Чтение онлайн

— Очевидно, раздвоился, — хмуро ответил аналитик. — Непонятно, каким образом. Тушка одного из них лежит в реанимации. Второй шлёт нам аутентичные радиограммы и, судя по всему, чувствует себя неплохо, раз сумел просидеть рядом с работающим передатчиком три часа, и его не накрыли.

— А можно их не собирать обратно? — робко попросила мисс Манипенни. — А лучше ещё и этих двоих расщепить! Четыре Бонда ведь лучше, чем один? Может, тогда и мне перепадёт…

— Самый странный случай раздвоения личности в моей карьере, — прошипела Эм, нервно вышагивая по возвышению. — Группа радиоперехвата, вы засекли источник?

— Нет, мэм, — покачал головой бородач из третьего ряда компьютеров. — Сумели только выяснить, что передача ведётся откуда-то из северного Суррея. Под подозрение попадает вся территория от Стейнца-над-Темзой до Айвера в Букингемшире.

— Вы же хвалились, что засечёте любого воробья и пересчитаете ему все перья!

— Как только вы докажете мне, что радиограмма — это воробей…

— Так. Чтобы завтра по всей этой местности было не продохнуть от наших людей. Но тихо и незаметно. С пеленгаторами, и пусть они скоординированно прочёсывают эфир. Когда Бонд выйдет на связь, я хочу знать номер дома, номер квартиры, количество находящихся в ней людей и цвет их носков быстрее, чем он закончит передачу первого слова, ясно?

— Если, мэм, — рискнул поправить бородач.

— Когда! — строго возразила Эм. — В конце концов, это же наш Бонд, а не какой-то там мальчишка. Я не удивлюсь, если завтра он сам заявится сюда, восседая у похитителей на плечах.

В это время Бонд, обесточив передатчик, несколькими умелыми взмахами руки вновь придав ему вид разломанной игровой приставки и спрятав псевдо-приставку в груде сломанных игрушек в углу комнаты, вернулся к разбудившему его объекту.

Большая снежно-белая полярная сова настороженно смотрела на него, сидя на собственной клетке и вцепившись в крышу внушающими уважение когтями.

— Ух ты, птичка! — потрясённо пробормотал Поттер, прикидывая, чем можно будет сшибить сову, если ей вдруг вздумается полакомиться его глазами.

— Ух, — покладисто согласилась с этим определением сова, переступая с ноги на ногу. Огромные чёрные когти играючи сминали прутья клетки.

До сих пор всё знакомство Бонда с птицами сводилось к поглощению последних первым на всевозможных вечеринках коллективного сцеживания яда, на великосветском языке именующихся «раутами», «приёмами» и «банкетами». К своему стыду он был вынужден признать, что сожрал не один десяток пернатых, но сов среди них, вроде бы, не было. И потом, совы ведь не мстительны, правда? С другой стороны, птица, доведённая до готовности и сервированная умелым шеф-поваром, мало чем отличается по внешнему виду от другой птицы в аналогичном состоянии, поэтому наверняка утверждать об отсутствии сов в его рационе Бонд не мог. Но ведь совы, правда, не мстительны! Или?..

Если Поттер и был знаком с какими-либо совами, включая эту конкретную, сейчас он об этом не знал.

— Хорошая птичка, — пробормотал Поттер, затаив дыхание.

Сова снова тихонько ухнула и вытянула к Гарри свою шею. Гарри, зажав костяшку указательного пальца зубами, протянул вторую руку сове. Сова строго посмотрела на вытянутые к ней пальцы и с видимым удовольствием почесала об них шею.

Гарри ощутил странное чувство, словно он погрузил кончики пальцев внутрь мягкой тёплой перьевой подушки. Осмелев, он начал почёсывать сову и поглаживать её снежно-белые перья, которые словно светились в темноте.

— Хорошая птичка! — решил Гарри, наслаждаясь общением с совой. — Ты домашняя, да?

Сова укоризненно посмотрела сначала на него, потом на клетку.

— Да, сам вижу, конечно, домашняя. — Гарри с интересом наблюдал, как сова умело забирается в клетку. — Интересно, какому придурку пришла в голову мысль держать дома сову?

Сова уставилась на Гарри большими круглыми глазами.

— Вот как? Да, это на меня похоже. Знаешь, я ведь совсем ничего не помню. Полная, тотальная амнезия. Как будто до сегодняшнего утра я жил другой жизнью. Я даже тебя не помню [5] .

Сова нахохлилась, переваривая эти сведения, а затем просияла и потёрлась клювом о кормушку.

— Нет, то, что совы плотоядные и предпочитают кормиться сами, я как раз помню, — улыбнулся Гарри. — А ещё я не вижу здесь никакой еды для тебя, уж извини. Меня и самого-то сегодня оставили без ужина за то, что я утром напугал эту прямоходящую свинью, моего кузена. И где здесь справедливость, я тебя спрашиваю, — напугал утром, а оставили меня без вечерней еды. Как тебя зовут, совушка?

Птица постучала клювом по табличке на клетке и почесалась, разом потеряв свой высокомудрый вид.

— «Хедвига [6] », — прочитал Гарри. — Красивое имя. Так значит, ты — моя сова, да?

Сова нахохлилась, презрительно давая понять, что это Гарри — её человек, и закрыла большие глаза.

— Может, тебе… Того? Клетку почистить, песочек поменять? — предложил Гарри, отчаянно стремясь сохранить общение хоть с кем-то, кто знал его до инцидента с потерей памяти. Пусть даже с совой. Его дражайшие родственники, вывалив на него историю его жизни, поспешили снова запереть его в маленькой спальне на втором этаже, очевидно, опасаясь, что он начнёт задавать слишком умные вопросы относительно нестыковок, которые торчали из этой истории во всех направлениях.

Сова не отреагировала. Она деловито завернулась сама в себя и явно пыталась заснуть.

— Вот так всегда, — Гарри подошёл к окну, намереваясь задёрнуть шторы. — Стоит найти умного человека, как он тут же оказывается совой и собирается задрыхнуть на ночь глядя. Это только мне так повезло — стать обладателем единственной в мире совы, которая спит по ночам?

Лёгкий свист приближающегося массивного тела заставил Гарри окинуть небо взором, но эта ночь, как на грех, выдалась безоблачной, и небо над крышами домов было чёрным. Гарри знал, что, находясь в неосвещённой комнате, он незаметен снаружи, но странный свист приближался, и Гарри счёл за лучшее отойти от окна, так и не тронув штору.

Внезапно пушечное ядро ворвалось в открытое окно и начало носиться по комнате, натыкаясь на стены и пронзительно свистя. Гарри, опешив, протянул руку и схватил его. Это оказалась ещё одна сова, точнее, маленький серый совёнок, который выглядел очень гордым и довольным собой. К его лапке был привязан свёрнутый в трубочку листок плотной бумаги.

Гарри внимательно рассмотрел не перестающего свистеть совёнка и бумагу. Во-первых, за сегодняшний вечер он столкнулся с большим числом сов, чем за всю свою предыдущую жизнь. Во-вторых, на бумаге зелёными чернилами было выведено его имя.