Чтение онлайн

— Как вы могли! Игнатьева, Зверева! Ну ладно Игнатьева, она недавно перевелась, я ее не знаю, но ты, Зверева! Как ты могла! Как ты докатилась до такого!

— Марина Петровна, я не...

— Молчать! — прокричала Марина Петровна так, что уши заложило. — Не хочу ничего слушать! Девочки, ну вы же девочки! Вам не пристало курить! Вы отравляете свой организм! А вам же еще детей рожать! Вам должно быть стыдно! Ваши товарищи в туалет не могли зайти, столько там было дыма!

— Товарищи?

— Да! Что, уже не помните? Как мне сказала Олечка, увидев ее, вы сразу открыли окно! Вы же прекрасно знаете, что на территории школы курить запрещается. А что, если проверка? Да что с вами разговаривать! Значит, так. Я сегодня же сообщу вашим родителям. Пусть они принимают меры. Ну это ж надо! Чтобы две десятиклассницы...

На втором уроке Лиза сидела осунувшаяся и безмерно расстроенная. Ну как это так? Первая неделя в школе — и такие неприятности. А все из-за этой Ляпиной. Ведь ясно же, что она их оклеветала. И вдобавок Лиза поссорилась с Ингой. Только потому, что та высказала свою точку зрения. Лиза безумно сожалела о своей вспыльчивости. Ведь, в сущности, она догадывалась, что Инга примерно так и отреагирует.

Скосив глаза в сторону подруги, Лиза заметила, что та что-то быстро пишет на клочке бумаги. Когда она пододвинула к ней листок, Лиза прочла и просияла:

«SMILE!! Улыбайся, даже когда тебе грустно. Ведь кто-то может влюбиться в твою улыбку!»

Заметив ее улыбку, Инга облегченно вздохнула.

Дома Лизу встретила донельзя серьезная мама.

— Ма-ам, что-то случилось? — испуганно спросила она.

— Случилось, Елизавета. Раздевайся и проходи в гостиную. Я тебя жду.

О, «Елизавета» — это уже плохо. Так родители называли Лизу, когда случалось что-то очень важное и не-приятное.

— Мам, ну что?

— Лиза, ты КУРИШЬ???

— Я? — растерялась Игнатьева.

— Лиза, мне позвонила директор школы! Она вас застукала!

— Мам, ну это же неправда!

— Значит, директор врет?

— Мам, ну там целая история произошла...

— Я ничего не хочу слышать, Лизавета! Я верю, что ты просто оступилась! Но если это еще раз повторит-ся, если это хоть раз повторится, Лиза, я не знаю, что тогда будет! Тебе понятно?

— Да, мам. — Она решила не противоречить, ведь в некоторых случаях лучше промолчать.

— И еще, Лиз, отцу говорить ничего не будем. На первый раз. Ему знать необязательно.

— Спасибо. — За это Игнатьева действительно была благодарна: папа не выносил табачного дыма.

— Но меры я приму и сама: домашний арест. На неделю.

— Ну ма-ам!

— Я сказала! На неделю! Понятно?!

— Ага, — буркнула Лиза и удалилась в свою комнату.

— И ты не дослушала! — крикнула мама ей вдогонку. — Никакого Интернета до следующего понедельни-ка! Завтра же его отключат! Я уже позвонила провайдеру!

Здравствуй, дорогой дневник! Помнишь, я тебе рассказывала про закон подлости? Так вот, я его проверила на себе. По этому дурацкому закону я теперь наказана. И угораздило же меня толкнуть как раз ту самую девчонку, которую толкать не надо было ни в коем случае... блин. Представь себе, мой дорогой дневник, на меня (и на Ингу) сегодня наехала директриса. Мы сидели в туалете на подоконнике, и я рассказывала ей про Веню. Тут врывается эта разъяренная фурия с криком «Ах вы тут курите! Как вам не стыдно?! А ну марш ко мне в кабинет!»

Директриса была твердо уверена в том, что мы курим. И произошло это не без помощи Оленьки Ля-пиной.

Потом директриса позвонила маме, и теперь я наказана. Целую неделю не могу выходить из дома, кроме как в школу. Ну или в магазин. Одного мама не учла — я с Ингой живу в одном подъезде...

Я не сказала, что мое наказание состоит из двух частей? Нет? Ну что поделаешь, старею, дорогой дневник. И ты вместе со мной... Наказание, вернее, его вторая часть. МНЕ ОТРУБАЮТ ИНТЕРНЕТ на неделю. Нет, ну ты можешь себе представить подобное коварство? Мама уже позвонила в Фэст-нет. И они согласились пре-рвать предоставление доступа на 186 часов. То есть я смогу к тебе вернуться, мой дорогой дневник, только в следующий понедельник. Нехило. Но при этом мама не учла кое-что! Они не будут мне предоставлять доступ в ИНТЕРНЕТ, ты понимаешь, к чему я клоню? То есть в локальную Сеть, в зэ-чат, например, я зайти могу. А с Ксюшкой мы прекрасно и по межгороду поболтаем.

Возможно, вынужденное заточение поможет мне во всем разобраться.

Сегодня я посетила зэ-чат. Ну что сказать, от остальных он отличается только тем, что здесь бывает Веня Стрельцов. И когда я зашла, он был. Вот такое вот совпадение. И он меня сразу затащил в приват, аргу-ментируя тем, что репутация «человека из шайки Ляпиной» может пострадать. Честно говоря, меня это по-коробило. А вдруг Инга права? Не знаю. Не хочу об этом думать. А то опять запутаюсь.

В привате он снова начал говорить, как я ему нравлюсь. Он так сыпал комплиментами, что я аж обал-дела чуток.

А еще Инга подарила мне сегодня замечательную фразу:

«SMILE!! Улыбайся, даже когда тебе грустно. Ведь кто-то может влюбиться в твою улыбку!»

Знаешь, мой дорогой дневник, теперь это будет моим жизненным принципом. Наверное.

Неделя наказания пролетела быстро. И вроде бы ничего важного и значительного за это время не про-изошло. Лиза довольно много времени проводила в зэ-чате, общаясь с Веней. Больше она там никого не зна-ла, да и не стремилась узнать.

В школе было все по-прежнему: косые взгляды Ляпиной и одноклассников и подозрительный листочек, ходивший по классу на уроках. А директорша, проходя мимо Зверевой и Игнатьевой всегда демонстративно принюхивалась.

Лиза и Инга все больше времени проводили вместе. Даже уроки старались делать вдвоем. И вместо обыч-ных полутора часов (да и то в редких случаях) теперь на это уходило часа четыре.

Еще Лиза познакомилась с двоюродным братом Инги. В этот день она, как обычно, сидела у подруги и пы-талась справиться с домашним заданием. Инга ей то ли усердно мешала, то ли помогала. Физика не лезла в голову.

— Ну не понимаю я! Заколебала уже эта физика! — взвыла Лиза, откинув учебник.

На что Инга сдержанно ответила: