Чтение онлайн

* * *

В кабинете первого секретаря партии, товарища Сталина, великого и ужасного одновременно, снова зазвонил телефон.

– Алло?
– сказал он с чётким грузинским акцентом.

– Товарищ Сталин, вечер добрый. Вам удобно сейчас говорить?

– А кто это?

– Меня зовут Иван Иванович, не обращайте внимания. Я по очень важному вопросу и у меня есть очень важная информация...

* * *

На улицах Москвы было необычайно свободно. Серьёзно, улицы построили такие, словно пассажиропоток двадцать первого века вот-вот хлынет, вместо этого - пустые улицы. Люди непуганые ходят по дорогам, по крайней мере, у обочины, и плевать хотели на легковые автомобили, которые здесь должны ездить. Кошмар? Нет, реальность. Больше всего на дороге мне встречалось грузовиков - собственно, за всё время, пока я ехал, мне на пути встретилось две легковые машины и десятков пять грузовых. Поэтому моя машина, кстати, выглядела несколько необычно на полупустых московских улицах - это был мощный паккард, сделанный по последней американской моде, естественно, переделанный. Под капотом прятался турбодизель в восемьсот лошадиных сил, который легко разгоняет полуторатонную машину до двух сотен. Но я ехал медленней, всего сто двадцать, что по местным меркам уже может считаться лихачеством. Приехать в кремль меня, после сессии переговоров с Берси, уговаривал Сталин. Что-что, а выходить на контакт Берси умеет и уже через несколько дней переговоров лично, персонально с вождём, мы установили более-менее плотный контакт. Я знал, что Берси не подведёт, но всё равно, он не идеальный переговорщик. Нужна Сила, чтобы понять...

Из-за вызова к Сталину пришлось оформлять отгул на работе, что негативно сказалось на отношениях с моим непосредственным начальником, который хоть и был недоволен, но вынужден был дать отгул - я отрабатываю и так по две-три нормы, числюсь лучшим работником и настойчиво приглашают в партию.

Что я знаю про установленный контакт? Берси начал с того, что переговорил по телефону, потом дважды встречался со Сталиным, в первый раз - натурно продемонстрировал наше происхождение, во второй раз - выдал ему пару книжек для лёгкого чтения. История второй мировой войны, официальная версия. Со всеми правками и изменениями грядущего. От настоящего там почти половина, но всё же, убедительно сказано было.

Несколько дней товарищ первый секретарь переваривал полученную информацию, после чего второй раз встретился с Берси, обсудили информацию. Сталин попытался взять Берси на понт, не получилось. Москва довоенная меня удивляла и огорчала одновременно. Экономически неразвитая, столица по сути, аграрной страны, кое-как натянувшей промышленный сюртук, но оставшейся аграрной. В подобном настроении я и ехал. Хотя... это как сказать, я, я ехал в сопровождении охраны, в целях собственной безопасности и во избежание всяких неприятностей, которые мне могли устроить местные. Кортеж состоял из трёх машин ЗИС-115. Большой лимузин с мощной защитой, в передней машине была укреплена броня и установлен миноискатель, в обеих - передняя и задняя, по два бойца и ещё один пулемёт вместо заднего места - в случае опасности он поднимался наверх и мог отстреливаться от вероятного агрессора. Поэтому мы ехали как танковая колонна, защищённые от всего.

Однако, Сталин решил сделать свой ход - а именно, кортежу преградил путь кордон из НКВДшников, преградили не просто так - два грузовых автомобиля ЗИС-5, стоящие впритык друг к другу перегородили дорогу. Я их сразу не видел, сидел на пассажирском сидении и наслаждался атмосферой. К слову, атмосфера была очень уютная. Салон по образу лимузинов двадцать первого века, если быть точным - копия салона моего любимого майбаха шестьдесят второй модели. Белый салон, матово-белый потолок с подсветкой, три монитора - два персональных и один по центру. В таком салоне я расслабился и ленно поглядывал за окно машины. Камеры показывали на монитор преградившие путь машины. Берси разогнал кортеж до восьмидесяти и мы протаранили два захара, между ними ещё и цепь была. Однако, результат предсказуемый - восемь тонн бронелимузина против пары тонн веса захара, цепь выдержала, а вот рама нет - захары отлетели вбок, вслед за ментами, что преградили путь кортежу, стрелять мы не стали.

Решили показать себя? Или понты кинуть, или поставить на место? Что ж, пусть теперь сами знают своё, а я своё знаю, мне и на нём хорошо. Кортеж продолжил плавно двигаться в сторону кремля. По меркам сорокового года машины образца сорок седьмого, да ещё и с тонировкой, тихие и быстрые, выглядели франтовато. Ещё более, чем ныне находящиеся в ходу и привычные в стенах кремля ЗИСы. Мы подъехали к заднему ходу - через ворота, парадный вход, въезжать - моветон. Хорошо, что я протестировал свои машины на предмет царапиноустойчивости и столкновение не покорёжило головной автомобиль. Думаю, Сталину уже доложили о произошедшем. Первыми из сопровождающих машин вышли МП моей охраны. Несмотря на стоящую жару, они были в обычных костюмах, но вот дела - при оружии. АК-9 с бесшумными патронами, смотрелись в руках охраны очень гармонично. Поэтому когда пять мужиков с автоматами рассредоточились, заметно было, как напряглись люди при оружии, находящиеся тут же, и видимо, встречавшие меня. Учитывая провокацию во время перемещения в кремль, можно было ожидать чего угодно, Берси проделал хорошую работу, вот только чётко поставить себя ещё нужно. Поэтому вышел я, только будучи спокойным за свою безопасность и главное - за то, что в кремле не решатся устраивать провокации или ставить меня на место отрядом НКВД. Устраивать перестрелку они вряд ли решатся. Я пошёл чуть позади, в клещах своей охраны, которая держалась на порядочном удалении, метра два-три, но всё же, было заметно, что это они следуют за мной, а не я за ними.

Однако, вскоре перед нами выросла охрана Сталина и начался типичный конфликт, они потребовали сдать оружие, Берси ответил тем же... пришлось мне вмешаться:

– Берс, возвращайся в машины, я сам разберусь дальше, - хлопнул одну из МП по плечу, - не нужно сопровождать меня.

– Как скажешь, - охрана развернулась и пошла на выход. Ох, ну и безопасность - ни обыска, ни металлоискателей... колхоз, да и только. Дальнейший путь я проделал уже с людьми из охраны Сталина, которые сопроводили меня до кабинета. Охрана была в обычной форме НКВД, без каких-либо особых отличий от остальных чекистов. Они остановились перед проходной, пропустив меня. Тут сидело несколько человек, которые ожидали приёма у вождя народов. Э, нет, так дело не пойдёт, я что, буду ждать в числе прочих? А, знаю. Берси? Подь сюды!

Через пять минут в приёмную ввалился мужчина в строгом костюме и с автоматом в руках, за ним его брат-близнец, слегка только отличающийся по телосложению от шварцнеггера. И так восемь раз, вся моя охрана на выезде, кроме снайперов.

– Были проблемы?
– спросил я мысленно.

– Да, небольшие. Никого не убивал, спят.

– Отлично. Посмотрим, как дальше будут реагировать.

Восемь мужиков с автоматами, да ещё и непонятного происхождения, при полностью вырубленной охране ведомства Власика заставили товарищей малость поторопиться и уже через три минуты невзрачный секретарь пригласил меня в кабинет, из которого вышел, держась за сердце, какой-то человек в костюме. Я зашёл, осмотрелся, улыбнулся хозяину кабинета:

– День добрый. Вы хотели со мной пообщаться?
– спросил я.

Что можно сказать о великом и ужасном? Пожилой грузин, правда, прокуренный кабинет и правда, меня немного мутило от запаха местного табака. Сталин на это внимание не обращал, пришлось помочь себе справиться с головокружением от ароматов и удерживать позитивную мину. Сталин посмотрел на меня молча, после чего, с отчётливым акцентом, спросил:

– И что здэсь происходит? Кто эти люди за двэрью кабинета, о которых мне жалуются уже?

– А, не обращайте внимания, - отмахнулся я, - решили посидеть со мной, чтобы мне не было так скучно. Я так понимаю, вы уже связывались с моим секретарём, верно?
– не дав ему ответить, - отлично, значит вводную часть можно опустить. Вы хотели встретиться со мной лично, верно?

– Вэрно, - немного раздражённо ответил грузин, - вы наглый человек, знаете?

– Знаю. Такое уж у меня положение, что приходится игнорировать мелкие неудобства окружающих.

– Присаживайтэсь, - он махнул рукой на стул, - я так понимаю, вы подчёркнуто игнорируетэ политику...

– Не то чтобы игнорирую...
– я задумался, - просто я человек иного государства и иной системы. Поэтому не хочу устраивать взаимные споры и претензии, тем более, что плюрализм, принятый у нас, в вашем государстве не одобряется. Всё, что мне могли бы сказать коммунисты уже давно опробовано, изучено и проанализировано моими людьми, сделаны выводы. Не вижу смысла впустую спорить о теориях.

– Хорошо, очень хорошо, - не стал возмущаться Сталин, - я и не собирался агитировать вас вступать в партию, в ней такому человеку, как вы - не мэсто. Нэ обижайтесь.