Чтение онлайн

Я положил руку на траву, рядом с ружьем. Оно еще помнило меня, я чувствовал это. Принесенный мне девушкой блок для снайперской винтовки был не просто хорошим прицелом, это был псевдо интеллект. Он учитывал перед выстрелом такие параметры как скорость вращения планеты и притяжение спутников. О десятках простейших факторов, таких как ветер, температура или влажность, можно было даже не говорить.

Подсоединить прицел было не сложно, сложно было договориться. Мне удалось доказать псевдо интеллекту что неминуемое уничтожение в результате разборки на мелкие составляющие в агрегате не лучшее будущее. Проведя в гравитационных захватах механизма почти полчаса, оно согласилось со мной. Уступкой, на которую я пошел было то, что ружье, на которое я его установил, будет иногда убивать людей.

«— Киборги тоже воюют с киборгами. В их смерти нет для меня ничего предосудительного», — примерно так обосновал он свое согласие на ведение войны против своих в конце диалога.

Побочным действием от использования прицела стало то, что солдаты погибавшие от выстрелов Шельмы теряли очки опыта, как если бы их убил киборг. За это ее стали бояться еще больше, а девушка лишь весело смеялась.

Я прислушался к снайперскому ружью, оно тосковало по своей хозяйке. После модификации, псевдо интеллектуальный блок прицела и ружье стали единым целым.

«— Хочешь отомстить?»- предложил я.

Меня обдало чувством ярости и нетерпения. Я осторожно взял его за цевье. В чужих руках ружье никогда бы не выстрелило. Но я кажется смог договориться.

На поле выскочил гравицикл. Солдат управлявший им не скрывался, привстав с сиденья, он осмотрел разбросанные по земле тела.

«— Вот и транспорт», — решил я.

Чтобы догнать отряд в котором был солдат пятого уровня, моей скорости бега могло не хватить.

Я сидел на валуне, свесив ноги вниз. На моих коленях лежало снайперское ружье Шельмы. Капюшон скрывал мое лицо, но идущий в передовом дозоре Вепрей солдат меня узнал.

Уперев в землю одно колено, он настороженно осматривался, водя оружием из стороны в сторону. Меня здесь не должно было быть. Любая неясность могла являться признаком засады или ловушки. За его спиной отряды заканчивали перестроение, готовые отразить нападение с любой стороны. Выжившие в западне, солдаты еще не успокоили свои нервы и были на взводе.

На это и был мой расчет.

— Илюшенька! Илюшенька! — повернув раструб своего капюшона, словно «смерть» крикнул я в сторону бойцов: — Почему Шельма мертва а ты все еще жив?

— Что же ты Илюшенька молчишь? — огладив цевье ружья, я положил его опять на колени: — Где ты был когда ее резали ножом? Прятался за чужие спины, так же как делаешь это сейчас?

— А-а-а! — с криком кинулся ко мне солдат.

— Почему ты бросил ее Илюшенька? У тебя такие крепкие руки, но зачем тебе сила? Ты не мог нести ее тело?

Он был огромен и страшен со своим перекошенным от ярости и горя лицом.

— Она верила тебе! Верила! Верила что ты сможешь ее защитить…

— А-а-а! — раскидывая своих товарищей, он приближался ко мне как ледокол, огромный и неотвратимый.

Я достал пистолет. Профессиональный солдат остается профессионалом в любом состоянии. Укутавшись энергетическими щитами, он сокращал оставшиеся между нами метры. Сдвоенный выстрел прозвучал почти как один. Первым я снес щит с ноги, на которую должен был вот-вот перенести свой вес здоровяк, вторым я прострелил ногу, ставшую опорной. Почти двести килограмм массы упало на землю. Амуниция и оружие добавляли к немалому весу органики свои десятки килограмм.

— А-а-а! — попытался встать Илья.

Еще несколько выстрелов погасили оставшиеся щиты и окончательно обездвижили тело.

— У-у-у! — в отчаянии завыл он.

Ошарашенные видом гаснущих один за одним энергетических щитов при стрельбе от простого пистолета, солдаты чуть замешкались и не стали открывать ответный огонь сразу. Увидев что их товарищ жив, они смотрели на командира, ожидая приказ.

Бросив предупредительный взгляд на Витра, я соскочил с валуна. Прислонив ружье к камню, присел над парнем. Моих способностей медицины было не достаточно, чтобы справиться с душевнобольным. Но Илья им не был, он просто немного вышел из себя.

Кончик ботинка коснулся его руки, нанонитам этого было достаточно, сняли напряжение, подлечили раны и ввели в состояние легкого гипноза.

В моих пальцах было колечко, простенькое, свитое кое-как из проволочки, колечко. Илья заворожено смотрел за тем, как я перекатываю его между пальцами.

— Значит это правда? — переведя взгляд на мое лицо, он спросил уже тверже: — Правда что она была с тобой?

— Она решила уйти к тебе, и не мне и не тебе обсуждать ее решение, — сказал я продолжая смотреть на проволочку в руках: — Ее убили в спину, ножом, ее и второй номер, кто-то из ваших.

Мои слова разлетелись в тишине над тропой, бойцы заволновались.

— У нас нет возможности вернуться и проверить твои слова, — Витр был категоричен.

— Ее тело, как и тело Светы здесь, за поворотом, — сказал я, поднявшись оглядел солдат и добавил: — а их убийца, он среди вас.

— Ты очень торопился Алик и не вытер лезвия от крови, — повернувшись туда где стоял солдат я добавил: — Или ты забыл, что они станут чистыми только через сутки?

Илья был на удивление быстр, единым движением он оказался на ногах. Но решивший спастись бегством солдат был быстрее. Через долю секунды он скрылся из вида, оставив после себя лишь качающиеся ветви кустов.

— Догнать, — скомандовал Витр, отреагировав на вопросительный взгляд Поликарпыча.

В снаряженную погоню Илью не взяли. Он был мощным и сильным, но в охоте были нужны быстрые и выносливые. Пятеро солдат скрылись в кустах, идя по следу предателя. Среди них был один с имплантантом радара, вероятность поимки была сто процентов.

Завернув ружье в одеяло, я протянул его командиру.

— Ее убили из-за этого, достигшим пятого ранга совсем не хочется набирать очки опыта еще раз, — подумав я добавил: — Если даже солдат погиб, это оружие надо забрать с поля. Второго такого нет. И я разочарован, что ты сам этого не понял.