1952
Шрифт:
Нам не повезло в самом начале. Яшин, пытаясь взять мяч броском в ноги у вышедшего один на один Паиньо, получил травму и был заменён на Разинского. Борис, конечно, тоже хороший вратарь, но до Яшина ему, как до Пекина раком…
В раздел «Предчувствия тебя не обманули» начислено два балла.
Вот Разинский отбивает дальний удар, а на добивании первым оказывается реактивный Паиньо. Гол. Трибуны ревут, как тысяча разъярённых быков…
Наш капитан Вася Колобков заряжает со штрафного. Мяч, пролетев аккурат над головами «стеночников», влетает в «девятку». Стадион вначале недоумённо охает, но, затем, оценив удар, принимается хлопать русскому. 1:1.
Вскоре, я, выйдя на защитника, как-то неловко заковырялся и, не придумав ничего лучшего, решил перекинуть мяч через себя и соперника финтом «Радуга». И, надо же, кругляш послушно взмыл над головой опешившего защитника. Я же на рывке успел к приземляющемуся мячу и ударил в ближний угол. Вратарь попытался «сложиться», но времени не хватило. Мяч, облизав штангу, влетел в сетку ворот. 2:1! Мы впереди!
Через пять минут чужой нападающий, разогнавшись, залезает в офсайд, но свисток молчит. Разинский бросившись в ноги форварду попытался отобрать мяч, но тщетно. Финт, и круглый прыгает в сетке наших ворот. 2:2.
Перед перерывом мы получаем гол в раздевалку. Одиннадцатиметровый. Паиньо точен. По стадиону прокатилась волна цунами.
В начале второго тайма Колобков забрасывает мяч за спины защитникам соперников, и я, оторвавшись от опеки, первым успеваю к мячу. Подсекаю круглого над бросившимся в ноги вратарём. Гол! 3:3.
Испанцы, замордованные нашим прессингом, изрядно подсели. Вот Колобков снова бьёт штрафной метров с тридцати. Заряжает мимо стенки в левый угол. Мяч, бухнув в перекладину, приземляется за линией ворот и выпрыгивает через упавшего на ленточку вратаря в поле. Судья показывает жестом «продолжаем игру, гола не было».
… твою мать!
Саша Иванов скинул на меня верховую передачу от Колобка. Я принял мяч спиной к воротам. В касание перебросив через себя и, оторвавшись от защитника, жонглируя, подбросил мяч ещё раз входя в штрафную и ударил слёта в дальний от вратаря угол. Голкипер, прыгнув, попытался достать направленный ему за воротник мяч, но тщетно. Гол! Но, что это? Рефери отменяет взятие ворот и назначает штрафной в нашу сторону, зафиксировав у меня игру рукой. Трибуны аплодируют толи моему цирковому трюку, толи решению судьи.
В раздел «Не везёт на поле — повезёт с девушкой!» начислено два балла.
Б… не нужны мне бабы — нужен гол!
Есть такое футбольное правило «Не забиваешь ты — забивают тебе». Вот и испанцы в последней атаке заработали спорный пенальти. Паиньо точен, делая хет-трик. На табло «Реал» — «Торпедо» 4:3. Мы проиграли…
Стадион ревёт от восторга. «Наш» автобус едет по городу следом за «испанским». Мадрид поёт и танцует, празднуя победу своей команды.
После обеда в гостинице, мы гуртком сходили в парк Буэн-Ретиро. Благо посещение этого красивейшего места испанской столицы почти ничего не стоило. Погуляли, посмотрели на Хрустальный дворец. Сфоткались на площади Пласа Майор у конной статуи короля, а вот посетить музей Прадо, побродить по рынкам и улицам было запрещено товарищами из органов. Колобок заикнулся им про вечернюю корриду на арене Лас-Вентас, но на него так посмотрели, что он чуть не обделался…
В гостиницу перед нашим вылетом приходил директор «Реала» Сантьяго Бернабеу. Он предложил мне и Колобкову за переход в его клуб двадцатифунтовую недельную зарплату, как и другим лучшим игрокам Европы в Испании и Англии.
— Мы скоро достроим новую футбольную базу. — уговаривает меня солидный дядечка, — Сможем приглашать лучших игроков Европы и Мира. У меня на карандаше аргентинец Ди Стефано, француз Копа, венгр Пушкаш. Вот бы тебя с твоим другом к ним в компанию… Мы и сборную мира смогли бы обыграть… Приезжайте после Олимпиады. Квартира, машина… Буду ждать!
Я ничего не ответил, лишь вздохнул, глядя на сопровождающего «товарища», что делал вид увлечённого читателя газеты.
В конце испанского турне некоторые читатели со вздохом облегчения отметят, что хоть здесь Жаров никого не затащил в постель.
Согласен. Не всегда же одно место бывает мёдом намазано.
20 апреля 1952 года. Ницца.
Утром вылетаем в Ниццу. В аэропорту нашу команду встретили господа из оргкомитета футбольного турнира и… моя давняя подруга Маргарет Виндзор. Английская принцесса уже неделю как маялась на курорте от безделья. А теперь вот с нашим прилётом у неё появился шанс прилично провести время.
После дневной тренировки у нас — свободное время. Встречаюсь с английской «катастрофой». Маргарет, закурив сигарету, вставленную в мундштук:
— Можно конечно съездить в Канны на кинофестиваль или в Марсель, но зачем? Мы сами в состоянии здесь устроить себе праздник.
Мэгги заранее к назначенному времени пригласила с площади трёх музыкантов и двух танцовщиц. Заказала доставку пиццы и спиртного в номер. Я сходил за Колобком и примкнувшим к нам Татушиным. Как только мы явились в роскошный номер, то сразу начался праздник. Танцы, вкусная еда, девушки — что ещё нужно мужчине, чтобы встретить вечер? Поскольку мы, как спортсмены режимили, то Мэгги пила за четверых. К середине вечера она залезла на стол и с надрывом исполнила национальную песню «Десять зелёных бутылок». Примерный перевод начала песни…
Десять бутылок стояло на стене,
Десять бутылок стояло на стене,
Одна из них упала,
Осталось только девять.
Девять бутылок стояло на стене…
Мэгги порывалась исполнить более длинный вариант про девяносто девять бутылок, но я её отговорил и исполнил мелодию про горячительный напиток употребляемый сегодня Мэгги в одну харю. Принцесса в окружении своих очарованных оруженосцев выписывала сладострастные па под этот мотивчик и кричала вместе со мной: «Текила!»… https://youtu.be/jHQrvDN_xXg