Чтение онлайн

Да, Дон вполне мог сделать эскадрилью не убивая пилотов, в открытом бою, тяжелым светом и легкими снарядами… но Макроп прав: сколько по сукну сопли не размазывай, проигрыш не вернут…

– Открыть огонь по готовности, – сказал Дон, сморщившись. – То есть рекомендация принимается… Ты сам справишься?

– Да.

…Дон не мешал киберпилоту стрелять. И он не смотрел на экран, и отключил видео и акустику в шлеме… гасли в космосе, пораженные в спину, патрульники, никто не успел уклониться, тем более – ответить. "Калигула" подрагивал от откатов "баймурзы", и "джипы" лопались, как яйца в ультразвуковой духовке, выворачивались внутренности, керамит горел изнутри… взрывы гасили друг друга…

– Зона чиста. Уцелевших нет, контрольное доуничтожение произведено. Можно приступить к процедуре стыковки.

– Я сам, – сказал Дон и открыл глаза. На экране остался только "Китовый Ус", темный на черноте – Аматиус подсвечивал его контуром. – Збышека мне на связь.

– Ты очень вовремя, Дон, – тотчас сказал Збышек. Его достало: он говорил очень серьезно, с огромным облегчением. – Сними меня скорей, "Ус" тонет.

– Я тебя не задел?

– Не задел. Так, волной покачало. Да, и не забудь, я тут не один, я не помню – я тебе говорил?

– Кто там с тобой еще?

– Да тут один… На складе, от меня к нему не пройти, коридоры перекрыты…

– Збых. Кто такой, я тебя спрашиваю?

– Военнопленный. Еще с "Ямахи".

Дон присвистнул. "Калигула" бортом подходил к почтовику. "Ус" вращался, кроме того, он дрейфовал, метров шесть в секунду; Дон заранее вспотел.

– Первый, Второй, трап-кессон готовить, робота готовить, – приказал он. – Збых, работы много, после поговорим. Ты в шлеме?

– Наученный горьким опытом.

– Слушай, а ты никак не управляешься?

– А что?

– Тебя крутит. Тебе не слабо погасить вращение, а? Возни много мне. Подработай маневровыми, вроде, дюзы у тебя чистые… Сможешь?

– Я – вряд ли, но у меня киберпилот жив, сейчас спрошу…

Бык притормозил. Под крыльями "Китового Уса" блеснула зарница, продольное вращение резко замедлилось.

– Цель досягаема, – доложил Аматиус. – Оборудование готово.

– Збышек, я иду. Нарви цветочков. Так, что мы забыли?.. А!!! Збых, у меня на управлении нет точной схемы этого корабля, я не знаю, где резать. Найди ее… найдешь?

– Я ее давно нашел, – ответил Збышек. У него уже изменился голос: понизился, Збышек трудно дышал и запинался. – Ты вообще, Дон, отдай стыковку Второму, схема у него. Быстрее…

– Второй, провести стыковку.

– Здесь Второй, принято к исполнению. Руки от управления.

– Шеф Один, трап-кессон готов, – сказал Макропулус.

Дон стал отстегиваться.

Поднатужась и уперевшись ногами, Бык отвалил люк в сторону, снял его с петель и, пропустив мимо себя, вытолкнул в предшлюз. Теперь нужно было дождаться, стоя на пороге модуля, пока загорится свет. Модуль трап-кессона был телескопический, тесный, нежесткий; резко пахло сваркой. Сейчас почти всю внутренность кессона занимал робот-монтажник, Дон нарушил все инструкции, открыв модуль до завершения работы робота. Прошло с десять минут, Макропулус сказал: "Комплитед!" и Дон ухватился за поручень на корме робота и поволок его на себя. Выпятился в предшлюз, закрепил робота на палубе; как все-таки помогала невесомость! Затем Дон вооружился ручным вентилятором и выгнал из модуля дым.

Наведенный роботом, вплавленный роботом в корпус почтовика, был еще горячий. Дон потрогал штурвал, застегнул перчатки, закрыл забрало, приказал Макропу изолировать предшлюз, достал из сумки тестер и проверил шов – потянет, хорошая работа.

– Ну, Дон, входи же ты наконец! – сказал Збышек. Дон повернул штурвал и его вдруг вырвало у него из рук, и он влетел в рубку "Китового Уса".

Он не сразу заметил Збышека. В рубке тонущего почтовика царил разгром, какие-то обломки загромождали ее, наконец Дон сориентировался и, расталкивая мусор, направился к пристегнутому аварийным карабином к стене Збышеку. Збышек протянул руку. Дон схватил его за плечи, тряхнул, теряя от идиотских слез обзор, поискал слова и нашел, протолкнув их сквозь кулак в глотке:

– Давление в костюме, доложи.

– Мало…

– Ну потом поручкаемся…

Стропорезом он разжал челюсти карабина, сдернул Збышека с насиженного места и поволок домой, под вопли и пение киберпилотов.

Первое, что спросил Збышек в кают-компании – после душа и медосмотра – было:

– Дон, а что у тебя с рожей?

Дон накрывал на стол и молчал.

– Подрался?

– Это… словом… ну…

– Так-так.

– У меня неприятности, – сказал Дон, покраснев, лицо стало одного цвета с царапинами. – Видишь ли… в личной жизни… я, вообще-то, так и не взял в толк – что случилось… Энди тут, на "Калигуле", спит, но… Э, Збых, это надо сначала рассказывать, а нам некогда.

– Энди на "Калигуле"? – переспросил Збышек. – Она же в заложниках была!

– То есть? А ты откуда знаешь?

– Дон, я просидел в Меганете больше десяти часов. Я знаю все. Что два дня как идет война, что Президент в госпитале Святого Георгия, что за тобой охотился какой-то казак – он Энди в заложниках и держал. Черт, может тебе пряничек скормить, давай в киберспейс сходим?

– Ты, я смотрю, оправился… Знать ничего не желаю! – рявкнул Дон и разбил тарелку. – Увидела меня, выругалась и вцепилась когтями…

– А что сказала?

– Ненавижу, сказала.

– Да, время такое… смутное. Однако, тебя поздравить, глупый белый человек, или выразить соболезнования?

– Да пошел ты…

– Дон, сколько раз я тебе говорил, что ты не ее герой? Десять раз? Сто?

– Не капай, Збых…

– Ладно… Что это у нас? Рыба. Я не хочу рыбу. Я хочу… слушай, я эля хочу! Не отвечает… Странно. Дон, может быть, ты развеселишься, если чмокнешь Тофслу в нослу? Я готов пострадать.