Чтение онлайн

Корабль содрогнулся, точно шхуна, напоровшаяся на мель, и тут же вновь продолжил движение. Звезды на экране резко изменили положение, небо стало совсем другим.

–  Прыжок сделан!
– закричал Билли.
– За нами - никого, мы одни!

–  Вырвались, - 'вздохнула Граундер.

–  Пока - да.
– Харкорт знал, что расслабляться еще не время.
– Барни, рассчитай курс на следующую точку прыжка. Кто их знает… Они могут вынырнуть в любую минуту, надо уходить.

–  Готово, капитан!

–  Понял. Старшина! Повреждения?

–  Через точку прыжка мы проскочили благополучно.
– Кориандер внимательно оглядела свои приборы.
– А до этого… Есть кое-что. Снаряд прошел насквозь, пробоина в центральной части корабля.

–  Я поставила заплату, - откликнулась Лорейн, - но долго она не продержится.

–  Это и не нужно.
– Кориандер взяла сумку с инструментами и направилась к люку.
– У меня свои методы.

–  Не спускай глаз с экрана, Билли, - сказал Харкорт.
– Похоже, у них тут нет перехватчиков, иначе они бы нас уже атаковали, но все же…

–  Теперь-то они уж точно здесь их разместят, готов поспорить, - ответил Билли, внимательно следя за экраном.

–  Вы в самом деле думаете, что они еще могут нас догнать?
– спросила Граундер. Харкорт пожал плечами:

–  Всегда нужно настраиваться на худшее, чтобы потом не сесть в лужу, верно, старший лейтенант? Тебе это известно так же, как и мне.

"Пусть будут заняты делом, - подумал он, - а не горькими мыслями о храброй молодой женщине, которая погибла, выполняя свой долг, и не угрызениями совести из-за того, что они могли бы более дружески вести себя с ней".

Однако его собственную душу саднило острое чувство вины. Противясь ему, он напомнил себе, что тоже всего лишь выполнял свой долг. Он и выполнил его, но вот уберечь ее от смерти не удалось. Ладно, по крайней мере, погибла она не зря. Что бы ни оказалось на By кар Таг, столь ревностно охраняемое врагом, командование найдет способ использовать это против них. На память ему пришли строки Киплинга:

О, килратхи, без сомнения, были самые настоящие воры - они лишали людей всего: чувств, мыслей, жизни, наконец. И все же рано или поздно расплата за смерть Рамоны настигнет их.

Да, он верил: они не уйдут от расплаты.

Получив разрешение, капитан третьего ранга Ясон Бондаревский, по прозвищу "Медведь", развернул свой "Феррет" и пошел на посадку. Авианосец, к которому он направлялся и на котором ему предстояло служить, совсем недавно введенный в состав флота, носил гордое имя "Тарава", о чем сообщали сияющие буквы на его бронированном носу, и вид его не произвел на Ясона ни малейшего впечатления.

"Конкордия" - вот это авианосец! Именно туда адмирал Толвин перевел Ясона после бунта, возникшего на его прежнем корабле, "Геттисберге". Человеческие потери в двух последних кампаниях были огромны, вот почему оставшиеся в живых быстро продвигались по служебной лестнице. Однако Ясону и не снилось, что в своем "зрелом" возрасте - двадцать пять лет!
– он будет возглавлять целое крыло на борту авианосца… но какой, к чертям, это авианосец?

Маньяк разразился издевательским хохотом, услышав о переводе на новый корабль.

–  Что, к шуту, ты называешь авианосцем? Транспортная шаланда, которая может стать братской могилой, вот что это такое, - заявил он, и Ясон не мог с ним не согласиться.

Еще при подготовке пилотов на "Конкордии" без конца обсуждались достоинства и недостатки кораблей типа "Таравы". Их поспешно разработали специально для того, чтобы хоть как-то заткнуть дыры, возникшие в результате тяжелейших потерь последних кампаний. На девяти транспортных кораблях, уже на три четверти завершенных, были прекращены сборочные работы, и их в срочном порядке переоборудовали в авианосцы прикрытия. Ясону хватило одного-единственного взгляда, чтобы убедиться в полном идиотизме этой затеи.

На корабле имелась всего одна палуба для взлета и посадки, запасная отсутствовала - легко можно было представить себе, что произойдет, окажись она под обстрелом. Излюбленная тактика килратхов в этом и состояла - разрушив полетную палубу, сделать целый еще корабль беспомощным и потом спокойно добить его. У "Конкордии" было две взлетных палубы, но когда однажды при внезапном нападении обе они оказались разворочены, корабль едва не погиб. В последнюю минуту его спас Феникс со своим напарником, с трудом, но все же прорвавшиеся с соседней базы. В соответствии с требованиями новейшей конструкторской мысли на авианосце должно быть три, даже четыре взлетных палубы. И вдруг какой-то кретин, который всю жизнь отсиживался в штабе за чужими спинами, вылезает с предложением, что, дескать, ничего страшного, можно обойтись и одной!

Пролетая над кораблем, Ясон на мгновение оторвал взгляд от приборов, чтобы взглянуть на наружное оснащение "Таравы". На носу была смонтирована тяжелая четырехствольная нейтронная пушка, явно снятая с какого-то транспортного корабля и державшаяся просто чудом. По обе стороны взлетной палубы были укреплены гравитационные орудия среднего калибра. Заходя на посадку, он увидел две лазерных установки и несколько ракетных, расположенных вдоль нижней части корабля.

Оставалось лишь надеяться, что сами установки - новейшей системы, позволяющей за две секунды выпустить до десятка самых современных противоторпедных снарядов.

При посадке Ясон зацепил опору, ударившись о нее правым маневровым двигателем. Проклятая посадочная полоса оказалась узкой, прямо как игольное ушко. До полной остановки приходилось следить за каждым своим действием, он отвык от этого на "Конкордии" и теперь испытывал раздражение. Здесь было слишком тесно, одно неосторожное движение - и ты чтонибудь задевал.

Да, не так он представлял себе первое появление на авианосце в качестве нового командира крыла. Подумав об этом, он тут же разозлился на себя. Нашел о чем беспокоиться, будто у него нет других забот!