30 июня
Шрифт:
Борис почесал лоб, затылок. Подумав, почесал ещё и за ухом. Протянув руку, отцепил нитку, затем нашарил и на ощупь остановил будильник. На чердаке сразу стало тихо — по сравнению с будильником механизм астрогида работал бесшумно.
Студент тяжко вздохнул. Невидимый космический корабль, способный к тому же произвольно менять орбиту, нельзя обнаружить в принципе. Борису оставалось только надеяться. Надеяться на чудо.
В медотсеке, довольно просторном по меркам корабля, собралась вся команда, дабы пройти вакцинацию, без которой высадка на планету была весьма опасной. Отсутствовал только капитан, как всегда, сидевший на посту. Ему прививку поставят отдельно, прямо на рабочем месте.
На столе уже были разложены шприцы, заправленные универсальной вакциной, разработанной Уруммой в рекордные сроки. Такая вакцина всегда изготовляется непосредственно на корабле, с учётом местных условий, причём вакцинации подвергаются и те, кто остаётся на борту — занос местной инфекции не должен стать катастрофой для экипажа.
— Почтеннейшая, симпатичнейшая и добрейшая Урумма! Весь экипаж готов к прививкам.
В нахальном, как обычно, голосе Ухурра на сей раз невольно проскальзывали опасливые нотки — инженер боялся уколов, как это ни стыдно.
Урумма задумчиво рассматривала шприц.
— Кстати, мне помнится, кто-то не так давно обозвал меня попрошайкой…
— Кто? — возопил Ухурр, яростно вращая глазами и хвостом — Дайте мне этого мерзавца, я его порву!
— Не надо, Ухурр — ласково ответила докторша, приближаясь к инженеру — Я сама разберусь. Его участь будет ужасной.
— Только не в попу! — Ухурр в ужасе смотрел на шприц — Такая толстая игла… Урумма, мы же цивилизованные оррки… Вот моё горло, перегрызи — и дело с концом… А?
Экипаж вовсю веселился, наблюдая за бесплатным спектаклем — гигант Вахуу гыгыкал, Ярара и вовсе привалилась к стене, помирая со смеху, и даже Иахрр фыркал, сморщив нос.
— Поворачивайся, котик — ещё более ласково произнесла Урумма — В другой раз будешь думать, прежде чем трепаться.
Ухурр безнадёжно махнул рукой, повернулся и застыл в напряжённой позе, даже уши прижал.
— Не бойся, котик, это быстро… Хвостик, хвостик отодвинь… Не закрывайся, вот так… Ап!
Вынув иглу из дрожащего инженерского тела, докторша спросила совсем уже нежно.
— Понравилось, котик?
— Я должен был это предвидеть… Ещё когда ты потребовала взять кровь у всего стада тех животных… Маниакальная кровожадность и жестокость, как я сразу не понял…
Урумма отошла к столу с разложенными препаратами, расстроенно хлопнула себя руками по бёдрам, крутанула хвостом.
— Я растяпа. Я просто растяпа. Извини, Ухурр.
— В чём дело? — инженер, уже отошедший к стене, освобождая место для следующего претендента, опасливо поводил ушами.
— Это был общеукрепляющий укол, тонизирующий. Капитану, он попросил… Ухурр, мне очень жаль, но процедуру придётся повторить.
— Нет! Командор, ну скажи ей… Может, я и был в чём не прав… Но бессудные расправы запрещены законом! В конце концов, есть бластер, зачем же так-то…
Теперь и Иахрр ржал в голос. Ярара вообще сползла в угол.
— Успокойся, Ухурр, я пошутила — сжалилась над инженером Урумма — Так кто я, напомни?
— Ты наша умнейшая, добрейшая и симпатичнейшая доктор!
— Добрейшая?
— Ну безусловно! Добрейшая из добрейших!
Глава вторая
Контакты любого рода
Майское небо сияло чистой лазурью. Берёзы оделись нежнейшей зеленью, и даже угрюмые сосны и ели, казалось, поголубели, обретя некую жизнерадостность. Здесь, на Севере, середина мая ещё не была летом, отнюдь, и сегодняшний тёплый день был просто подарком природы.
Отец Варсонофий распрямил усталую спину, опёрся на лопату, передыхивая. Годы брали-таки своё, и копать огород становилось всё труднее. Неподалёку трудились брат Иова и брат Егорий, чуть поодаль — отец келарь, в иночестве Фока, а в молодости знаменитый аферист. Сейчас он усердно трудился, замаливая грехи свои. Да, Господь наш в превеликой милости своей дарует всякому надежду на вечную жизнь и прощение… Правда, если говорить откровенно, кое-какие ухватки у отца келаря остались… Но, может, оно и к лучшему? После кончины прежнего настоятеля крохотный отшельнический скит пребывал в столь плачевном состоянии, что без толики лукавства было, наверное, и не прожить…
Отец Варсонофий уже взялся было за лопату, чтобы продолжить труд во славу Господа, да так и замер. По ясному небу катился клубок огня, оставляя за собой белёсый дымный след, летел бесшумно и стремительно. Варсонофий проводил его взглядом — клубок вдруг вспыхнул в последний раз и исчез, рассыпался синеватым облачком, которое тут же растаяло. Исчез и дымный след, как и не было.
Отец Варсонофий вздохнул и снова взялся за лопату. Неисповедимы и чудны дела твои, Господи…
Вот интересно, к чему бы сие явление — к добру ли, к худу?
— … Вопросы есть?
— Вопросов нет, командор. Пока что — подала голос Ярара.
Командор критически оглядел десантную группу. Все трое — он сам, Ярара и Урумма — были одеты в лёгкие скафандры. Чёрные, матовые, они плотно облегали фигуры, кое-где выступая за счёт встроенных систем жизнеобеспечения и защиты. Хвосты космонавтов сейчас напоминали резиновые шланги. Позади виднелись странные капюшоны.
— Как мы смотримся, Ухурр? — подала голос Урумма.
— Ужасно — донёсся ответ инженера, выполнявшего сегодня на пару с Вахуу роль группы дистанционного технического обеспечения и прикрытия — Упаковать несравненную Ярару и нашу симпатичнейшую докторшу в эту гадость… По-моему, за это надо судить, как ты думаешь, командор?
— Трепло! — беззлобно отругнулся Иахрр. Его настроение сегодня было невозможно испортить. Высадка на планету, и сразу первый контакт — не слабо, совсем даже не слабо…
Вообще-то инструкция предлагала осуществлять первую высадку в абсолютно необитаемом месте, а в контакт вступать позже. Но именно предлагала, а не предписывала. Планетные инструкции вообще в основном состоят из расплывчатых осторожных рекомендаций и более-менее общих мест, не то, что корабельные. В этом смысле командор обладает куда большей властью, чем капитан. Капитан обязан действовать в рамках инструкций, командор в случае необходимости может просто отменить их. Потому что инструкции — это одно, а чужая планета — совсем другое.