Всего лишь каприз
Шрифт:
Гейб проклинал все на свете. Он бросился в воду за псом, надеясь, что того отнесет волной назад. Гейб стоял по грудь в воде, с трудом удерживаясь на ногах, борясь с подводным течением, надеясь, что собака все-таки вернется.
Надвигалась новая волна. Не имело никакого смысла плыть псу вдогонку. Гейб знал, что у него не хватит сил сразиться с бушующей стихией. Теперь вода достигала его бедер. Подкралась очередная волна, и наконец он смог рассуждать здраво.
Ему на помощь пришел Фил Хамер, придирчивый продавец из местного супермаркета. Он услышал полные отчаяния крики на берегу и решил утешить Гейба. Но никто не сможет утешить его, если он потеряет Коняшку…
Гейб выведет лодку в море! Попытается найти его.
Но в такую ночь выйти в море одному…
— Чем я могу помочь тебе? — пробормотал Фил.
— Ничем, дружище, — сказал он мрачно. — Мне поможет только чудо.
Никки оставила фары машины включенными, чтобы они освещали вход в порт. Она вышла на пристань и остановилась в светлом пятне от фар, чтобы тот, кто находился в лодке, выходящей в море, смог ее заметить.
Дул сильный ветер, луна пряталась за грозовыми облаками. На какой-то ужасный миг она подумала, что упустила его. Но вдруг из темноты показалась «Леди Нэлл», и она начала кричать:
— Гейб! Гейб!
Он не смог бы не заметить ее. Истерически кричащая женщина у входа в бухту. Машущая руками так, словно тонет.
Но Гейб не поменял направления движения.
— Гейб! — Она вложила в свой крик всю мощь, на которую была способна.
И лодка развернулась. И подплыла к ней.
— Погода просто ужасная. Ты не можешь… — прокричал он, но подплыл достаточно близко для того, чтобы она рискнула прыгнуть.
И она прыгнула. Прыгнула на такое расстояние, что любой олимпийский чемпион мог бы позавидовать ей. Она пошатнулась, схватилась за поручень и опасно склонилась над бортом… Гейб поддержал ее, не дав упасть, резко притянул к себе и фактически затащил в рулевую рубку.
— Какого черта? Ты чуть не убилась. Из всех глупостей…
— Почему ты не подплыл ближе?
— Тебе нельзя быть здесь. Надвигается шторм.
— Ты собирался выйти в море без меня?! Чтобы найти моего пса? — Она уже кричала.
— Это я потерял его, мне и искать.
— Это мой пес…
Гейб крепко прижал Никки к себе. Она покорно уткнулась в его широкую грудь и почувствовала себя защищенной благодаря его мощи и силе. Лодка направлялась в открытое море.
— Я не могу рисковать тобой, — прошептал Гейб.
Никки резко отстранилась и с силой ударила его кулаками в грудь, снова начиная кричать:
— Кто дает тебе право решать, что делать?!
— Я потерял…
— Нет, не ты! Коняшка сам потерялся. Он — сумасшедший бездомный пес, который никак не определится, кому принадлежит его сердце. Я одна во всем виновата. Я не должна была покидать его. Не должна была выходить из себя! — Она вновь стукнула его кулаками. — Так что не смей указывать мне, могу я или нет рисковать вместе с тобой. Мы отправляемся на поиски вместе!
Он снова крепко сжал ее в своих объятиях.
— Мы не найдем его, — покачал Гейб головой. — Давай смотреть правде в лицо.
— Но мы можем попытаться. Вместе.
— Лучше бы ты позволила мне сделать это самому.
— Лучше для кого? Мы оба любим Коняшку, поэтому будем искать его вместе.
Энджи проследила за уезжающей Никки и сразу бросилась к телефону. Не стоило ожидать, что старушка спокойно отправится в постель, когда жизнь Коняшки была в опасности.
Банксия-Бэй был крошечным городком, по сути, рыбацкой деревней. На Гейба работала половина местной рыболовной флотилии, и в этом городе жили их семьи и друзья. Кроме того, город насчитывал немало собачников. Ей всего лишь надо было кинуть клич.
Сначала она позвонила Генриетте:
— Сделай пару звонков. Расскажи людям о том, что случилось. Свяжись со шкиперами других лодок. С членами экипажей.
Затем Энджи позвонила Раффу — местному шерифу и приятелю Гейба. Ей не пришлось его долго убеждать.
— Я позвоню в Вэйл-Кэйв. — Рафф был, как всегда, лаконичен. — Гарри из вертолетной поисковой бригады задолжал мне, и не раз. Если у них есть свободный вертолет…
— Сегодня будет шторм, Рафф, а дело касается всего лишь пса, — уточнила Энджи, решив, что должна напомнить ему о фактах.
— Дело касается пса Гейба, — сказал Рафф. — Жители этого города мечтают оказаться полезными Гейбу на протяжении долгих лет, но он не подпускает нас близко к себе. Ты считаешь, мы можем упустить сегодняшний шанс?
— Речь идет о собаке Никки, — уточнила Энджи.
— Это одно и то же! — резко бросил Рафф.
Гейб приблизительно представлял, в каком направлении унесло Коняшку, но в темноте, в разволновавшемся море…
Безнадежно.
Но он должен попытаться! У них остается в запасе часа два, прежде чем разразится настоящий шторм. Она стояла на палубе и отчаянно вглядывалась в лучи прожекторов, освещавших темную воду.
Коняшку носило сейчас по бурным волнам, потому что он решил, что Никки отправилась в море. Пес провел три недели рядом с Никки и отдал ей свое сердце без остатка.
А вот он сам…
Сегодня вечером он отступил. Он отправил ее одну ночевать в ее часть дома. И потом, когда Никки появилась на его пороге, похожая на мокрую крысу, на разъяренную фурию, он стоял как последний идиот и слушал ее крик. И позволил ей оставить ему собаку. Позволил уехать.
Ему очень хотелось прижать ее к себе, прямо сейчас, но он должен был оставаться за штурвалом.
Позвать на помощь?
Конечно. Позвонить в город и сказать: «Выходите на улицу, ребята, рискуйте своей жизнью в штормовую погоду, чтобы спасти собаку».