57 Граней
Шрифт:
— Вау! Это было круто! — чей-то восторженный комментарий.
А Сон идёт вдоль какого-то здания. В стёклах отражается согнутая неудачами девушка, еле поднимающая ноги. Синяя папка-скоросшиватель, свёрнутая в трубочку, торчит из сумки. Крупный план на то, что рукава куртки скрывают кисти, словно одежда не по размеру. Перекрёсток…
… А Сон отшатывается назад. Смотрит на себя. Только что проехавшая машина обрызгала её. Здесь намеренно сделан «наезд» на кроны деревьев, чтобы показать, что на улице холодно, через отсутствие листвы.
«Вот это придётся как-то по другому обыграть» — отметил себе Шин.
Девушка смотрит на себя. На грязные капли. Трогает лицо. И… Вот он, самый мякиш! Вот тут А Сон просто отлично сыграла мимикой. Она сначала будто закаменела лицом. А потом сощурилась. Черты лица обострились. Метаморфоза от унылого лица неудачницы, к злой решительности реально впечатляющая, даже Шин, который уже видел не раз, одобрительно хмыкнул. Пробирает.
И крупный план, как расстёгивается молния. В этот момент вступают барабаны основной мелодии. И слегка грустная мелодия становиться «борьбой».
Синяя папка, вместе с курткой, лежат в мусорной корзине. Один рукав куртки свисает до земли. Ветер отгибает уголок папки и на листе видна фотография. А на заднем плане уходящая девушка.
Первым делом
Я скажу те слова, что жгут меня!
А Сон решительно шагает по улице. И вот она, локация с белыми стенами. Такой фон позволил сделать черты лица резкими, чёткими. Теневой контраст вышел просто великолепным.
Я раздавлена и зла, что всё было, как всегда, о-о-о!
Всё было, как всегда, о-о-о!
Люди оглядываются на легко одетую девушку. На лицах мелькает удивление (кстати, похоже, это реально просто прохожие).
А вот и сцена в магазине. Только А Сон не сразу в том оказалась, где лампу покупать нужно. Сначала девушка посетила тот, где купила чёрную кожаную куртку. Опять же, это уже девушки, сами, придумали такой ход. В сценарии его не было.
Во-вторых,
Мне плевать, кем считаешь ты меня
Кривясь на своё изображение в зеркале, пела девушка.
Этот парус — мой, и я иду в свои моря-а, о-о-о!
Иду в свои моря-а, о-о-о!
А Сон в магазине техники (к сожалению, без куртки. Это же раньше снимали). Берёт светодиодный прожектор. Идёт на выход.
Меня сломало, с юных лет
Но я теперь ищу ответ
Кадры… С Наби. Причём, в том состоянии, в каком она была по приезду в кошивон. Сначала общие планы мелькнули, а потом девушка рассматривает в зеркале своё отражение. Похоже, Наби дала какие-то ролики из прошлой жизни, а потом ей просто что-то под одежду напихали и оператор сделал так, чтобы лицо было не очень в фокусе.
И пишу вот эти строки,
Чтобы дух мне дал совет
Да Сом… В своей комнате. Здесь, в кошивоне. Горит настольная лампа. В круге света на столе блокнот. И слова: «Как мне жить?»…
Как мне жить, как мне петь
В вены насыпая соль
А Сон, с развевающимися волосами, стремительно шагает по улице, напевая строки песни.
А вот и кухня кошивона. При виде этих кадров девушки стали косится на Сору. Которая, чуть смущенно улыбаясь, смотрела на экран.
О, мой бог, ты мне ответь
Как увидеть мне сквозь… Боль!
Сора режет на кухне (причём, вот этой, которая есть сейчас) какие-то овощи. Но как же Чжу Ён ловко поиграла со светом, что создалось полное впечатление, что Сора и… Ю Хи Лим находятся на кухне. И обе чуть не в рабочих комбезах. Словно… Они где-то в тюрьме, по впечатлению, трудятся.
И на слово «боль» Сора дернулась, как будто порезалась. И одновременно россыпь «окошек» с остальными, которые произносят это слово. Наби прижимает кулак к груди. Да Сом сжимает ладонями виски, поставив локти на стол. И А Сон в центре, в самом большом окне. Она и осталась после, на припев.
Дана мне для того, чтоб сделать сильной, я верю!
И зрителя верили. Верили, что А Сон преодолевает. Что идёт… против системы. Иначе, с чего бы так лица посуровели? Тут многие… Борются.
Боль! Разрушила меня, теперь я верю, я верю!
Кулак стучит по груди, затянутой в чёрную кожу…
Бо-о-оль! Пусть пули неудач летят дождё-ом!
Пусть всё, что позади — горит огнём!
Не страшно ничего, теперь я верю, я верю!
Когда А Сон подняла лицо к вечернему небу, клип замер. И в столовой повисла тишина.
— О-о, — чей-то возглас, спустя несколько мгновений.
— А дальше?
Сора смотрела почему-то на Шина. Синхё, которая специально (а как же ещё) села с краю, изучала на лица зрителей. Что же. Пора приступить ко второму акту…
…Сбор информации. Дело нужное, полезное. Необходимое. Поэтому, Шин принялся расспрашивать девушек про их впечатления. Обратная связь, причём немедленная — это же прекрасно! Собственно, для этого всё и затевалось, весь этот предварительный просмотр. У тех, кто делает, может взгляд замылиться. Может ослепить, хе-хе, собственной гениальностью. А Шин ещё не ощущал себя крутым профи, чтобы на собственной чуйке всё сделать, как надо.