Чтение онлайн

– Да кому надо? Здесь, поди, такие, как он, только и бывают – стройка-то заморожена. Ладно, пошли, будем думать, куда наша коровистая птичка улететь успела.

Шаги начали удаляться и вскоре совсем стихли. Ника по-прежнему стояла на выступе, вжавшись всем телом в стену и зажмурив глаза. От напряжения правая нога начала подрагивать, и Ника поняла, что нужно как можно скорее вернуться внутрь, пока она еще может передвигаться. Иначе просто сорвется и упадет вниз. Преодолевая все нарастающую дрожь в ноге, она кое-как добралась до оконного проема, тяжело перевалилась прямо на пол и затихла, ткнувшись лбом в грязный цемент.

Отлежавшись, Ника села и попробовала собрать в кучу ускользающие обрывки мыслей. Необходимо было выбраться из этого здания, добраться до ближайшего травмпункта и разобраться с нестерпимо болевшей рукой. Потом попасть домой, позвонить в редакцию, принять ванну, выпить чего-нибудь расслабляющего и – спать, спать, спать до тех пор, пока сегодняшние события не начнут казаться всего лишь ночным кошмаром. Но… для этого нужно было как минимум оказаться на улице и понять, где она вообще находится, потому что времени рассматривать пейзаж у Ники до этого абсолютно не было.

Сделав над собой усилие, Стахова встала на ноги и осторожно пошла к противоположной стене, где в дверном проеме виднелись деревянные мостки, заменявшие лестницу.

Уже начало светать, первые дворники зашаркали по асфальту метлами, и присутствие людей на улице немного успокоило Нику. Выбравшись через отверстие в заборе с территории стройки, она огляделась и поняла, что находится где-то на окраине Москвы, в районе, название улиц которого ей совершенно ни о чем не говорило. К счастью, на одном из зданий были укреплены часы, и, бросив взгляд на их циферблат, Ника увидела, что до открытия метро еще больше часа. А как раз на метро она возлагала надежды – карточка чудом осталась во внутреннем кармане куртки, а вот денег не было ни копейки. Зато правая рука болела все сильнее, и это очень беспокоило Нику.

Она пошла на звук шаркающей по асфальту метлы в надежде, что дворник окажется хотя бы говорящим по-русски и сможет объяснить ей, как добраться до травмпункта, если он здесь вообще есть. На ее счастье, за углом дома она обнаружила пожилую женщину в униформе, бормотавшую что-то себе под нос. Дворничиха обернулась, услышав шаги:

– Ты чего, девка, в такую рань? Загуляла?

– Я… на меня напали, – проговорила Ника, протягивая вперед сломанную руку, – вы не знаете, здесь есть поблизости травмпункт?

– Есть, – кивнула дворничиха. – Идем-ка, я тебя провожу, а то что-то зеленая ты какая-то, того и гляди упадешь.

Ника приняла помощь с благодарностью – меньше всего ей хотелось сейчас блуждать по незнакомому району в одиночестве.

Они довольно быстро добрались до травмпункта, однако Ника, как ни старалась, так и не смогла запомнить дорогу по проходным дворам и каким-то переулкам. «Ничего, здесь ведь есть телефон, позвоню Ирке, попрошу приехать за мной», – подумала она, немного успокоившись.

Медики встретили ее довольно приветливо – молоденькая медсестра сразу провела в кабинет, а там врач-травматолог долго осматривал Никину руку, качал головой и наконец направил на рентген. В ожидании снимка Ника сидела на кушетке в коридоре и дремала, прижимая больную руку к груди.

Гипс наложили быстро, и Ника попросила разрешения позвонить. Медсестра протянула трубку радиотелефона.

Ирка долго не отвечала – видимо, отсыпалась, но потом все же сняла трубку:

– Стахова, ты смертница, что ли? Знаешь, который час?

– Знаю, прости. Но мне необходима твоя помощь. – И Ника сбивчиво рассказала, где находится. Это мгновенно заставило Ирину проснуться окончательно:

– Какого черта ты там делаешь?!

– Так получилось, – уклонилась Ника, не желая обсуждать подробности по телефону. – Так ты можешь меня забрать? У меня ни копейки денег нет.

– Хорошо, через час подъеду. Попроси, чтобы тебе разрешили посидеть в травмпункте, не смей никуда выходить, слышишь?

– Да, я поняла.

Она вернула телефон медсестре и спросила:

– Я не могла бы дождаться подругу у вас?

– Конечно, – приветливо ответила девушка. – Сегодня такое затишье, совсем нет пациентов. Вы вот тут присаживайтесь. – Она показала на небольшое глубокое кресло у кадки с фикусом. – Хотите чаю?

– Было бы неплохо, – с благодарностью откликнулась Ника, усаживаясь в кресло.

Медсестричка ушла, а через несколько минут вернулась с большой белой керамической кружкой, над которой поднимался пар, и с блюдцем, полным крекеров.

– Вот угощайтесь. И не стесняйтесь, если что-то нужно, мне все равно заняться нечем. Меня, кстати, Женей зовут.

– Очень приятно. Спасибо вам, Женя.

Ника здоровой рукой взяла кружку и с наслаждением сделала большой глоток. Только сейчас до нее стало доходить, чего именно ей удалось избежать. Вряд ли те двое приходили, чтобы дать ей интервью… Кружка заплясала в трясущейся руке, и Ника невольно выплеснула немного чая на колено, но даже не почувствовала боли от горячего.

Дверь травмпункта распахнулась, и до Ники долетел мужской голос:

– Эй, тут есть кто живой?

Стахова вздрогнула – голос показался ей знакомым. Она начала напрягать память, но никак не могла вспомнить, где именно его слышала.

– Поможет нам кто или нет? – гремел мужчина, нетерпеливо постукивая чем-то о бортик высокого поста регистратуры.

– Не нужно так шуметь! – звонким голоском отозвалась вышедшая откуда-то Женя. – Что случилось?

– Мой приятель, кажется, сломал ногу.

– Где это случилось?

– Он охранником работает на стройке, пошел проверить, не расположились ли где бомжи на ночлег, поскользнулся, видимо.

И в этот момент Ника узнала голос – он принадлежал одному из тех, кто совсем недавно охотился за ней в пустом строящемся здании. Она похолодела от ужаса: если эти люди сейчас увидят ее здесь, то все пропало. Вряд ли худенькая Женя и не особенно крупный травматолог смогут ей чем-то помочь. Ника перестала дышать, надеясь, что никому не придет в голову заглянуть сюда, за старый разросшийся фикус.