Чтение онлайн

Я не ответил. Я смотрел вниз через окно. Силуэт города в красных и бронзовых красках казался вырезанным острым ножом. Неотвратимый бег времени привел мои мысли в порядок. Я подумал о том, как далеко зашел: какая часть моей жизни, моей вселенной останется за этим моментом, не пытается ли меня опрокинуть наземь глухая сила судьбы. Наконец я повернулся к Перримиду.

— Скажи мне, что я не ошибался, — попросил он.

— Насчет меня — нет, — произнес я осторожно. — Я не могу ничего сказать насчет Тау.

Он окинул меня долгим, тяжелым взглядом, и я не мог даже предположить, что лежало за ним.

Правительственный центр Тау Ривертона располагался на дальнем конце города, так далеко от Фриктауна, насколько было возможно, оставаясь при этом частью Ривертона. Было ли это просто совпадением? Комплекс смотрелся влитым в землю, его силуэт разделял свет на ненастоящие радуги.

Длинный шпиль вздымался вверх, увенчивая строение из плексигласа, на его конце была прозрачная шишка. Модуль высадил нас на плоскую верхушку этой шишки. Даже легкий ветерок не прикоснулся к нам, когда мы вышли, — все пространство вокруг этой твердыни было защищено энергетическими полями.

Перримид повел меня к точке, находящейся неподалеку, окруженной кольцами, словно мишень. Что-то, поджидавшее там, протащило нас сквозь иллюзию плотной поверхности вниз.

Мы ступили на круг, окруженный прозрачной стеной. За стеной простирались радужный комплекс под нами и идеальная симметрия Ривертона вдали. Наверняка это должно быть напоминанием всем важным персонам, собирающимся здесь, что они находятся в мире Тау. Здесь, стоя на вершине, будучи безнадежно подвешенным в воздухе, даже я мог осознать, каково это — быть главой правления Тау…

Я перевел взгляд на шишек корпорации, уже ожидавших на своих местах вокруг стола за окном-стеной.

Среди них был и Боросэйж. Он смотрелся там так же к месту, как кусок дерьма на праздничном столе. Так же не к месту внезапно почувствовал себя и я. Санд тоже был тут. Имитация человеческого существа у него получалась куда лучше, когда он был окружен полудюжиной правящих особ. Моя память отметила джентльмена Кенсо, главу правления Тау, и парочку других, представленных мне на приеме. Однако леди Гиотис Бинта, представителя Дракона, я не увидел.

Уж не знаю, то ли леди покинула планету, то ли ее решили не посвящать в насущные проблемы Тау. Кейретсу обычно не вмешивалось в отношения между корпорацией и ее гражданами. Такая же незримая завеса обязанностей и обязательств окружала межзвездные «семейные» картели, подобные Дракону, с сотнями принадлежащих им мирами корпорациями.

Преданность вассальной корпорации, подобной Тау, давала ей доступ к практически неограниченной системе поставок по всей сети Дракона. В ответ Дракон требовал абсолютной лояльности. Если ситуация, в которой оказалась Тау, пойдет опасным путем, и ФТУ наложит на нее санкции, то вовлеченные в это дело люди потеряют членство в правлении Дракона. Тау станет рукой, отрезанной ради спасения всего тела.

И если Тау не сможет или не захочет пожертвовать собой добровольно, то Дракон заставит корпорацию сделать это, когда найдет необходимым, чтобы сохранить извращенную честь Дракона незапятнанной.

Я снова посмотрел на Санда. Хорошим знаком является его присутствие здесь или плохим?

Мы пересекли раздражающе пустую территорию, чтобы подойти к столу. У меня возникло впечатление, что другого подобного места нет во всей башне. Перримид произнес принятые приветствия от своего лица и извинения — от моего, обращаясь ко всем присутствующим. Меня удивило то, что около половины сидящих за столом на самом деле здесь не было. Члены борта присутствовали в виде виртуальных голографических изображений, их настоящие тела были где-то в другом месте. Я бы узнал об этом, едва войдя, если бы мои пси-способности оставались при мне. А сейчас я мог лишь догадываться об этом, заняв место рядом с одним из них. По нему пробежало мерцание, когда он повернулся, чтобы взглянуть на меня, выражение его лица было таким же осторожным, как мое, хотя, возможно, он находился сейчас на другой стороне планеты. Я слышал, что для человеческих глаз подобные эффекты остаются невидимыми.

На столе рядом с моей рукой лежал букет цветов. Я думал, что он играет декоративную роль, пока не увидел, как Санд взял цветок и съел его. Нереальный человек, сидящий рядом со мной, сделал глоток из невысокого стакана, не существующего в моей реальности.

— Мы собрались здесь конечно для того, чтобы обсудить проблемы гидранов и как Тау будет с ними разбираться, — сказал Санд, открывая собрание без особых церемоний. Меня удивило, что он сделал это вместо Кенсо, хотя, возможно, в этом не было ничего удивительного.

— Тогда что он тут делает? — потребовал объяснений человек, имя которого, как я помнил, было Ситан, указывая на меня.

— Он общается с гидранами-террористами, — сказал Боросэйж торжествующе. — Как я и докладывал вам.

Я выругался про себя.

Санд подарил Боросэйжу такой взгляд, что тот заткнулся.

— Обратитесь к своей базе данных, леди и джентльмены борта. Кот работает на меня. Я взял инициативу в свои руки, как только Тау потребовался человек, с которым будут говорить террористы. Кажется, они… косо смотрят на ваших людей из Службы безопасности. И как только районный администратор Боросэйж доказал, что не может по-настоящему вести расследование похищения ребенка… — Он позволил каждому по-своему закончить фразу. — Я верю, что прошлой ночью Кот достиг настоящего успеха. Прошлой ночью? — уточнил он, пронзив меня своим зеркальным взглядом, когда я не ответил.

Мое лицо оставалось бесстрастным, я пожал плечами, не зная, насколько они в курсе, где я был прошлой ночью и чему научился, когда Мийа… до того, как она… — я отогнал мысли о ней. Если бы Санд знал все, то я бы сидел сейчас в тюрьме Боросэйжа, а не на этом собрании.

Я попытался думать о Джеби: мальчик был завязкой всего этого. Но в свете нового дня я понял, что не могу быть уверенным, кому помогу, кому причиню вред, если сейчас раскрою рот.

— Несколько членов ДНО вышли на контакт со мной…

— Как они узнали, как найти тебя? — спросил Боросэйж.

Нахмурившись, я поднял на него глаза. Я занял место как можно дальше от него, но все равно четко видел его руки.

— Я не знаю этого, — ответил я, уставясь на свое искривленное отражение на шлеме вокруг его глаза. — Думаю, они прочитали мои мысли.

— Ты не думаешь, что это связано с твоим визитом к ойазин? — спросил Санд, слишком неожиданно. Глаза Боросэйжа проедали во мне дыры.

— Нет, — сказал я, помня, что не стоит ничему удивляться, помня, что с того времени, как я надел ленту данных, я не могу даже сходить по нужде, чтобы об этом кто-нибудь не узнал. — Она не имеет к этому отношения. Она просто старая женщина.