желание – вызвать выкидыш. Но в первый день ничего не произошло. Она ничего не почувствовала: ни болей внизу живота, ни слабости.
– А когда должно… – начался обход, и Ирина сразу задала первый вопрос лечащему врачу.
– Точных сроков не могу дать. Может, завтра, а может и ночью.
И Ира начала ждать. Она просыпалась ночью от легкого покалывания в животе и сразу дотрагивалась до трусов в надежде, что увидит на пальцах кровь. Но, увы. Пусто. Наступил второй день «лечения». Но и он не принес должных результатов. Потом третий, четвертый… Ирина уже отчаялась, что сможет освободить свое тело от нежелательной беременности. Потом были уколы, но и они не спровоцировали избавление от бремени. Иру выписали из клиники со сроком шестнадцать недель. Она приехала домой. В квартире был полный бедлам. За последние десять дней мальчишки и муж не пылесосили пол, не мыли посуду и не выносили мусор. Насмотревшись на грязь, Ира устроила сыновьям скандал и заставила навести порядок.
– Чем вы питались? – намыливая губку, женщина тряслась от злости. – Отец вам не готовил?
– Нет, – пятилетний Илья пришел к маме, чтобы пожаловаться на старшего брата Андрея. – Бабушка приходила, приносила суп и кашу.
– А папка, что делал? – повернувшись к сыну, Ирина нахмурила тонко выщипанные брови.
– А он дома не ночевал.
Ира предчувствовала, что именно так и будет, не впервой Матвей бросает детей в квартире и сваливает на всю ночь. Он так уже делал, когда Ирина была в роддоме и рожала Илью.
– Та-ак, – бросив губку в раковину, женщина рванула к старшему сыну. – Андрей! Сколько раз отец не ночевал дома?
Андрей сидел за столом и собирал кран из металлического конструктора. Крик матери заставил его содрогнуться.
– Не знаю.
– Как не знаешь? Ты что, спал и не слышал, как папка уходил?
– Не-ет, – переведя сощуренный взор на младшего брата, Андрей еле сдержался, чтобы не показать ему кулак. Отец учил не предавать родных, а Илья проговорился.
Илья, ощутив угрозу, спрятался за матерью. Он был ближе к маме, чем к отцу, поэтому не стал скрывать правду. Маленький еще, и много не понимает.
– Прикрываешь? Отца прикрываешь? – Ира подскочила к Андрюшке и с силой схватила за локоть.
Мальчик скривился от боли.
– Сколько раз отец не ночевал дома? – захрипела взбешенная мать, приподнимая мальчика со стула. – Говори.
– Мне больно, – всхлипнул Андрей, пустив пару слезинок.
– Сколько?
– Я не считал.
– Я тебе руку оторву, если не скажешь, – Ирина вскипела на ребенка, не соображая, что он не виноват в поведении папы.
– Его два раза не было, а может – три.
– Ясно, – отпустив ребенка, Ира вернулась в кухню.
Осталось несколько часов, и Матвей приедет с работы. Ира не знала, куда себя деть. Посуда не моется, надо бы порядок в комнатах навести, но не до этого. Сейчас бы вошел Матвей, заговорил, а Ира как ударила по лицу и высказалась, собрала вещи и выгнала к той, к кому он бегает делиться любовью. Но она этого не сделает. Матвей нужен ей, как воздух, как глоток воды. Он – первый и единственный мужчина в ее жизни, которого она полюбила с первого взгляда и не готова отпускать.