Жизнь Зигмара

В 2331 году начались раскопки на Королевской площади в Альтдорфе, призванные подготовить это место к постройке нового святилища в честь нашего бога-покровителя, Зигмара. Рабочие, копавшие глубокие траншеи под фундамент — ибо только такие ухищрения позволяют строениям людей стоять вечно, — обнаружили древнее захоронение, над которым был построен наш город. Вокруг гробницы было найдено немало превосходных образцов бронзовых доспехов, украшенных драгоценными камнями шлемов в форме волчьей морды, деревянных щитов с железными унбонами и коротких мечей, не утративших остроты.

Это был отблеск таинственного прошлого нашей расы, того времени, когда люди жили разрозненными племенами, а по земле беспрепятственно бродили дикие твари. Это было время боев, тьмы и страха. Многие ученые считали людей того времени варварами, почти ничем не отличающимися от жестоких дикарей, что и по сей день обитают в холодных северных пустошах.

Но обнаруженное захоронение показало, что уже в то время человек владел ремеслами и был знаком с металлургией, что и тогда ритуал и поклонение были для него такой же частью повседневной жизни, как и сейчас. Открытие позволило нам приблизиться к нашим далеким предкам, значит — приблизиться к нашему богу-покровителю Зигмару Молотодержцу, ибо Он жил среди них.

Найденный могильный холм вызвал в научных кругах вспышку интереса к истории того периода, закончившегося две тысячи лет назад, и в результате было сделано немало новых открытий. По крупицам собирая знания, мы смогли больше узнать о Зигмаре: что Он носил, как Он сражался, как Он относился к Своему народу. Прежде чем стать богом, Он был человеком, поэтому нам следует знать Его таким, каким Он был, прежде чем присоединился к сонму богов.

Эта книга — не просто собрание избранных историй о Зигмаре, полученных из разных источников. Она позволяет нам почувствовать атмосферу тех далеких темных дней, когда первые проблески просвещенности забрезжили на горизонте человеческой истории. Мы с гордостью представляем вам эту книгу, и надеемся, что она послужит развлечению и совершенствованию граждан нашей прекрасной Империи, которую Зигмар создавал при помощи силы и стали.

Прочтите эти истории, и пусть перед вашим внутренним взором предстанут события давно прошедших времен. Пусть перед вашими глазами пройдет жизнь Зигмара.

Давным-давно, когда земля была куда более пустынной, чем сейчас, а наша Империя была лишь мечтой мудреца, один из волков задрал голову, и из его глотки вырвался дикий вой, заставивший похолодеть сердца всех, кто слышал его. Этот вой пронесся меж деревьев, через долины и холмы, покрытые густым кустарником; от него качались звезды в небе и дрожал воздух. Люди шепотом возносили молитвы своим старым богам, но старые боги не слушали их, а волки подходили все ближе, и вместе с ними шла смерть.

Волк взбежал на вершину холма и посмотрел на простиравшуюся внизу землю. Его стая охотилась неподалеку, розовые языки свешивались из пастей, полных острых зубов, а парок от дыхания поднимался к небу. В лесу под холмом волки заметили несколько мазанок, которые, казалось, стремятся прижаться друг к другу как можно теснее, чтобы сохранить тепло. Из отверстий в соломенной кровле поднимался дымок, мягкий свет струился из кое-как прорубленных окошек и дверных проемов. Блеяли козы, пытаясь вырваться из загона, повизгивали свиньи с поднявшейся дыбом щетиной. Они чуяли опасность и боялись ее. Где-то заплакал ребенок.

Тучи рассеялись, и свет двух лун залил вершину холма. Зловещее сияние Моррслиба — самого таинственного из всех небесных тел — отразилось в желтых глазах волков. Хищники были голодны, и запах жертв заставлял их облизываться в предвкушении.

Коротко рыкнув, волк приказал стае следовать за ним. Прижав уши и задрав хвост, он скачками помчался к затаившейся в страхе деревушке. Кровь быстрее струилась по его венам, от освещенных лунным светом боков шел пар, подобный серому туману, а из пасти капала слюна. В нос волкам ударил запах плоти, и вся стая, порыкивая и лая, начала клацать зубами. Их бег ускорился, лишь деревья слегка замедляли его, и тогда воздух наполнялся звуком мягких шагов. Перед ними лежала беззащитная деревня. А затем хищники замерли, не в силах сделать больше ни шагу.

На тропинке перед ними стоял человек. Он был высок — выше, чем большинство его собратьев, — и широкоплеч. В руке он держал боевой молот на длинной рукояти; спину человека покрывала волчья шкура, волосы его растрепались на ветру. На нем были надеты поношенные бронзовые доспехи. Он был тверд и непоколебим, как скала, спокоен, как сама земля, а его сила, казалось, превосходит все мыслимые пределы. Его лицо было скрыто железным шлемом, забрало которого имело форму головы дикого медведя. Через отверстия забрала было видно, как блестят в темноте глаза человека.

Вожак стаи нерешительно топтался на месте, посапывая и рыча. Наконец, вздернув голову, он коротко взвыл. Его стая, заскулив, бросилась врассыпную и скрылась в ночи. Вожак повернулся и, бросив назад короткий взгляд, побежал вслед за своими волками.

Подул свежий ветер, зашелестевшая листва, казалось, облегченно вздыхает. В деревне люди начали засыпать, животные успокоились, а ребенок перестал плакать.

Воин взошел на холм и, пока он осматривал все окрест, на земле воцарилась тишина. Поселения людей были в безопасности, потому что этой ночью сам Зигмар охранял их.

Случилось так, что король Бьерн, вождя племени унберогенов, человек весьма доблестный и пылкий, и его милая жена Гризельда вскоре после свадьбы зачали ребенка. Пока люди молились и приносили жертвы богам, прося своему королю здорового отпрыска, животик Гризельды округлялся, до времени скрывая новую жизнь. Часто Гризельда спускалась в деревню и говорила со своими подданными — так как была она женщиной сострадательной, и многие любили ее — и благодарила их за призываемые на нее благословения и дары, будь то подношение пищи и одежды или доброе слово и обещание вознести молитву милосердной Шалии.

Король Бьерн повелел устраивать пиры в честь своей жены и будущего ребенка, и много людей веселилось на этих пирах, в отношениях же с богами король был честен и исправно приносил жертвы на их алтарях. Весь народ знал, что ребенок нужен для продления рода короля; мужчина, не способный зачать потомка, считался слабым и не годился на роль вождя.

Шли недели, и волнение становилось все сильнее. Мудрые люди деревни собирались вместе, чтобы обсудить знамения и знаки, свидетелями которых они становились.