Чтение онлайн

– И зря – заключил я – В армию сходить надо было. Может там ему мозги вправили бы.

– Скорее всего он бы не вернулся домой. Отец думал также и давно махнул на Вовочку рукой. Вовочка был овощем всего боявшимся. И его папаня знал это и понимал, что в армии его сыночку будет особенно тяжко. Мать его тем временем свела дружбу с таксистом. Да. Отец его устроил в банк к знакомому. Теперь Вовочка очень недурно получал. Не скажу, что зарабатывал, но получал исправно. Жил он по-прежнему в трёхкомнатной квартире деда и бабки. Подаренную квартиру он сдавал, оплачивая кредит за Мерседес. Все деньги он откладывал по совету дедушки и не тратил. Жил за счёт пенсионеров, которые с большим трудом питали двухметрового внука.

– Жесть! Он же в банке работал? Мог бы и помочь старикам. Они же вырастили его.

– Дедушка как старый интеллигент разок отказался, а Вовочка больше и не предлагал. И старики скрепя суставами кормили на свою пенсию начальника кредитного отдела не последнего московского банка. Кстати, Вовочка недолго был в свободном плавании. Его секретарша вскоре оказалась с ним в постели. Жить они стали в квартире стариков благо метраж позволял. Вовочка изредка подкидывал на питание и платил за телефон. Вот и все взносы подруга его жила на полном пансионе ни капли, не стесняясь деда с бабкой. Вскоре бабушка заболела и скоропостижно умерла. Дед сильно сдал и еле передвигался по квартире. Отца Вовочки привлекли за мошенничество в особо крупных и дали семь лет. Мать крутила вовсю с районными бомжами.

– Весёленькое дело. Хотя бы за дедом он ухаживал?

– Да. Он сдал его в дом престарелых. Такой самый простой очень похожий на коровник.

– Хороший мальчик.

– Но вначале дедушка оформил ему дарственную на квартиру. Мало того. Его мама наконец то нагулялась и вернулась после двадцатилетнего загула. Он даже не открыл ей дверь. Сам он стал бриться на лысо отрастил бороду. Сделал замысловатые татуировки на крутых накачанных плечах. Если не знать Вовочку, то издали он казался мега бруталом. В мужской компании его конечно просчитывали на раз, но он старался избегать их. Предпочитал светиться, издали нехотя поводя бицепсом. Через год умер дед. Человек, который практически не дал ему умереть и не попасть в детский дом. За что сам потом угодил тоже в дом только для стариков. За этот год Вовочка не навестил деда ни разу. Мать какое-то время жила в подъездах, но потом исчезла. Кто-то говорил, что она теперь тусует на трёх вокзалах и пользуется большой популярностью. Говорить, что он не поддерживает никакой связи с отцом наверно бессмысленно.

– Как поживает Вовочка сейчас?

– Давай посмотрим. Тем более что это его последний вечер.

Квартира у Вовочки оказался нигде ни будь, а в Лялином переулке в двух километрах от Кремля. Старики заработали её ещё при Хрущёве за достижения на ниве науки. Полностью забитой антиквариатом с высоченными потолками и просто непристойно большой жилой площадью. Теперь здесь обретался Вовочка с подругой. Отношения между ними в последнее время разладились. Причиной тому был конечно же Вовочка. Этот махровый эгоист никак не хотел сделать секретаршу своей законной женой. Он сопротивлялся как мог, выскальзывая из смертельных объятий подруги и той наконец всё надоело. За последний год она уже дважды была «беременной», но толстокожий брутал никак не отреагировал на известие. Сцены, регулярно закатываемые истеричной сожительницей плодов, не приносили. И сегодня она решила напиться в обществе подруг и окончательно решить, что делать с этим тюфяком. Но всё же очень жирным тюфяком.

– Я ухожу – сообщила подруга из прихожей.

– Надолго? – раздалось с дивана в гостиной.

– Навсегда! Ты меня достал.

– Зайка погоди – послышались торопливые шаги – А как же я?

– Как хочешь. С меня хватит. Обслуживать тебя два года и в результате ничего.

– А что ты хочешь? – Вовочка стоял перед зеркалом в прихожей рассматривая свою бороду уложенную в барбершопе.

– Мне уже почти тридцать, и я хочу замуж. Вполне естественное желание.

– Но зайка! Я ещё морально не готов мне всего тридцать три. Я читал что до сорока мужчинам не стоит заводить семью.

– Тогда и дрочи сам себе. Хотя о чём я говорю тебе даже порнуху лень будет включить.

– Ошибаешься. Я вполне и сам могу найти кого-нибудь.

– Кто бы сомневался именно кого-нибудь. Я устала от твоих капризов от твоей беспомощности от твоего эгоизма.

– Ну и вали. Мне тоже надоели твои истерики. Возьму себе другую секретаршу.

– Деточка, а ты разве не знаешь как твоего отца посадили твой стул сильный шатается. Скоро сам в секретарши пойдёшь.

– Кто тебе это сказал?

– Твой начальник, а меня позвал к себе. Выкуси.

– Врёшь ты всё.

– Нет. Ты сам во всём виноват. Твой эгоизм просто зашкаливает. Единственное что у тебя получилось так это отрастить бороду. Зачем ты бреешь голову? У тебя же хорошие волосы. А я скажу тебе почему. Есть такие пауки мимикриды. Они камуфлируют свою тушку под воинственный раскрас распугивая всех подряд. Или хотят казаться опасными, но, по сути, это бородатые дети. Причём вас всё больше. В армию вы не идёте, сопротивляясь изо всех сил. Семью не заводите. Никчёмные. Дровосеки бородатые, одним словом. Слушаете своих мамочек и боитесь высунуть нос на улицу.

– Вон! Пошла вон тварь! – Вовочка разозлился не на шутку в ярости тряся уложенной бородой. Дверь хлопнула, оставив его одного со своим отражением в зеркале. Ну и ладно подумал Вовочка. Найду другую. А что она говорила про шатающийся стул? Молодой человек побежал в комнату за мобильником. Судорожно разыскав в записной книжке нужного абонента, он набрал и на третий гудок на том конце ответили.

– Привет старик! Извини что в выходной беспокою. Ты случайно не знаешь планируются подвижки в отделе?

– Ха! Вот только полчаса назад говорил с твоим боссом. Сам позвонил представляешь?

– Необычно как-то. А что говорил?

– Звал замом к себе. А ваш отдел вроде того…

– Чего того? – в горле запершило.

– Сливают с аналитическим отделом. Уже решено. Объявят в понедельник. И ты похоже не у дел старичок. Мои соболезнования.

– Понятно. Это точно?

– Вроде точно.

– Пока – Не дождавшись ответа Вовочка отключился. Как ни вовремя всё происходит. Подруга ушла. На работе пахнет увольнением, а где найти такую зарплату, да ещё при этом ничего не делая? Связи то остались! Хотя это связи отца. Отец? Сидит уже год. Вовочка даже на суд не пришёл. Адреса колонии тоже нет. Присылали вроде надо посмотреть старую почту на шкафу. А зачем? Писать ему он не собирался всё равно. Дед! И с ним Вовочка обошёлся, по-скотски отвезя на свалку. Оттуда звонили звали на похороны, но он соврал что находится очень далеко и не успеет никак приехать. Мать!? С ней проще. Она бросила его на её счёт Вовочку вообще не терзали укоры совести. Сама хороша. Где она сейчас? Может поискать? Хотя зачем. Жить вместе с ней он не сможет. В банке дадут неплохие отступные. Он и так неплохо проживёт. Если сдавать эту квартиру, то можно безбедно жить в двушке. Девчонки сами найдутся как говорила бабушка. Так чего волноваться? Да пошло оно всё. Прокачусь, пожалуй, подумал Вовочка. А может кого найду на вечер. Решено.

Умеют всё же делать машины. Мерседес плавно тронулся, набирая скорость внушая уверенность мощным мотором и европейским комфортом. Ночная Москва отличается от дневной только тем, что темно и кое-где пробки меньше. Вовочка гнал вон из города. Вначале он рассчитывал погонять по МКАДу. В некоторых местах можно было хорошо разогнаться и не попасться на камеру. Правда таких участков становилось всё меньше. Но потом решил рвануть дальше за город. В автомобиле он чувствовал себя почти героем. Его брутальный профиль неотразимо действовал на девчонок и отбивал охоту выяснять отношения у других участников движения если Вовочка их подрезал. Вести себя как последний козёл в последнее время ему нравилось всё больше. В банке ему посоветовали оформить машину на любого алкаша из глубинки и теперь он мог нарушать что угодно ну конечно не перед носом у ментов. А камеры пусть шлют свои претензии в село Кукуево – Дальнее. Если тот мужик ещё жив, то за границу ему всё равно не светит поехать, а коллекторы вряд ли поедут туда. Да и что там брать? Сарай с тремя стенами.