Чтение онлайн

Я перекинул ноги и поставил их на пол, опёрся головой о сложенные на коленях предплечья и сидел так некоторое время. Страх не покидал меня. Мне было жутко издать лишний звук, сделать лишнее движение. Мне чудилось, что в этой комнате есть кто-то ещё, кто безмолвно стоит в дальнем углу и следит за мной. И от этого меня кинуло в озноб. Я сидел так минуту, потом другую, стараясь совладать с собой, рьяно тёр себя по предплечьям руками, чтобы согреться, а потом не выдержал, встал и пошёл к двери. Я не мог больше оставаться один здесь, мне хотелось, чтобы рядом был кто-то ещё. Кто-то реальный и осязаемый, видимый моему взору, а главное – такой же тёплый и живой, как и я.

Я вышел из аудитории, пошёл по пустому и безлюдному коридору. Стояла глубокая ночь и все спали. Не спали только караульные в этот час, и я сожалел о том, что моя смена закончилась. Я хотел быть там, на стене или в вестибюле у костра, чтобы в компании кого-то, чтобы мысли мои не оставались один на один с пустой темнотой, что сейчас давила на душу.

Я поднялся по лестнице на третий этаж и побрёл в коворкинг. Тут тоже было пусто, хотя раньше и поздней ночью кто-то да прогуливался здесь. А сейчас никого. Всё как-то опустело; жёлтые стены потускнели и томились в одиночестве. Хотя, может, они всегда такие тусклые в это время?

Я вышел в коворкинг и увидел возле костра чью-то спину. Одну единственную во всём просторном тёмном помещении. Она, сгорбившись, сидела у огня, и будто бы не обращала на сгустившееся тяжёлое безмолвие, на пустоту вокруг никакого внимания – просто сидела, почти неподвижно. Без страха. Как можно без страха сидеть здесь, когда вокруг ни единой души? Когда кругом тьма, кажущаяся живой.

Я спустился по ступенькам и подошёл к костру. Сидел Егор. Услышав приближающиеся шаги, он обернулся.

— Чего сидишь здесь в такую темень, да ещё и один? — спросил я, первым начав разговор. Я присел на устеленную коричневую ткань рядом со студентом.

— Да не спится что-то, — ответил Егор, снова обратив внимание на огонь. — Кошмары какие-то снятся.

— Да? — заинтересованно спросил я. — А что именно?

— Да херня какая-то… — угрюмо ответил он. — Даже и говорить не хочу. А ты чего не спишь? У тебя же смена закончилась час назад.

— Да тоже уснуть не могу. Попытался, но тоже что-то сон какой-то страшный приснился.

— Странно.

— Почему?

— Да в последнее время что-то многим снится дрянь всякая. Вот вчера с одним разговаривал, так к нему вообще родители приходили ночью, прикинь?

— И что? — я недоумённо посмотрел на него.

— А то, что родители его погибли в автокатастрофе много лет назад, когда он ещё ребенком был, — ответил Егор.

Услышав это, я на какое-то время замолчал, смотря на огонь, от которого исходила приятная теплота. Она отгоняла холод, который ощущался сейчас, кажется, везде тут. Через несколько минут Егор продолжил:

— Кому снится, что его утаскивают ночью из аудитории мутанты в дыру, которую прогрызли; кому мёртвые снятся; кто-то сам, представь, будто бы умирает и тут же воскресает во сне. И ладно если бы паре человек это приснилось, тогда бы я списал на то, что из-за ситуации у них нервы просто сдали, но такое уже происходит третью ночь и систематически.

— А тебе что снилось? — я заинтересованно посмотрел на него.

Егор не ответил, лишь махнул рукой, тем самым показывая, что желания говорить про это у него нет. Я не настаивал, снова уставился на огонь и мы молча сидели, слушая, как трещит хворост в остроконечной низенькой бочке. Потом Егор сказал:

— Кстати, всё никак не мог поблагодарить тебя за то, что спас меня тогда, в хранилище, — парень посмотрел на меня. — Спасибо тебе.

— Все так поступают друг для друга, — ответил я.

Спустя некоторое время со стороны столовой послышались шаги и чей-то заливистый смех. В коворкинг вышли парень и девушка, в обнимку и навеселе. Когда пара прошла мимо нас, девушка чуть сбавила шаг, посмотрела в сторону костра, и улыбка её слегка поблекла. Парень же – слащавый на вид, в кожаной куртке и с элегантными чёрными очками, поднятыми на лоб – крепче прижал девушку к себе и повёл её дальше. Егор не оборачивался, словно не замечая их, а когда те поднялись по ступеням, то стрельнул глазами на мгновение. На выходе парень в кожанке нагло положил руку на ягодицы девушки и сжал их. Егор лишь молча отвернулся и продолжил смотреть на огонь.

Проводив эту гулящую навеселе пару взглядом, я спросил:

— Слушай, это же Инесса. Вы же вроде с ней встречаетесь?

Егор хмыкнул, слегка улыбнулся, как мне показалось, грустно, а потом ответил:

— Уже нет, как видишь.

Потом мы снова погрузились в молчание. Сидели так некоторое время. Сейчас мне страшно хотелось выпить что-нибудь, залить нервы небольшим градусом, но бар в это время, как назло, не работал.

Потом снова раздались шаги, и на ступеньках показалась девушка. Я обернулся, и сердце моё как-то внезапно подпрыгнуло. Это была Саша. Она, постояв немного на ступенях и осмотревшись, спустилась вниз и подошла к нам.

— Привет, парни, тоже не спится? — сказала она, присаживаясь по другую сторону от Егора.

— Привет, Саш. Как видишь, — ответил Егор.

Я молча понурил взгляд на огонь, стараясь внешне не показывать свою взволнованность.

— И у меня вот не получается, — Саша вздохнула, подогнула колени и положила на них руки и подбородок. — Сны какие-то странные…

— Не удивительно, — без интонаций ответил Егор. — Сейчас это у многих так.

— Как будто какое-то массовое безумие, — усмехнулась девушка.

— Наверное, после пережитого у многих нервы. Поэтому и снится дребедень всякая, — ответил Егор.

— Ну да, — согласилась Саша.

Мы посидели так немного. Я не принимал участие в их разговоре, а только изредка поглядывал на девушку, словно исподтишка, чтобы она этого не заметила. Какая ирония во всём этом: совсем недавно мне «посчастливилось» встретиться с самым ужасным порождением нового мира, которое только возможно себе представить, и убить его. Я стоял на стене и защищал университет, и даже в тот момент не испытывал такого неприятного волнения, какое испытываю сейчас. Боясь заговорить с девушкой, которая мне нравится. Некоторые вещи в этой жизни, похоже, невозможно как-то рационально объяснить. Вот она, сидит сейчас в шаге от меня, веселая, хоть и уставшая, и улыбается. Но я не могу найти тропы к нужным словам, чтобы выйти с ней на связь. А потом ещё и случилось кое-что страшное.