Чтение онлайн

— Давайте сейчас поедем в Хельсинки, по дороге я, возможно, отвечу на некоторые ваши вопросы. — Она была вежлива, в голосе читалась одновременно и мольба к Андрею, чтобы он подчинился без проблем, и жалость, потому что выбора сейчас у него по сути и нет.

Он ещё раз набрал воздуха в грудь, задержал его там, будто именно с помощью этого воздуха обдумывал что-то, а потом не глядя на женщину покивал и выдохнул, таким образом соглашаясь поехать с ней, и одновременно понимая, что вряд ли кто-то примет отказ.

Выходил из полицейского участка Андрей уже без наручников, а сопровождала его одна только женщина, ни должность, ни имя которой он до сих пор не знал. Вертолёт, ожидавший их, уже готов ко взлёту, место пилота было свободно, когда женщина захлопнула дверь, отсекнув тем самым львиную долю наружных шумов, они сели друг напротив друга.

Изначально Андрей даже не заметил как тихо в этих вертолётах, не громче чем в старых машинах, он ещё успел пару раз в детстве прокатиться на автомобиле с бензиновым двигателем. Говорить о чём-то с этой женщиной не хотелось, но после взлёта, отвлекшись от видов за окном, он зачем-то уставился на свою спутницу. Не то чтобы внешне она ему нравилась, но красотой, чуть ли не на грани неественности она точно обладала. Маленький ровный нос, большие чёрные глаза, даже слишком симметричные, только парочка чёрных коротких волос сдалась перед сединой. Высокий рост и постоянно ровная осанка. Он понимал, что вот так пялиться как минимум невежливо, но она очень удобно сидела напротив него, где-то на расстоянии одного метра. И тут в голову пришла шальная мысль, что это вообще не человек, а робот. Но спрашивать такое у неё Андрей всё же не решился.

— Почему мы летим в Хельсинки, а не в Москву, раз уж вы выяснили кто я такой? — на такой вопрос отваживаться было не надо, чем дальше они отлетали от населённого пункта, тем глупее себя чувствовал Борисов, из-за того что согласился. Хотя и понимал, что деваться некуда.

— Я получила такой приказ. Если вам вдруг интересно, меня зовут Аура, я управляю пограничной службой, вообще извините конечно за такой приём, когда мне доложили об огромном неопознанном летающем объекте я быстро сложила два и два, — она улыбнулась уже привычной улыбкой, — даже не верится, что это вы — сам Андрей Борисов.

— Так говорите, будто я тут какая-то звезда.

— О нет, но люди с образованием знают о вас.

— Те военные в белых костюмах получается без образования?

— Они умеют читать и считать, более этого им не нужно, — она сделала маленькую паузу, а затем продолжила, — всё изменилось за время вашего отсутствия, большинство людей в нашем мире, занимается низкоквалифицированным трудом, вроде так это называлось в ваше время, людей с образованием нужно совсем немного, то есть тех, кто принимает решения, для средних работ есть машины, а вот для примитивных — дешевле и удобнее держать людей.

— Держать людей? — Андрей засмеялся, но без весёлости, скорее с упрёком, — прям как держать свиней.

— Наверное вам так перевелось, — добродушное выражение лица Ауры никуда не исчезало.

— Вам можно рассказать мне подробнее каким образом Плесецк оказался территорией Финляндии?

— Да, это можно, в 2317 году закончилась четвёртая мировая война, вроде бы в третью было потеряно до трети населения земли, а в эту только треть населения осталась, и за последние сто лет мирного времени особо не приросло в количестве. Сейчас где-то два с половиной миллиарда людей живёт на планете.

— А сколько в России?

— Чего вы так норовите что-то узнать о этих землях, какая уже разница?

— Ну я там живу, — пожал плечами Андрей, и ещё немного больше заподозрил свою провожатую в роботизме.

— Никакой России нет, вообще больше нет стран, нет религий, запрещено оружие для нападения, запрещено огнестрельное и ядерное оружие.

— А что тогда на территории России? — Андрей сам не знал почему, но абсолютно не поверил предыдущую реплику женщины.

— СФРА — Союз Федераций России и Америки. Ещё до последней войны их экономические связи так сплелись, что по сути там всё превратилось в одно государство, а теперь это скорее набор разрозненных штатов, у которых есть общий бюджет на границу. И вот, кстати, из-за нужды денег был продан Архангельский штат, там почти никто не жил, поэтому мало кто и протестовал.

— Так, а кто продал, если все штаты, — космонавт взял последнее слово в кавычки, — сами по себе?

— По подобным случаям там может быть собран совет. Вот и обратился Михаэль Штаге к собранию штатов и федераций с подобным запросом, из-за того, что надо было восстанавливать внушительные территории пострадавшие от ядерных бомбардировок, хоть и с конфликтами и спорами, всё же некоторые территории были проданы роду Штаге, который владеет, Финкорпом, Сведкорпом, Данкорпом и Норкорпом.

— То есть он взял первые буквы от названий стран и прибавил к ним слово корпорация? Это всё чем они отличаются от обычных стран?

— Так вот ему захотелось, он владеет ста процентами земель, ну уже не он конечно, а его потомки, сам Михаэль Штаге умер уже где-то лет шестьдесят назад. Род Штаге владеет не только землями, а вообще всем здесь, это северная ветвь великого рода Дойтеров, югом владеют Зоммеры, центром очевидно Дойтеры, и они главнее всех этих родов. Великой Славией владеет Лука Брумме, вот совсем недавно вступил в должность так сказать, Брумме — род помельче первых трёх.

— Ещё и Великая Славия, — Андрей потёр лоб, понимая, что пока не хочет вдаваться в подробности. — Какой род тогда владеет Россией или что там, забыл уже как вы её назвали.

— Я же вам говорила, что там нет родов, каждый город управляется сам собой, там выстроена какая-то горизонтальная система управления, в которую я особенно никогда не вдавалась, так что нам, по большому счёту, даже не с кем связаться по поводу вас.

— Свяжитесь с самым крупным городом.

— Самый крупный город находится в Америке.

— Ну и что, страна-то одна, — всё никак не смирялся Андрей.

— Это не страна, запомните, стран больше не существует, есть корпорации, есть такие вот собрания вольных городов с общим бюджетом на оборону, это что угодно, но не государство в том виде, в котором вы знаете, — её чёрные глаза даже чуть-чуть расширились, а с пухлых губ куда-то слетела улыбка, правда быстро вернулась назад.

Пилот Кальмара только покачал головой из стороны в сторону. За бортом вертолёта из-за горизонта уже показывалась ночь. И с каждым взглядом за стекло было видно, что она захватывала всё больше неба.

— У меня вопрос не особенно важный, — заговорил после молчания в несколько минут Андрей, — почему вертолёты выкрашены в белый, это же непрактично в остальное время года.

— А, — усмехнулась Аура, — они не имеют окраски, через корпус проходят токи и с помощью них создается нужный цвет.