Чтение онлайн

Я вновь посмотрела вниз, не глядя на него, не глядя на небо.

Как только мой взгляд сосредоточился на виде прямо под вертушкой, моё дыхание сделалось натянутым.

В моей груди и горле поднялась тошнота, которая лишь ухудшалась по мере того, как я пыталась дышать. Я хотела отвернуться, оторвать взгляд от пейзажа, развернувшегося за водой, но не могла. Я не могла думать, не могла сдержать хриплых вздохов. Я не могла отвернуться. Часть моей реакции могла быть вызвана наркотиками, но если честно, в своём сознании я могла видеть лишь Ревика.

Не будь я заперта, я могла бы рвануться в открытую дверь, с цепями, ошейником и всем остальным. Я всё равно боролась с оковами, даже зная, что это тщетно. Даже зная, что я ни на что не способна, я не могла сдержаться.

Захныкав почти невольно, я стала стараться ещё сильнее, пытаясь высвободиться.

Гигантская стена воды шла к окраинам города со стороны Атлантики. Она уже миновала мост.

Я наблюдала, как она приближается к Статуе Свободы и Губернаторскому острову, и она выглядела выше самой бронзовой Леди Свободы. Сдерживающие поля, обрамлявшие землю по обе стороны, начали замыкать и отказывать, поскольку волны, должно быть, накатывали огромные, но они просто выглядели маленькими, разбиваясь о них и перелетая через искрящие стены.

Что касается самого Манхэттена, вода отступала от берегов пугающими темпами, уровень опускался так низко, что я видела рыбу, трепыхавшуюся на месте прежних рек, затонувшие лодки и корабли, которые теперь оказались на суше. А те судна, что были привязаны, натянули верёвки и цепи, поскольку отлив пытался утащить их в море. Некоторые цепи и верёвки лопались, и лодки уплывали. Некоторые корабли сели на илистое дно Нью-Йоркской гавани или свешивались с пирсов.

Я наблюдала, как эта стена воды направляется прямиком к Манхэттену, и знала, что Ревик находился в подвале. Знала, что совершенно ничего не смогу поделать.

Издав вскрик, я посмотрела на Касс, всё ещё пытаясь высвободиться, пока охранники Чёрной Стрелы настороженно наблюдали за мной. Касс лишь улыбнулась, прислонившись к мягкому сиденью, и прищуренным взглядом смотрела на тот же вид.

— Круто, — сказала она. — Совсем как в кино. Верно, Элли?

Я могла лишь смотреть на неё, будучи не в состоянии говорить, не в состоянии думать в те несколько секунд перед тем, как мой взгляд вернулся к окну.

Как только это произошло, я не могла оторвать глаз от горы воды, направлявшейся к нижнему Манхэттену. Я никогда в жизни ничего такого не видела — а может, даже в фильмах. Это обладало своеобразной грацией, пусть даже из-за одной лишь неудержимости. Волна шла к нижним берегам Манхэттена, не замедляясь и вообще не меняя траектории.

А направлялась она прямиком туда, где находились практически все мои близкие люди в мире.

Я по-прежнему наблюдала за этим, когда Касс усмехнулась, хмыкнув и поудобнее устроившись на сиденье напротив меня.

— Здесь скоро всё станет намного скучнее, Эл, — сказала она.

Когда я перевела взгляд, все ещё пребывая в смятении и испытывая тошноту, она снова усмехнулась, с радостной улыбкой заметив моё выражение лица.

— Лучше тебе привыкнуть к этому, Элли-птичка, — сказала она, похлопав меня по колену ладонью. — Мы же Апокалипсис, верно? Разве ты ещё не изучила священные тексты? Спустя всё это время? — она фыркнула, глядя на накатывающую волну и скрестив руки. — Пришло время тебе и твоему муженьку отойти в сторону и дать дорогу кому-нибудь другому. Этому твоему хренову «мягкому пути» пришёл конец, сестрёнка.

Я могла только таращиться на неё, будучи не в состоянии придумать ответ.

И всё же от моего внимания не ускользнуло, что она наслаждается этим.

Она хотела, чтобы дерьмо попало на вентилятор.

Она хотела, чтобы мир развалился на куски. Она хотела землетрясений, цунами, ураганов, ядерных бомб. Для нее это все восхитительно.

При этой мысли тошнота в моём нутре усилилась.

Мой взгляд вернулся к окну в тот самый момент, когда волна плавно вздыбилась над Манхэттеном.

А я могла лишь смотреть.

Врег бежал по пустой улице, за ним по пятам следовали Джораг, Ниила, Локи, Джакс, Иллег и Оли. Все крепко стискивали в руках винтовки, снятые с предохранителей.

По Пятой и Четвертой Авеню окна были разбиты. Пепел пожаров покрывал участки дороги; фасады нескольких кирпичных зданий, которые они миновали, закоптились. Судя по дыму, чернившему края разбитых витрин магазинов по обе стороны дороги, кто-то использовал эти места в качестве убежищ — наверное, чтобы укрыться от дождя.

Врег заметил, что особой популярностью пользовались магазины мебели, клубы и рестораны, за ними шли магазины одежды и кофейни.

Воздух пах дымом даже сейчас, при дожде и сильном ветре. Дождь как будто смывал дым со стекла и цемента и загонял его в лёгкие Врега на каждом вдохе.

Они видели мало людей. Большинство тех, кого мельком приметил Врег, исчезали в тени сразу же, как только замечали их вооружение.

И всё же в последние десять минут или около того улица сделалась зловеще тихой.

Он слышал всё те же уличные звуки — по крайней мере, создаваемые людьми.

Он слышал гудки машин, отдалённые крики, время от времени вещание новостного канала, воспроизводимого благодаря припасённой батарее или солнечному генератору. Ветер оставался громким, завывал между зданий, иногда заносил дождь на них и их окружение резкими барабанящими каплями и стуком.

Каждые несколько минут он также слышал выстрелы.

Они обошли силы СКАРБа и полиции Нью-Йорка, которые засекли снаружи отеля. Они держались вне поля зрения и в пределах мобильной конструкции, которую Адипан организовал с инженерами «Арка», основываясь на тех ли иных портативных электрических полях и специальной конструкции в отеле. В любом случае, Врег был практически уверен, что их не заметили ни в Барьере, ни во плоти. В тот единственный раз, когда флаер приблизился к их местоположению, Джораг сумел пресечь его сигнал прежде, чем он запечатлел их на камеру.

Вскоре после этого Оли сбила его выстрелом.

Нет, тишина происходила из чего-то другого — чего-то менее осязаемого.

Врег чувствовал это всякий раз, когда это вибрировало в его aleimi. Он ощущал угрозу так же явственно, как её, похоже, ощущали птицы; он наблюдал, как они густыми стаями пролетали между зданиями, направляясь на север так, будто их гнал какой-то гигантский коршун.

Он попытался ощутить Джона, но не смог.

В его груди зародилась тошнота. Он резко остановился, подняв ладонь, чтобы другие встали вместе с ним. Команда застыла, наполовину оставаясь в тени у тротуара.