Зануда
Шрифт:
– А я верю что можно. В конце концов, душевная сущность ничто иное как крошечный осколок ушедшей души. И рано или поздно он точно примет форму и вернётся к жизни. Может все эти внезапно появившиеся монстры, родились из таких осколков, - делилась своими мыслями Пламена.
– Если это так, то лучше взять подобные сущности себе и вырастить верных помощников, чем ждать когда из них появятся новые чудовища.
– А я не против провести такой эксперимент, - поддержал пламену Стоум.
– Будет классно завести питомца, а то и не одного. Говорят из таких душевных сущностей появляются питомцы с нужными качествами для своего хозяина, ведь они развиваются за его счёт.
– Ну вы размечтались, - хмыкнул Бур.
– Да если тут и было что-то подобное, то его уже давно разобрали.
– А вот и нет. Мои духи уже нашли несколько кристаллов души и добрая половина из них с сущностями. Завтра увидите сами, - довольно заявил Дар.
Действительно с самого утра духи Дара начали стаскивать в лагерь всё, что сумели раздобыть ценного на дне выработки. Вот только руды среди найденного было совсем мало, в основном духи нашли десятки камней душ и драгоценности. Кольца, серьги, цепочки, пояса и браслеты, вещи оставшиеся здесь на веки после гибели своих владельцев.
– Ой, что-то мне страшно, - пролепетала Пламена.
– Если страшно, лучше не ходи с нами в низ, - тут же предложил Стоум.
– Оставайся в лагере. Даровы духи много камней душ принесли. Смотри, - Стоум поднял один из них, внутри которого словно что-то живое шевелилось, - здесь полно камней с сущности, тут и школе и нам хватит, ещё и кузнецу останется в уплату.
– Тогда я так и сделаю. Не пойду с вами вниз, - решила девочка и Рада решило последовать примеру подруги.
– Парни, я останусь с девочками, - смущаясь сообщил Бур.
– Только не думайте, что я испугался. Просто мне души не нужны. Не хочу связываться с мёртвыми душами. не знаю почему, но одна мысль о том, чтобы иметь с ними дело, кажется мне отвратительной.
– Тогда ладно, - кивнул Дар и ушел вниз вместе со Стоумом.
Мальчики не меньше часа спускались всё ниже и ниже. И чем ниже они спускались тем гуще и плотнее становился воздух, наполняясь сероватой взвесью, по ка и вовсе не превратился в густой туман в котором растворялся свет.
– Как жутко, - прошептал Стоум.
– Вот уж не думал, что в обычном тумане может и свет и тьма раствориться, словно исчезнуть.
– Ага, этот странный туман сделал всё одинаковым, - согласился Дар.
– Так не должно быть, ты не думаешь?
– Возможно, - согласился Стоум и чуть не наткнулся на спину Дара, который шел впереди и резко остановился.
– Ты чего?
– Чувствуешь?
– спросил Дар и Стоум с удивлением посмотрел на друга. Глаза Дара светились, словно в них пылало голубое пламя. Он смотрел сквозь Стоума, словно тот был стеклянным.
– Они зовут меня, - сказал Дар и рванул со всех ног в белую, густую мглу так быстро, что Стоум не успел отреагировать.
– Стой! Ты куда побежал! Меня подожди!
– попытался догнать товарища Стоум, как вдруг словно ударился о что-то незримое, волнующее.
– Спаси нас! Спаси нас!
– молили чьи-то голоса и мальчик пошел на их зов, позабыв обо всём, - спаси нас! Спаси нас!
– звал кто-то и Стоум шел на зов, пока не наткнулся на стену, словно мираж, выплывшую из белой густой мглы.
Присмотрелся, а перед ним не грунт, а каменная кладка, покрытая плесенью и непонятными надписями. Мальчик приложил руку к старой стене и надписи вспыхнули ярким светом, обжигая его кожу, оставляя выжженный шрам на ладони.
– Мммм, - простонал мальчишка, отдёрнув пораненную ладонь.
– Спаси нас! Спаси нас!
– звал кто-то из-за стены.
Стоум слушал и понимал, руками кладку не разрушить. Достал из сумки свою кирку, размахнулся и со всей сиды ударил по кирпичам. Звук удара поглотила серая мгла, но Стоуму было всё равно. Он усердно колотил киркой по кирпичам и они не выдерживали натиска, рассыпались всё больше и больше пока не рассыпались в крошку. Мальчишка улыбнулся, странная сырая среда глубин котлована сделала своё гиблое дело, испортив прочность кирпичей, потому он так быстро и легко разломал их.
Кирпичи выпали, в кладке появилась зияющая дыра из которой вырвалась энергия смерти. Стоум быстро расширил дыру настолько, чтобы мог пролезть в неё и не долго думая забрался внутрь и обомлел. Это был древний склеп, наполненный мертвецами. Они высушенными мумиями лежали рядами на полках в три яруса, что стояли вдоль трёх стен. У каждой мумии во рту торчал камень. Каждая мумия накрепко была приколочена к лежанке деревянным колом, торчащим из груди. Но мумии не пугали Стоума в отличии от невероятной красавицы, лежавшей в гробу, что стоял на постаменте в центре склепа.
Женщина была словно живая, в её зубы не стискивали камень, из её груди не торчал деревянный кол. Она бла прикована к гробу серебряными цепями и казалось спала.
– Спаси меня, - слышал Стоум голос её разума и медленно подходил к её гробу.
– Возьми под моим изголовьем хрустальную шкатулку. В ней души таких же как ты. Возьми их и возроди наше племя. А меня убей, избавь от мук. Спаси меня.
Голос разума мёртвой красавицы всё просил и просил, принуждая Стоума выполнить просьбу и мальчик осознавал, его воля ещё слаба. Он не может противиться её силе, а потому словно под гипнозом, склонился над гробом, сунул руку под подушку на которой покоилась головой женщины, нащупал внушительных размеров шкатулку и вытянул её. Едва вещь оказалась в его руках, перед его взором, как мёртвая женщина открыла глаза и посмотрела на Стоума.
– Во мне ещё теплится жизнь, - сказал её голос разума.
– Я хранила её для тебя, спаситель рода. Выпусти свои клыки и испей мою жизнь до последней капли.
Шкатулка вырвалась из его рук, взлетела и зависла над потолком, а взгляд красавицы подавил его волю. Он не мог шевельнуться, не мог толком соображать. Лишь чувствовал, чувствовал невероятное возбуждение и умопомрачительную жажду крови. И тут её руки нежно обвили тело ребёнки, притянули к себе и она уткнула его лицо в свою шею. Стоум не мог сопротивляться, выпустил клыки и впился в ярёмную вену. Сладкая, тёплая, ароматная жидкость плеснула ему в рот и он жадно сделал глоток.