Выбор
Шрифт:
«Двадцать».
«Нет. Тридцать».
«Вам мало двадцати тысяч франков?!»
Ни тени смущения в ответ.
«Нас будет работать трое. Поэтому — тридцать».
«Хорошо, пусть будет тридцать. Доплачу вам из своего кармана, Маршал».
«Перестаньте, Сокол! Я уже знаю, что вам было разрешено заплатить ПЯТЬДЕСЯТ! Так что мы еще сэкономим вашей компании целую кучу денег».
Ч-ч-черт!!! Откуда он все знает?! Взломщик хренов! Не-е-ет! Надо срочно менять коды доступа в систему компании! И ставить более надежную защиту!!!
«Со мной, Сокол, вы будете контактировать в самых особых случаях. Встречаться мы с вами больше не станем. Вы будете видеться и общаться только с моими людьми. Они будут с вами работать. Но под моим руководством».
«Сколько их?»
«Двое. Мужчина и женщина».
«Кто именно?»
«Это два очень опытных взломщика. Синичка и Хорек. Они не подведут».
Целый зоопарк, с неудовольствием думаю я. И вдруг почему-то вспоминаю, как мне показалось, что старший из тех двоих мнимых аибовцев назвал своего товарища хорьком. Вполголоса назвал, с презрительной усмешкой. Я и сам иногда использую это слово для определения въедливого и занудливого человека. Хорька, одним словом.
Скорее всего это мне просто почудилось или же было простой случайностью. Но за последние два дня на меня уже столько этих случайностей вывалилось, что я каждую из них готов был воспринимать как намек на новые неприятности.
Я немного подумал и набрал вопрос:
«Их настоящие имена?»
«Зачем вам?!»
«Я хочу навести о них справки. Я хочу знать людей, с которыми работаю».
Небольшая пауза. Затем на экран вновь высыпали буквы:
«Это не принято. Так не делают».
«Теперь делают», — ответил я.
Снова пауза.
«Нет, Сокол! Иначе мы с вами не работаем!»
«Вы ошибаетесь, Маршал. Мы работаем. Но мне нужны их имена. У меня есть на то свои причины».
«Для этого не может быть причин! Взломщики не сдают друг друга! Особенно при таком раскладе, как сейчас: я — начальник, они — подчиненные!»
«Причина есть, Маршал. И очень веская».
«Какая же?»
«Убийство».
Пауза. Долгая, секунд двадцать…
«Чье именно?»
«Мое».
Снова пауза. Чтобы переварить этот бред, Маршалу потребовалось уже около минуты.
«Поясните, Сокол».
«Меня уже дважды пытались убить».
«Удачно?»
Хохмач хренов…
«Не острите, Маршал. Мне не до смеха. Я не собираюсь работать с людьми, о которых ничего не знаю».
Снова пауза. Опять около минуты. Вот зараза! Деньги же уходят!!!
«Вы не уснули там, Маршал?» — интересуюсь я.
«Вы обещаете, что не будете применять к ним никаких санкций? Слежка, арест и т.п.?»
«Да».
«Хорошо, я дам вам их имена. Остальное выясняйте сами. Но запомните, Сокол! Если вы не сдержите своего слова, ваша компания будет гореть огнем! И пожар начнется с вас!»
«Согласен».
«И не говорите им, что эту информацию вы получили от меня!»
«Согласен».
«Хорошо. Синичка — Синтия Тейлор. Хорек — Майкл Никифоров. Но я вам этого не говорил! Запомните! И не проколитесь! Обращайтесь к ним, как к Синичке и Хорьку!»
Теперь уже пауза возникла по моей вине. Прошло секунд сорок, прежде чем я смог набрать следующий вопрос:
«Когда и как они со мной свяжутся?»
«Завтра утром. В 8.30. По этому же адресу. Комнату опять откроете сами».
«Понял», — набрал я и вышел из ВЭС.
Ни черта я не понял, подумал я про себя…
Глава третья
Утро 16 марта я провел в ожидании. Как я и предполагал, ожидание это оказалось бесполезным. Я честно включил свой «чемоданчик», вышел в ВЭС, открыл комнату по прежнему адресу и принялся ждать. Помня о том, что накануне Маршал заявился на связь тютелька в тютельку, все это я проделал уже в двадцать пять минут девятого. И прождал я так до пяти минут десятого. После чего моя телефонная карточка, на которой до этого оставалось еще больше четырех франков, приказала долго жить, и я со вздохом вышел из ВЭС.
Ни Синичка, ни Хорек на связь не вышли. Не вышел на связь и сам Маршал, хотя я на это очень надеялся. Ведь он потерял двух своих людей, и поэтому вся операция оказывалась под угрозой срыва. А операция эта была не только моя, но и его. И деньги за ее выполнение он мог бы получить немалые, что бы он там ни говорил и как бы ни воротил нос. Я был почти уверен, что Маршал наверняка побеспокоится, однако этого не произошло. Нет, что-то тут не то!
Или он как-то узнал, что именно я причастен к этим убийствам (правильнее было бы сказать, что это моих рук дело!), или он и сам уже… М-да-а-а… Что же теперь делать?
Я быстренько оделся и сбегал в ближайший магазин за телефонными карточками. Продавец обалдел, когда я попросил у него пять штук по пятнадцать франков.
Спать мне хотелось неимоверно — этой ночью мне удалось вздремнуть от силы часа два, а предыдущую ночь я вообще не спал. Но не мог же я возвращаться в Москву с пустыми руками! Что я скажу Сергею моему Антоновичу? Что один резидент вообще не ответил на пароль, а второй ответил, но потом бесследно исчез?
Я сердито покосился на две одинаковые книжечки программ кинотеатров, купленные мною у портье.
Одну — у старого, вторую — у молодого. И ни от одного, ни от другого портье отзыва на свой пароль я не получил. Видимо, наш человек здесь уже не работал. Или, может быть, он просто не захотел выходить на связь. Это маловероятно, но проверить не мешает. С этого и начнем, подумал я, загружая в ЭВМ номер первой карточки…
«Западная Империя, Английский департамент, Лондон, гостиница „Веллингтон“, обслуживающий персонал, изменения в составе коллектива, 2001 год».
«Код доступа», — возмущается справочная ВЭС.