Чтение онлайн

Всё вокруг, даже строгий отец, скупой на похвалу и скорый на расправу, отмечали способности Ратимира, как талантливого правителя и военачальника. Прославляли его заслуги на благо Склавинии. Но сам он, в тайне, вовсе не для Святограда старался и не для отца, а для себя. Знал, что однажды Тартария станет его родовой вотчиной. Вот этот день и настал.

А братья пусть себе грызутся за столицу. Борьба там предстоит нешуточная. Так что, им теперь не до него будет. Стало быть, пока они не опасны. Ну а с тем из них, кто, в конечном итоге, возьмёт верх и сядет на Каганский престол, тогда и можно будет выстраивать отношения. Но это уже дело будущего, возможно весьма отдалённого. Есть время подготовиться и собраться с силами, чтобы отстоять свою независимость.

Князь в возбуждении прошёлся по опустевшей палате. Ещё несколькими минутами назад, кипевшая страстями, теперь она казалась такой большой, пустой и холодной. Ему не хотелось сразу идти в трапезную. Нужно было успокоиться и взять себя в руки, чтобы предстать перед всеми домашними спокойным и уверенным в своих силах.

Он механически поправил сдвинутые в беспорядке лавки, затворил широкую двустворчатую дверь на террасу и сложил разбросанные по столу печати в небольшой холщовый мешочек-калиту. «Пора идти в трапезную, - подумал он, - Семья небось уже заждалась».

Неожиданно скрипнула входная дверь. Ратимир обернулся. На пороге стоял невысокого роста седобородый старец довольно плотного сложения, в просторных серых одеждах и таком же сером колпаке на голове. В руке он держал массивный посох с тяжёлым навершием. Его большие светлые глаза излучали глубокий ум и какую-то спокойную уверенность. Остановив свой цепкий взгляд на могучей фигуре князя, он вдруг сдержанно улыбнулся:

– Рад приветствовать тебя, светлый княже! Давно не виделись. Дело у меня к тебе.

* * * * *

Глава 44.

– Да ты видать ранняя пташка, друже, - тихо пробасил кто-то за спиной Благояра, - Дружки то твои, небось ещё на лавках храпят, а ты вот уже по двору гуляешь.

Резко обернувшись, столичный дружинник оказался лицом к лицу с огромным Будаем. Первый боярин внимательно изучал его лицо цепким взглядом.

– Любопытство вельми разобрало? – улыбнулся Будай, - Что же, бывает…

Застигнутый врасплох, Семён несколько растерялся. Он не знал, как и поступить в этой щекотливой ситуации. Он чувствовал себя так же, как много лет назад, когда ещё совсем зелёным пацаном лазил в колхозный сад воровать яблоки да попался сторожу, который надрал ему уши и отвёл к родителям. По итогу – он был ещё и выпорот отцом. Повезло тогда, что сторож не сдал его в милицию и его не поставили на учёт в детскую комнату, как малолетнего преступника. А то не состоялась бы, наверное, его военная карьера. Вряд ли бы после этого он поступил в военное училище. Тогда всё для него закончилось лишь отцовской поркой.

– Что это?! – смог лишь изумлённо выдавить он, глядя вслед удаляющимся возам.

– А, это?
– небрежно кивнул Будай в сторону возов. – Это – княжеское правосудие.

– Правосудие? – удивился ещё больше Благояр.

– Сказано ведь - так и есть, - ответил Будай, - Вчера, по утру, ещё до вашего приезда, вершил здесь князь свой суд над изменниками и приговорил их прямо тут, на княжеском дворе.

– Так откуда же им взяться изменникам то? Война что ли была тут какая? Кому они изменили то?

– Как откуда? Из Стар-града, вестимо! А свои и без войны зачастую хуже лютых ворогов бывают. А кому изменили спрашиваешь? Так вестимо кому – князю и его воле княжеской.

– Да? И в чём измена то сия стала?

– Видишь ли, друже, не всем в Стар-граде угодна крепкая власть. Вот и некоторые тамошние «верхние» людишки задумали рассорить князя с союзниками его верными – сунеями, кои вместе с княжеской дружиной порядок строгий держат в городе и окрест него.

– А зачем им это? – продолжал выпытывать Благояр.

– Привыкли они больше к вольнице разгульной, да своевластию. А княжеская строгость им не по нраву. Вот и решили злую смуту учинить – натравили лапотников неразумных. А те пустоголовые, сперва опоили допьяна, а после убили подло нескольких мужей из дружины Агонара. Думали, ярл после этого от обиды сей осерчает и отложится от князя Яромира.

– Да, припоминаю. Мы ведь сперва заезжали в город, на «Яромирово дворище», да не застали там князя. Дворовые холопы нам и сказали, что уехал он в Любово. Потому то мы сюда и направились. Целый день зря потеряли. Только вот они поведали другую историю. Сказывали, что сунеи те сами напились до пьяна и бесчинства стали всякие в городе учинять.

– А ты больше всяких смердов да холопов слушай, ещё и не то узнаешь, - глаза боярина сузились и его взгляд стал жестким и холодным, - Им такие байки выгодны для оправдания, чтобы себя выгородить.

– Да с чего бы это мужикам просто так, без причины, сунеев избивать? Какая им с того выгода?

– Вот чудак-голова! Как, какая? Лапотникам то неразумным и правда всё едино, а вот «верхним» есть резон. Без сунеев князь ослабнет ратно. Дружина-то у него не столь и велика. Вот и можно будет ему волю свою навязать. Давно хотят вечевую вольницу в городе возвернуть, как в старину было. Смекаешь?

– А причём тут князь? Вече ведь ещё по приказу Великого Кагана в Стар-граде отменили.

– Так вот князю и надо твёрдо на своём стоять и означенный порядок беречь.Иначе, ежели народ своевольничать начнёт, то беды не оберёшься. А с изменниками разговор у него короток. Он для того сюда отцом своим, Велимиром, и поставлен, чтоб суд да расправу чинить и порядок держать. Тогда у нас мир и спокойствие будет.

«Нечего сказать – хороши мир и спокойствие! Вот уж знатно примирил князь староградцев с сунеями!» - подумал Благояр про себя. Тут он снова вспомнил вчерашний разговор в Стар-граде с княжескими отроками на «Ярриловом дворище» и то, как они описывали этот конфликт. Выходило совсем по-другому, но вслух сказать не решился. В конце концов – у каждого своя правда. Его местные дела не касаются. Не для того он сюда прибыл.