Чтение онлайн

– Опустите якорь! – скомандовал капитан.

– Что? Разве мы не хотели дать отпор? – с недоумением воскликнул один из моряков.

– И дадим. Но если мы откроем огонь, они сделают то же самое. Обстреляют правый борт, снесут мачты, и часть экипажа погибнет ещё до того, как они ступят на борт нашего корабля. Даже если нам чудом удастся одолеть их, «Асфоделус» едва ли будет в состоянии продолжать путь, - разъяснял Клемин. – Вместо этого мы обманем их. Спустим флаг. Пусть думают, что мы сдаёмся. Им нет смысла топить наш корабль, на котором может быть что-то ценное. Они возьмут его на абордаж. Вот тогда мы и нападём.

– Но тогда они всё равно откроют по нам огонь. Стоит им обнаружить, что мы их дурачим, как обмен ядрами начнётся сам собой, - вставил Кристофер.

– Не совсем так, господин Цхинлтрер. Для абордажа они подведут своё судно почти вплотную к нашему. В таком случае и их корабль пострадает, если им вздумается попалить из пушек. Гораздо проще перебить нас своими силами, как им может показаться.

– Резонно, - Лейцер одобрительно оскалился. – Стоит попробовать, прежде чем начать дырявить корабли.

Моряки не нашли, что возразить, да и едва ли собирались искать. Якорь царапнул дно, а королевский флаг был наспех спущен с флагштока и свёрнут в комок. На палубе воцарилось молчание, и только испуганные и напряжённые взгляды передавались от человека к человеку.

Пираты, очевидно, поняли внушаемое им намерение на «Асфоделусе», потому что судно внезапно сбавило скорость и поплыло как-то ленивее. Кристофер с растущим презрением наблюдал, как разбойники весело обменивались кличем, радуясь лёгкой добыче, а некоторые моряки на «Асфоделусе» едва сдерживались, чтобы не броситься к оружиям и не начать атаку. Нервы у всех были на пределе.

Несколько человек подняли руки – жест, говорящий о их беспомощности и покорности. Люди на мирном судне «сдавались». Полетели крюки, впившиеся в борт и выровнявшие два судна. Форштевни оказались на одной линии. Как Кристофер и подумал, пираты тоже плавали на бриге. Он был более потрёпанным и каким-то облезлым, точно пёс, давно скитавшийся по грязным улицам в поисках лучшей доли.

Пираты превосходили экипаж «Асфоделуса» по численности, однако, как мог бы сказать Лейцер, им не хватало одного важного достоинства – качества. Это особенно бросилось в глаза после первого же выстрела. Разбойники растерялись и заметались на месте, дав морякам время для стремительного и яростного нападения. Нельзя сказать, что пираты были совсем уж плохи: опомнившись, они похватались за оружие и со злобой и обидой бросились в атаку. Но, как потом вспоминал Кристофер, в их действиях не было той слаженности, что отличала экипаж «Асфоделуса».

От выстрелов и лязга мечей заложило уши. Кто-то бросился к молодому парню с левого бока, и тот едва успел парировать атаку. Кристофер никогда не был мастером фехтования, но кое-какие уроки в юношестве получил. Насевший на него пират дрался без профессионализма, но с напором и рьяностью. Кристофер едва успевал отбиваться и уворачиваться. Трижды он был близок к тому, чтобы подхватить остриё меча каким-нибудь жизненно важным органом. Спустя пару минут, показавшиеся ему невыносимо долгими, он изловчился и полоснул противника по лицу. Тот завопил от боли и схватился за повреждённый глаз, и в этот момент кто-то всадил ему нож в спину.

Краем глаза Кристофер заметил, что Клемин тоже сражался на мостике. Кто-то из моряков упал замертво, и убийца бросился к капитану, но был свален выстрелом в голову.

– Да вы не только ворчать умеете, оказывается, - скидывая сумбурно мечущегося разбойника за борт, крикнул Кристофер Лейцеру.

– А ты отлично скачешь, кузнечик, - откидывая разряженный пистолет, бросил тот в ответ.

К Лейцеру подскочил разъярённый головорез, но мастер Койер с лёгкостью отклонил его удар, сделал подсечку и, когда противник падал, подставил клинок под брюхо. Его движения были лёгкими и проворными, несмотря на возраст. Он с точностью наносил удары, метя в жизненно важные точки, и наносил только смертельные раны. Кристофер поймал себя на мысли, что мужчина явно не в стычках с пиратами научился такому виртуозному владению мечом. Стоило его поспрашивать об этом.

После этого у Кристофера было ещё двое врагов. Одного он ранил, когда тот открылся после неудачного выпада, а второй внезапно передумал драться с ним и куда-то слинял. В висках бешено стучало, а руки потяжелели, как если бы его мышцы были выщерблены из камня. Вместе с тем ушёл страх, а его место заняло какое-то лихорадочное возбуждение. У парня и раньше были враги, он даже дрался пару раз на дуэлях. Но никогда ещё его не окружала такая неразбериха: кругом носились люди, ругались, кричали, падали, стоная или захлёбываясь кровью. У любого голова могла пойти кругом. Проклятье, да его вообще могли убить! Повезло как-то… в этот раз.

Вскоре численный перевес пиратов перестал быть их преимуществом. Осознав, что они в проигрышной ситуации, негодяи попытались отступить, но их добивали в спину. Некоторые бросили оружие и подняли руки, как это ещё недавно делали члены экипажа. Вот только пираты не притворялись, а действительно готовы были сдаться. Их капитан был убит в самом начале. Окровавленные тела разбойников моряки сбрасывали за борт. Но и экипаж «Асфоделуса» понёс потери, хоть и не такие существенные. Пятеро ребят были заколоты, ещё двое сидели на досках, прижимая руки к ранам. Это серьёзно подкашивало общую трудоспособность команды.

– Шесть человек сдаются на наше помилование, - объявил один из моряков. – И предлагают работать на нас, пока не будут доставлены на сушу для дальнейшего суда или отпущены нами во имя спасения наших собственных душ.

Все взоры обратились к капитану, запыхавшемуся, но готовому продолжать бой, если это потребуется. Кристофер ощутил укол зависти: в похожей ситуации ему бы не хватило ни смелости, ни силы воли.

– Я думаю, - отдышавшись, начал Клемин, - мы могли бы…

– Нет! – резко прервал его Лейцер. – Мы не позволим себе опуститься до такого! Помощь пиратов? Содержание их на нашем корабле? Никогда!

И прежде чем его сын начал спорить, мужчина поравнялся с первым пиратом и порвал ему бок. Истошно завопив, тот скорчился на палубе. Мгновение, и его сосед дёргался на досках, прижимая ладони к распоротому горлу. Третий бедолага в исступлении метнулся в сторону. Моряки в ужасе отшатнулись, а меч с противным чавканьем вошёл в спину беглецу.

Кристофер был прикован ужасающим зрелищем. На остальных членов безжалостная казнь действовала так же гипнотически, и никто не торопился остановить руку мастера Койера. Краем глаза Кристофер заметил стремительное перемещение. Молниеносно Клемин сиганул с выступа и в пять прыжков достиг отца. Он повис на его руке, когда та уже замахивалась над пятой жертвой. Титаническими усилиями (по-другому и не скажешь) капитан заставил Лейцера остановиться.